Сандровские. Трилогия (СИ) - Марина Кистяева

После кормления и сексуального контакта с Борисом, Майя чувствовала себя великолепно. Её кожа светилась здоровьем, губы порозовели, на ноге не осталось даже шрама от хирургического вмешательства.

Майя расчесывала волосы, когда почувствовала, что у её палаты остановилась Лара. Она нахмурилась. Сестра? В клинике? Мало того, в России? Сначала она подумала, что ей показалось, и кто-то очень схожий с ней запахом, остановился около палаты. Раздался требовательный стук и, не дожидаясь ответа, в палату уверенным шагом вошла Лара.

— Привет, сестрица, — усмехнулась Лариса и встала в "позу" — отставила чуть влево ногу и уперла руки в бока. — Неплохо устроилась, дорогуша.

Майя отложила в сторону расческу и сжала губы. Она не была рада видеть сестру, скорее, насторожилась.

— Привет, Лариса.

— А почему отвечаешь таким сухим тоном? Или не рада меня видеть?

— Скорее удивлена. Проходи, — Майя указала на удобное кресло, стоящее неподалеку от кровати.

Лара усмехнулась, но прошла и села в кресло, закинув ногу на ногу. Короткие кожаные шорты задрались, полностью обнажив стройные бедра.

— Не стоит удивляться. Решила вот навестить тебя, узнать, как ты живешь.

— Ты одна прилетела в Россию или с Алексом?

— Тебе не дает покоя мой муженёк? Может, зря ты отказалась от моего предложения?

Майя поморщилась.

— Лара, не начинай всё заново. Твоя идея — отвратительна, и ты это знаешь! Ты не ответила на мои вопросы.

Та пожала плечами.

— Я прилетела одна, у муженька полно дел в Вене.

— Надеюсь, у вас всё хорошо?

Лара прищурила глаза и с нескрываемым презрением посмотрела на сестру.

— Ты сейчас издеваешься надо мной? Когда это у нас было хорошо? Если бы он меня хоть в чем-то устраивал, я бы не искала развлечений на стороне! Меня интересуют лишь его деньги, и тебе об этом прекрасно известно!

— Допустим, Лара, но ты же приехала ко мне с какой-то целью? Я не поверю, что в тебе проснулись родственные чувства, и ты решила наладить отношения!

Лара иронично рассмеялась.

— Вот тут ты абсолютно права, дорогуша! К сожалению, мы с тобой в детстве не нашли общего языка, нечего сейчас и пытаться! Хотя!…, - Лара точно вспомнила о чем-то очень важном и попыталась стереть с лица насмешливое выражение. — Хотя ты, знаешь, Майя, может, нам и стоит начать всё с начала. Как-никак мы родные сестры. Можем пригодиться друг другу.

Последнее предложение было близко к истине.

— Ты что-то хочешь от меня, Лариса?

— Конечно! Во-первых, мне хотелось бы узнать, как твоё здоровье? Вижу, знакомство с Борисом Сандровским привело тебя на больничную койку. Не выдержала его страстной натуры? — Лара попыталась скрыть завистливые нотки, но у неё это плохо получилось.

Майя постаралась реагировать на слова сестры адекватно, ссориться и портить такой чудесный день не хотелось.

— Благодаря знакомству с Борисом, осуществилась моя самая давняя мечта.

— И какая же? Ты потеряла девственность?

Лара даже не пыталась скрыть негативного отношения к ней.

— У тебя теперь нет повода называть меня калекой, — ответила Майя, разозлившись. Кровь Бориса продолжала циркулировать по её венам, и некоторые черты его характера давала о себе знать.

Лариса от новости подалась назад и презрительно прищурила глаза:

— Что ты имеешь в виду?

— Это.

Майя откинула покрывало и встала на ноги.

Сначала Лара даже не поняла, что пыталась показать своим поступком Майя, и тогда девушка сделала несколько шагов по направлению к гостье. Та вскочила с кресла и зашипела разъяренной кошкой.

— И что же ты такого сделала Сандровскому, чтобы тот решил из калеки сделать тебя нормальным вампиром? Глубокий миньет?

Даже от Лары Майя не ожидала подобного хамства. Она угрожающе зашипела, и сжала руки в кулаки. Клыки прорезались, и она не стала их скрывать.

— Пошла вон! — вскрикнула Майя и указала на дверь. — Если ты пришла снова поглумиться надо мной, то у тебя ничего не получиться! Можешь снова возвращаться к своей развратной жизни и наслаждаться острыми ощущениями! Я не хочу тебя видеть! Никогда!

— Ах ты…, - начала было Лариса и тоже оскалилась. Её глаза пытали ненавистью. Майе не составило труда догадаться, что она снова находиться под воздействием красного порошка. Сестра основательно подсела на наркотик. Ещё месяц назад, Майя бы постаралась с ней поговорить, привести доводы, но не сегодня.

С сегодняшнего дня всё изменилось.

— Уходи, — снова прорычала Майя и тряхнула головой. Она была готова, если понадобиться, отразить нападение.

— А ты изменилась, — прошипела в ответ Лариса.

— Разговор окончен!

— Я уйду, но я ещё вернусь!

И с этими словами Лариса отправилась к двери, но взявшись за ручку, резко затормозила и громко выругалась.

Майя стояла, замерев, в ожидании неприятностей. Лара не могла просто так взять и уйти. Она должна была оставить последнее слово за собой.

Но то, что произошло дальше, оказалось неожиданной даже для привыкшей ко всему Майе.

Лара обернулась, и в её глазах стояли слезы. Лицо — само раскаяние.

— Майя, извини, я наговорила глупостей…Я не для этого пришла сюда…

Вот к такой Ларисе Майя была не готова. Теперь её интуиция закричала во весь голос, что Майе надо быть вдвойне осторожнее. В детстве, когда сестра пыталась сделать ей добро или подружиться, это обязательно оборачивалось подлой пакостью с её стороны. Ларисе нравилось раз за разом наблюдать, как наивная Майя поддавалась на её ухищрения и провокации.

— А для чего тогда? — грубовато потребовала она ответа.

Внезапно Лариса бросилась в её сторону, подбежала к ней вплотную и затараторила:

— Я была плохой сестрой, Майя, я всё знаю! Я глумилась над тобой и не считалась с твоими чувствами! Мне нравилось иметь под рукой девочку для битья! — эти слова заставили Майю вздрогнуть. — Я признаю все свои ошибки! Но я готова исправиться!…. Готова искупить свою вину!…Хочешь я встану на колени и попрошу у тебя прощение!…Выклянчу его!…