Дороги в неизвестность - Марик Лернер

Уходя в дальние рейды, мы собирали книги по различным отраслям знаний, медицинские записи и препараты. Собирали где только возможно образцы растений, перегоняли к себе выживший домашний скот. Вообще, собирали все, что могло пригодиться, хотя очень часто не имели необходимой квалификации для обслуживания сложного оборудования, и оно было для нас бесполезно. Все равно тащили в надежде позже разобраться.

Руководитель научников, Твердая Голова, был большой умница, хотя, как я и сейчас думаю, часто с очень завиральными идеями. Но в основном он был совершенно прав. Для начала он поставил задачу встроить нас в жизнь равнин. Количество пищи должно соответствовать количеству оборотней. Нас было так мало на огромные равнины, что первое время над ним открыто смеялись. Новые поколения приняли идею и, вместо того чтобы выяснять отношения между собой, расползаются по просторам равнин все дальше.

Вторая идея была — воспитать в своей среде магов. Это напрашивалось, тем более что в старые времена было достаточно людей со способностями. Даже я мог чувствовать опасность заранее и был неплохим эмпатом. А вот у оборотней таких способностей не было. Не для этого их выращивали. Твердая Голова рисовал целые программы селекции и искусственного оплодотворения, которые могли дать результат. Слишком мало нас было и для нормального развития, чтобы не заработать пару-другую генетических болезней от близкого родства, надо было постоянно контролировать процесс рождения. Тут он и развернулся, прокручивая свои интриги и давая разрешение на брак в первую очередь своим фаворитам. Тем, у которых могло быть потомство с интересными качествами. Меня использовали по полной программе, в надежде заполучить результат, и не сказать, что это сильно неприятно, когда столько желающих девчонок имеется.

Была еще и третья идея. Этого многие принять не захотели. Он требовал отказаться от старых традиций. Полный разрыв с прошлым, так, мне кажется, это называется. Если оборотни не желали почитать человеческих богов, это еще понятно, но со временем стал явно пробиваться мотив вины людей за разрушения мира. А под это дело много чего попадало, включая жертвоприношения и ритуальное поедание врага. У нас, воинов, свои традиции, и не гражданским шпакам нас судить. Пока еще публично подобные вопросы не обсуждаются, вроде как меня стесняются, но втихую говорят вовсю. А после моей смерти наверняка начнется.

Прошло больше сорока зим…

С городами большая проблема. Никто, естественно, не пытается поддерживать коммунальные службы в нормальном состоянии. В подземных помещениях скапливается вода. Как ни удивительно, более новые дома и разрушаются быстрее. Они строились из железобетона, а сталь хоть и нержавеющая, но от воды портится. В высотных зданиях падают лифты, не хуже любой бомбы лупя по нижним этажам. Разрушаются от ветра и выросших прямо на стенах растений целые блоки. Еще нет полностью разрушенных зданий, но явно к этому идет. Лет через пятьдесят начнут падать первые. Уже сейчас по улицам опасно ходить.

Очень многое изменилось. Еще в самом начале оборотни разбились на группы по видам и, уходя, селились вместе, создавая новые поселки. Тогда в этом ничего плохого не было. При скрещивании разных видов часто рождались уроды, и хотя прямого запрета не было, но они сами старались избегать подобных ситуаций. Теперь явно идет к тому, что сформируются отдельные племена по видам. Хорошо это или плохо, пока понять сложно.

Научники превратились в отдельную касту, одержимую желанием прибрать к рукам общее руководство. Пока это тормозится тем, что триединое правление перенималось стандартно всеми отделяющимися от общей группами. Бывший Комплекс теперь именуется не иначе как Крепость и не заселен, кроме отдельных работающих лабораторий. Мы все живем на равнинах. Теперь это наша земля, в отличие от лесов, где поселились зеленые, и гор, где проживают анхи. Уже были случаи, когда доходило до прямых столкновений с соседями и убийств.

В первые годы очень часто приходилось доказывать, кто здесь хозяин. Тут нам изрядно пригодилась подготовка Ночного Кулака. Даже с холодным оружием мы способны на многое. Сейчас стало поспокойнее, границы практически устоялись. На месте старой цивилизации медленно растет новая. Лучше она или хуже — время покажет. Она другая.

Вот остановился и подумал… Я ведь все время пишу — «мы». Я себя не отделяю от оборотней. Так и есть. Я настолько с ними сжился, что стал одним из них. Единственное, что не могу, — перекинуться в другую форму. И как бы они про людей ни думали, даже если победят эти дубоголовые реформаторы и заставят в будущем забыть, что мы жили на планете, кровь моя течет во многих потомках. И основа остальных линий в разных видах, даже не имеющих отношения ко мне, тоже от людей, как бы оборотням ни хотелось об этом забыть.

Когда я умру, меня положат в корни дерева-дома, бывшего моим жилищем десятки лет. Это лучший конец из тех, что я знаю, кроме как погибнуть в бою, но это мне не грозит. Слишком я стар для этого. Я сделал, что мог, для своего Народа, и пусть тот, кто сможет, сделает больше.

Глава 15

СЕМЕЙНЫЕ ОБЫЧАИ

— Эй, — сказал Рафик и пощелкал пальцами у меня перед носом, — Живой, ты живой?

— А?

— Живой, — обрадовался он. — Сидишь уже четверть часа и смотришь неизвестно куда.

Я посмотрел осмысленным взглядом по сторонам. Действительно, что-то я изрядно отключился от окружающей действительности. Время уже к вечеру, от костра тянет приятными запахами еды. Все дружно лопают, и только я сижу и ничего не замечаю. У русских это называется ошеломить. Трахнуть чем-то тяжелым по голове. Уж очень занимательные мемуары мне попались. Не поленился бы заглянуть вначале, непременно плюнул бы на закон добычи и спрятал снова. Хорошо еще, что теперь книги мои по общему согласию, и переводить для всех я не обязан. Людям это совершенно ни к чему, а для нас очень интересный документ. Все равно что найти дневник Сталина, не предназначенный для потомков и полностью откровенный. Удачно получилось, отдали и не поморщились. И то, камни интереснее.

Так мало текста и такие занимательные мысли появились. Вот это было не так, как нам с детства говорят… А вот это вообще совсем наоборот…

Частица «до» для нас совсем не обозначение воинского рода. Вот я тоже «до». Как десятого убьешь своими руками и при свидетелях — признают «до». Про Крепость тоже все знают, но ходить туда не положено. Там Совет пауков собирается, и чем там еще занимаются, таким, как я, не говорят.

Первый Вожак — человек! Это мощно. Даже в легендах таких вещей нет. Мы всегда были сами с усами и прочими клыками и когтями.