Гегемон Греции! - Chen Rui

Глава 122

Услышав это, многие делегаты Турии были потрясены.

Куногелату ничего не оставалось, как предложить им сначала обсудить этот вопрос за закрытыми дверями, прежде чем принимать решение.

Давос кивнул в знак согласия. И когда он увидел, что делегаты Турии уходят вдаль, чтобы всё обсудить между собой, он обернулся и поднял большой палец вверх: «Архонт Стромболи, вы так хорошо все сказали!».

«То, что я сказал — абсолютная правда!». — заявил Стромболи, глядя на них.

«Это да!». — засмеялся Давос.

Стромболи тоже улыбнулся. Сегодня, перед турианцами, он выпустил свой накопившийся гнев.

***

«Похоже, что Амендолара достигла соглашения о союзе с Таранто, и наверняка они получили согласие Таранто на выдвижение такого условия. Если мы не согласимся на их условие, то эти переговоры не будут продолжаться». — Куногелат сказал с серьезным выражением лица.

«Тогда нам не нужно вести с ними переговоры! В любом случае, угроза со стороны луканцев уже решена, поэтому нам не нужно даже беспокоиться об этих амендоларианцах!». — гневно сказал Ниансес, вспоминая, как год назад амендоларцы относились к посланникам Турии с уважением, а теперь, в мгновение ока, осмелились даже указывать и кричать на стратегов Турии. Из-за такой разницы в их отношении он не мог этого вынести: «Проклятый Таранто, я думал, что они искренне хотят помочь Турии, но я не ожидал, что они будут тайно строить планы!».

Анситанос беспомощно сказал: «Кто говорил нам потерпеть поражение в войне? Таков закон истории, что слабый город-государство не может пользоваться уважением. Мы все получили информацию о том, что бруттийцы прекратили войну с Кротоном, и некоторые люди в совете Кротона начали говорить «о том, что мы используем местоположение руин Сибариса», что должно пробудить нашу бдительность. Если они нападут, у нас на спине будет враждебная Амендолара, что поставит нас в очень опасную ситуацию. Кроме того, мы также знаем, что луканианцы очень мстительны. После этой войны мы не знаем, когда они смогут оправиться, но как только это произойдет, они снова начнут свое вторжение, и основной удар придется на нас, Турий. Сможем ли мы победить их? Разве нам не нужна помощь Амендолары?».

Слова Анситаноса заставили остальных забеспокоиться, а Ниансес холодно фыркнул, но не стал больше спорить.

«На самом деле, ключ к этому вопросу в том, есть ли у Таранто амбиции посягнуть на всю Турию». — Куногелат напомнил всем, и серьезно проанализировал: «Но не думаю, что Таранто пытается это сделать. Иначе они не жалели бы сил на пропаганду и создание оборонительного союза Магна-Грации для борьбы с коренным населением. Если они захотят захватить Турий, боюсь, что такие города-государства, как Кротон и Сциллиум, объединятся против нас, и союз распадется, а все их усилия за последние несколько лет окажутся напрасными. И даже если они оккупируют наш город-государство и поддержат марионеточное правительство, которое им благоволит, это не стоит их потерь, потому что они столкнутся с тремя могущественными врагами: Мессапийцы на юго-востоке, Луканианцы на северо-западе и Кротонский альянс на юго-западе. Как только луканцы или кротонцы вторгнутся, Таранто, как «материнскому государству», придется отправить в Турию более 1000-2000 человек, чтобы справиться с ними. Поэтому я думаю, что Таранто сделал это потому, что мы победили их, и они хотели отомстить. Поскольку наши предки смогли построить город более 40 лет назад, то мы превратим Турию в великий греческий город-государство всего за один год! Если мы временно потерпим и будем работать вместе, то за короткое время сможем сделать так, чтобы Турия возродилась! Тогда мы вернем унижение, которое нам причинили Амендолара и Таранто, так же, как это сделали наши предки!».

«Владыка Куногелат прав!». — Слова Куногелаты вселили дух и уверенность в каждого из присутствующих. Вернувшись за стол переговоров, турианцы с готовностью согласились на первое условие, выдвинутое Амендоларой.

Глядя на Куногелату, Давос понял, что этот мрачный на вид старик сыграл в этом немалую роль.

В это время Антониос снова встал и сказал: «В начале апреля наш архонт, Давос, подписал трудовое соглашение с Турией. Основное содержание соглашения — «помощь Турии в защите от луканцев и отражении их нападения». Срок действия соглашения — полгода, и в течение этого полугода, независимо от того, будет ли задание выполнено или нет, Турий должен будет выплатить обычное вознаграждение наемникам и определенное количество зерна. Таков первоначальный договор».

Антониос передал овчину Анситаносу, находящемуся на противоположной стороне: «Согласно договору, даже если луканцы будут отбиты, Турий все равно должен будет продолжать платить жалованье наемникам и припасы, а наемники будут продолжать выполнять требования договора, то есть «защищать Турий до конца полугодового периода». Теперь пришло время платить жалованье и зерно».

Куногелат кивнул, и когда он уже собирался ответить, Ниансес быстро встал и сказал: «Турий не будет выполнять этот трудовой договор!».

Не только делегаты Амендолары пришли в ярость, но и турийцы были удивлены. Они обсуждали этот вопрос до своего приезда и считали, что необходимо выполнить это соглашение, потому что Давос стал пожизненным архонтом Амендолары, и нанять его равносильно тому, чтобы нанять Амендолару. Прежде всего, это удовлетворит низкое самолюбие турийцев, а главное — сила нынешних турийцев сильно ослабла, и, по сути, им нужна защита сильных наемников во главе с Давосом, чтобы они благополучно восстановились. В то время Ниансес возражал, ссылаясь на то, что казна пуста. В конце концов, его убедил Куногелат, но неожиданно, в столь критический момент, он отказался от своих слов и застал делегатов Турий врасплох.

Под холодным взглядом Куногелат сердце Ниансеса дрогнуло, и он поспешил уклониться от него.

Оказавшись на краю обрыва из-за своего порыва, он ожесточился и продолжил говорить: «Прежде всего, целью контракта Турии были наемники. Теперь наемники стали гражданами Амендолары, и личность стороны, подписавшей контракт, изменилась. Однако наем гражданских солдат города-государства предполагает более сложные отношения интересов и процедуры, которые не могут быть решены этим простым трудовым договором. Во-вторых, следует обратить внимание на то, что имя того, кто подписал этот договор, — стратег Фриис, в начале он попросил Беркса отвечать за набор наемников. Но когда соглашение было доставлено в мэрию Турии, большинство стратегов выступили против его содержания. В конце концов, Фриис насильно передал соглашение в качестве полемарха и сказал, что он будет отвечать за подготовку половины жалования и снабжения, поэтому он подписал его своим именем. Но теперь он и его семья в основном погибли в битве, так что…».

«Они не только эгоистичны, но также бесчестны и бесстыдны.