Оруэлл: Новая жизнь - Дэвид Дж Тейлор

лет дальше, чем у таких титанов передачи, как Дж. Б. Пристли. Все это не должно было поднять самооценку писателя, десять лет работающего в профессии и находящегося на пороге своего сорокалетия - возраста, в котором большинство писателей имеют хотя бы некоторое представление о том, как складывается их карьера. Здесь, весной 1943 года, Оруэлл должен был осознавать, что в профессиональном плане он находится на дне. Он не публиковал романы в течение четырех лет и полноценные нехудожественные произведения в течение почти трех. И все же, даже если подтверждение этому появится только через много лет после его смерти, он быстро стал оказывать решающее влияние на плеяду начинающих писателей, которые начали открывать для себя его творчество.

Некоторые из этих аколитов были недавними выпускниками, как Мейер, или все еще втянутыми в университетскую систему. Молодой Филип Ларкин (род. 1922) был его поклонником, сообщив своей матери после выступления Оруэлла в английском клубе Оксфорда в начале марта, что "я встретил Джорджа Оруэлла, который очень мил, хотя и не совсем соответствует политической линии Попа". Его младший оксфордский современник Джон Уэйн (родился в 1925 году) вспоминал, с каким энтузиазмом он обрушился на работы Оруэлла для Tribune и Horizon: большая часть послевоенного бунта против модернизма, заложенного литературными движениями 1950-х годов, началась здесь в ответ на боевую, беспринципную журналистику Оруэлла. В некоторых случаях поклонники были еще школьниками. Дэвид Холбрук (родился в 1923 году), чей путь пересечется с путем Оруэлла несколько позже, познакомился с "Homage to Catalonia" и "Inside the Whale" в своей норвичской гимназии в первые годы войны. Одновременно Оруэлл начал оказывать влияние на романистов 1940-х годов: Роман Джулиана Макларена-Росса "Любовь и голод" (1947), повествующий об опыте автора по продаже пылесосов на южном побережье в довоенное время, не только заимствован из романа "Сохрани полет аспидистры", но и признает этот долг посредством второстепенного персонажа по имени Комсток.

Ферма животных" закрепит и расширит это влияние, но все еще не было возможности создать условия, в которых она могла бы быть написана. Между тем, нужно было решать и личные проблемы. Эйлин была нездорова, ее тяготила работа, но, как заметили ее друзья, она не заботилась о себе и все еще была готова мчаться в Килберн, чтобы приготовить обед Оруэллу во время его длительного отпуска по болезни зимой 1943 года. Ида Блэр, имевшая склонность к заболеваниям грудной клетки, свойственную ее сыну, умерла 19 марта от сердечной недостаточности, вызванной бронхитом и эмфиземой. Аврил вспоминала, что Оруэлл, присутствовавший при смерти, был глубоко потрясен кончиной матери, не в последнюю очередь из-за экземпляра "Homage to Catalonia", который лежал на ее кровати. В других местах военные новости, которые то и дело появлялись в лондонских письмах Оруэлла, были обнадеживающими; в политическом плане главной темой была недавно созданная партия "Общее богатство" сэра Ричарда Акланда. Оруэлл диагностировал социализм без классового конфликта и моральной, а не экономической направленности, принюхивался к элементам утопизма и демагогии, которые он обнаружил в подходе Акланда, но решил, что тот лучше разбирается в практической политике, чем некоторые левые силы: "У нее может быть шанс на власть, если возникнет другая революционная ситуация".

Хотя время его работы на Би-би-си подходило к концу, он, как ни странно, оставался человеком корпорации, преданным своим сотрудникам и стремящимся поддержать их в мире за пределами вещания. Он написал восторженное письмо в Королевский литературный фонд от имени писателя Седрика Довера, высоко оценив его талант и подчеркнув, что "писатели англо-индийской крови - большая редкость и находятся в особенно выгодном положении, чтобы осветить некоторые из самых сложных проблем современности, в частности проблему цвета кожи". Лояльность распространялась и на саму Би-би-си, и лево-пацифистские нападки обычно заставляли его бросаться на ее защиту. Обмениваясь байроническими строфами с Алексом Комфортом в Tribune, после того как Комфорт под псевдонимом Обадия Хорнбрук написал стихотворное "Письмо американскому гостю", он, казалось, был менее раздражен пацифизмом своего противника, чем его нападками на "Би-би-си как букмекера, сутенера и ветеринара / Представляющего воздушных вице-маршалов, настроенных на ликование / Нашим набегам на города с местью...".Дело не только в том, что Оруэлл сам нанимал некоторых из этих воздушных вице-маршалов или подобных им дикторов, просто он знал, какова жизнь внутри пропагандистской машины в Портленд-Плейс. Как он объяснил Комфорту, который ему нравился и в чей журнал "Нью Роуд" он впоследствии писал, именно мысль о благонамеренных, но бесплодных трудах Эмпсона для Китайской службы так его раздражала.

К этому времени его стремление уйти было хорошо известно. Как он сказал Рейнеру Хеппенстоллу в августе: "Я точно уйду с Би-би-си примерно через три месяца". Помня об установленном законом двухмесячном сроке уведомления, он отклонил предложение Айвора Брауна о том, чтобы Observer послал его в Алжир и Сицилию для репортажа о военных действиях союзников. Новости из Tribune были многообещающими: Джон Аткинс отказывался от должности литературного редактора, чтобы работать в "Масс Обсервер". Файвел усиленно лоббировал интересы своего друга, и в начале осени пришло предложение от Бевана, что он должен присоединиться к сотрудникам, не только вести книжные страницы, но и вести еженедельную колонку, а также иногда писать короткие эссе и статьи, если позволит место. Зарплата составляла 500 фунтов стерлингов в год - меньше, чем он зарабатывал на Би-би-си, но с неоценимым преимуществом: два дня в неделю он мог посвящать написанию собственных статей. Вернувшись из двухнедельного отпуска в начале сентября, он написал заявление об уходе на имя Рашбрука Уильямса, указав в качестве причины своего решения осознание того, что "в течение некоторого времени я сознавал, что трачу свое собственное время и общественные деньги на работу, которая не приносит никакого результата".

Корпорация с сожалением провожала его: на заседании Восточной службы в конце октября было выражено "сожаление" и "выражена признательность мистеру Блэру за его работу по организации английских программ в Индии в течение последних восемнадцати месяцев". Все это говорит о том, что Оруэлл, имея слабое здоровье и валясь с ног, проделал хорошую работу в трудных обстоятельствах. Мнение самого Оруэлла о двух с четвертью годах, проведенных им в коридорах Би-би-си и студиях звукозаписи, мгновенно укрепилось. Как он сказал корреспонденту журнала Partisan Review Филипу Раху вскоре после своего ухода 24 ноября: "Я покинул Би-би-си после двух впустую потраченных лет". Если он считал, что не оказал заметного влияния на Би-би-си, то время, проведенное в ее помещениях, как оказалось, оказало глубокое влияние на некоторые из его последующих произведений. Во многом это было связано с атмосферой: