Заземелье. Романы 1-6 - Терри Брукс

сделает, если Холидей будет продолжать вести себя, как в последнее время. Но это вовсе не значит, что дракона нужно обнадеживать.

Тьюс непринужденно откашлялся:

— Полагаю, ты слышал о черном единороге? Дракон широко раскрыл глаза и поднял голову.

— О черном единороге? Конечно. Он опять вернулся, волшебник?

Советник глубокомысленно кивнул:

— Уже давно. Странно, что ты не знаешь. Прилагаются большие усилия, чтобы его поймать.

— Поймать? Единорога? — Страбон загоготал, издавая грубое покашливание и шипение. Мощное тело подпрыгивало от смеха. — Люди затеяли ловить единорога? Презренные существа! Никто не может поймать единорога, волшебник; даже ты должен это знать! Единороги неприкосновенны!

— Некоторые так не думают.

Дракон скривил губы:

— Некоторые просто дураки!

— Значит, единорогу ничто не грозит? Его ничто не может завлечь, ничто не может удержать?

— Ничто! И никто!

— Ни серебряный лунный свет, попавший в сеть фей, ни добродетельные девицы?

— Бабьи сказки!

— Ни волшебство?

— Волшебство? Ну…

Страбон, казалось, заколебался. Советник рискнул.

— Ни уздечка из золотых нитей? Дракон беззвучно смотрел на волшебника. На морде чудовища отразилось сомнение. Волшебник еще раз откашлялся:

— Я сказал: ни уздечка из золотых нитей? И тут налетевший вихрь резко вытряхнул на землю Ночную Мглу, незнакомца, который выдавал себя за Бена Холидея, и двух жалкого вида гномов.

Глава 14. ОГОНЬ И ЗОЛОТЫЕ НИТИ

Это было затянувшееся мгновение, когда все уставились друг на друга. Нельзя было сказать, кто больше удивлен. Глаза двигались от одного к другому, смотрели неотрывно и вновь двигались. Высокие фигуры припали к земле, одежды вздымались. Предостерегающее шипение дракона слилось с предупреждением ведьмы. Абернети злобно зарычал. Ночь в черной мантии спустилась на эту застывшую картину, угрожая поглотить всех. В тишине слышалось лишь потрескивание искр, танцующих вокруг водоемов с голубой жидкостью.

— Тебе здесь не рады, Ночная Мгла, — грубым, словно скрежет железа, голосом прошептал Страбон. Он поднял голову с края кратера, на котором она лежала в настороженной позе, и вонзил когти в какой-то камень, камень затрещал и раскололся. — Тебе никогда здесь не будут рады.

Ночная Мгла невесело рассмеялась. Бледное лицо подернулось тенью.

— На этот раз мне, возможно, будут рады, дракон, — загадочно ответила ведьма. — Я тебе кое-что принесла.

Тьюс внезапно понял, что два гнома, стоящие рядом с ведьмой и незнакомцем, который выдавал себя за Бена Холидея, — Щелчок и Пьянчужка!

— Абернети!.. — тихо воскликнул советник, но пес тут же произнес:

— Я знаю, волшебник! Но что они здесь делают? Тьюс не имел понятия. Он вообще не имел понятия о том, что происходит. Крупная голова Страбона поднялась и высунула длинный язык.

— Зачем тебе что-то приносить мне, ведьма? Ночная Мгла изящно выпрямилась и обняла себя руками за плечи.

— Спроси сначала, что я принесла тебе, — прошептала она, — Ты не можешь принести мне ничего из того, что я хочу. Какой смысл спрашивать?

— Даже если я принесла тебе то, о чем ты мечтаешь больше всего на свете? Даже если это так дорого для тебя?

Бен Холидей лихорадочно пытался сообразить, как ему выпутаться из этой неразберихи. Друзей в этой компании ему не найти. Тьюс, Абернети и Сапожок считают его самозванцем и дураком. Щелчок и Пьянчужка, даже если они еще верят в него, теперь думают лишь о том, как уцелеть самим. Ночная Мгла оставила его в живых только для того, чтобы заключить сделку со Страбоном, который будет очень рад разделаться с Беном. Бен отчаянно искал выхода, которого, судя по всему, не существовало.

Плескавшийся в огненном водоеме хвост дракона взметнул в темноту вихрь жидких искр. Бен отшатнулся.

— Я сегодня устал от недомолвок, — рявкнул дракон. — Переходи к делу.

Глаза Ночной Мглы багрово сверкнули.

— Что, если я предложу тебе короля Заземелья, того, которого зовут Холидеем? Что, если я тебе его предложу, а, дракон?

Голова дракона повернулась, чешуйчатая морда напряглась.

— Я охотно приму этот дар! — прошипел он. Бен попробовал шагнуть назад, но неудачно. Кыш-гномы по-прежнему висели на нем, как две гири. Они тряслись, что-то бессвязно бормотали и затрудняли Бену движения. Когда он исподтишка попытался оторвать их от своих штанин, они только еще крепче вцепились в него.

— Король находится в замке Чистейшего Серебра! — с пылающим гневом на совином лице вдруг объявил советник Тьюс. — И там он не в твоей власти, Ночная Мгла! К тому же, если ты покажешься в долине, он живо тебя оттуда выдворит!

— Неужели? — Ночная Мгла произнесла это с нежным поддразниванием. Потом она сделала шаг вперед, и тень ее длинного указательного пальца пронзила советника. — Когда я закончу это дело и твоего драгоценного короля уже не будет в живых, я займусь тобой!

Бен не сводил с друзей молящих глаз. «Бегите отсюда!» пытался сказать он.

Ночная Мгла снова повернулась к Страбону. Когтистая рука ведьмы схватила Бена за кисть и потащила его вперед.

— Страбон, вот тот, кого дурак-волшебник считает сидящим в безопасности! Бен Холидей, король Заземелья! Смотри получше! Здесь замешано колдовство! Загляни внутрь, не доверяй внешности!

Страбон насмешливо фыркнул, торопливо изрыгнул поток пламени и рассмеялся:

— Вот этот? Это Холидей? Ночная Мгла, ты рехнулась! — Дракон наклонился ближе, с морды капала грязь. — Этот даже не напоминает… Нет, погоди-ка, ты права, здесь замешано колдовство. Что-то тут сделали… — Огромная голова опустилась и вновь поднялась, глаза сузились. — Может ли такое быть?

— Смотри получше! — еще раз повторила Ночная Мгла, так сильно толкнув Бена вперед, что голова его откинулась назад.

Теперь все смотрели на Бена, но только Страбон понял, в чем дело.

— Да! — прошептал дракон и от удовольствия снова взмахнул мощным хвостом.

— Да, это Холидей! — Дракон раскрыл рот и щелкнул почерневшими зубами. — Но почему только мы с тобой?..

— Потому что мы старше сотворившего это колдовство! — прежде чем дракон успел договорить, ответила Ночная Мгла. — Ты понимаешь, как это сделано? Понимаешь?

Бен, выставленный как приз, больше всего желал услышать ответ на этот вопрос. Он смирился с тем, что из этой переделки не удастся выйти живым, но ему претила мысль, что он умрет и не узнает, что же с ним произошло.

— Но… но это не король! — словно пытаясь убедить себя больше, чем кого-либо другого, вдруг сердито заявил советник Тьюс. — Это… не может быть Его Величество! Если это… это… тогда король…

Он умолк, на лице волшебника появилось странное выражение, будто пришло понимание, — это была смесь недоверия и ужаса, рот беззвучно произносил одно имя… Микс! Сапожок что-то шептал и дергал советника за руку, Абернети бормотал как безумный.

Дракон и ведьма подчеркнуто не обращали внимания на онемевшую троицу.

— Почему ты отдаешь