Школьный роман - Ольга Анисимова

Похоже, температура все еще не спала. Не вызвать ли «Скорую»? Но Женя дышал уже ровнее, и на висках проступили первые капельки пота. Он сейчас пропотеет и состояние улучшится. Маргарита Николаевна налила себе стакан сока. Обеда нет, но ей вполне достаточно сока. Еще есть фрукты — виноград, сливы и персики. Женька за целый день, кажется, не прикоснулся ни к чему. Что же такое с ним случилось?

В отличие от Жени Никитина, Егор Васильев с нетерпением ждал того дня, когда закончатся, наконец, эти длинные летние каникулы, и он снова придет в свою любимую школу. Учение никогда не было для Егора особым трудом. Он учился легко, с интересом. Ему нравилось покорять учителей и одноклассников уровнем своих знаний. Егор стремился быть лучшим, и у него неплохо получалось. Его хвалили, его любили, и поэтому посещение школы для него всегда было праздником.

У Егора было много друзей и приятелей, он был активным участником всех школьных дел и мероприятий. Егор являлся ди-джеем школьного радио, председателем ученического совета школы. Егора знали в школе все — даже малыши. Егор чувствовал себя в своей школе как дома. Нет, гораздо лучше, чем дома.

Дома ему было одиноко и тоскливо. Дома никто не обращал внимания на его способности и таланты. Дома всегда всем было не до него. Егор ранним утром уходил в школу и никогда не спешил возвращаться, благо дел в школе у него было немало. Если было бы возможно, он вообще не приходил бы домой. Егор уже несколько лет мечтал жить самостоятельно, отдельно от своей семьи. Вот это было бы счастье! Не слышать каждодневных перепалок матери с отцом, матери с сестрой или всех троих сразу. Сам Егор старался в ссорах не принимать участия, он знал, что победителем в них не станешь. И кроме испорченного настроения никаких других эмоций не получишь.

Собственную семью Егор считал ущербной и неполноценной. Отец много работал, и домой, казалось, приходил только затем, чтобы поругаться с матерью. Он словно нашел для себя способ эмоциональной разрядки после напряженного рабочего дня. А мать вместо того, чтобы хранить в семье мир и покой, будто специально шла на конфронтацию. Даже тогда, когда была трезвая. А может быть, особенно тогда, потому что ей в те редкие моменты вдруг начинало казаться, что отец загубил ей жизнь. Но Егор знал, что свою жизнь она загубила сама — от скуки и безделья регулярно прикладываясь к стакану.

Пить мать начала давно. Сколько себя Егор помнил, столько она и пила. Сначала для поднятия настроения, потом по привычке. Выпивка стала постоянным атрибутом ее жизни — жизни очень обеспеченной и сытой. После рождения Егора мать больше не работала. Отец всегда зарабатывал достаточно, чтобы полностью содержать семью, да не в бедности. Сейчас дела пошли особенно успешно, но счастья семье не прибавили. Денег было много, но на деньги благополучия не купишь. Это Егор уяснил как нельзя лучше.

С самого утра мать бралась за бутылочку. Это были дорогие напитки, но результат был тот же, что и после дешевого самопала. Днем после утреннего возлияния, мать укладывалась в постель, чтобы проспаться к вечеру. К приходу отца она с трудом поднималась в отвратительном настроении, борясь с соблазном снова выпить. Приезжал отец, и начинались бесконечные скандалы на одну и ту же тему. Отец орал, что ему надоела эта пьянка, что он насильно отвезет мать в клинику, а мать вопила, что она пьет из-за него, что она запер ее в клетку, в тюрьму, в которой она не может дышать. Егор закрывал плотнее дверь в свою комнату, но крики проникали и сюда. Егор не пытался особенно разобраться, кто прав, кто нет. Чаще он был на стороне отца. На самом деле, что мешало матери, имея средства, заняться, если уж не домом, бытом, то хотя бы собой — ходить в бассейн, встречаться с подругами, читать книги, журналы, смотреть фильмы… Развлечений на свете много, но у матери главным развлечением стала выпивка.

Но иногда Егор был на стороне матери. Это происходило тогда, когда мать начинала обвинять отца в том, что он скупердяй, сквалыга и скряга. Что нет ничего более унизительного и противного, чем просить у него деньги, а потом давать отчет куда, как и на что они потрачены. Это было сущей правдой. Отец деньгами не сорил. Он, можно сказать, дрожал над каждой копеечкой и с огромным трудом расставался с нею. Сначала Егор думал, что отцу просто жаль того, что заработанное усердным трудом спускается матерью, буквально, в унитаз, пропивается. Но с недавнего времени стал убеждаться, что это не совсем так. Крайняя скупость отца неожиданно проявилась на детях — на Егоре и его старшей сестре Инне. Особенно страдала Инна. Она нуждалась в нарядах, модных обновках, косметике. Отец не торопился раскошелиться, хотя Инна была его любимицей. Сыну же он однажды сказал однозначно и ясно буквально следующее: я через попечительский совет проплачиваю твою школу, больше ни на что не рассчитывай — у тебя есть все необходимое, ты сыт, прилично одет, значит, притязаний больше быть не должно. Но Егор от этого не особенно страдал, в отличие от Инны, которая ревмя выревывала каждое новое платье. Егору, и правда, было достаточно того, что у него имелось, это, по сути, было больше, чем у любого из его одноклассников. Егор считал, что и сестра должна утихомириться. В конце концов, отец купил ей квартиру, которую полностью обставил. А к окончанию института обещал подарить машину. Вот если бы Егору сейчас свою квартиру! Но по этому поводу отец пока упорно молчал. Неужели он думает, что Егор должен жить с родителями? Квартира, конечно у них огромная, но жить в ней — сущая мука, ад! Это вот Инка постоянно трется под отчей крышей — готовить еду дома ей неохота, да и жаль тратить деньги, которые отец выделяет на пропитание, им ведь можно найти куда более достойное применение. А мать всегда готовила хорошо, даже пребывая в состоянии крайнего алкогольного опьянения, никогда не ложилась, пока не был готов обильный обед. Это у нее, видимо, в крови. Хозяйскую жилку не пропьешь.

Сестра пообедает, поужинает, разругается с матерью и с отцом все из-за того же и уйдет себе преспокойненько в свою квартиру, оставив поле битвы в самом разгаре оной. Мать станет кричать на отца, что ему денег жалко собственному ребенку, а отец заорет, что если бы его женушка столько не пропивала, денег хватило на всех с лихвой! Каждый, наверное, был прав по-своему, но Егору от этого не становилось легче. Он мечтал только об одном — скорее бы утро, скорее бы уйти из этого бедлама подальше, туда, где можно чувствовать себя человеком, где тебя любят и уважают, где с твоим мнением считаются.

Но не только ради этого Егору хотелось быть лучшим учеником в школе. Егор очень рано начал думать о своем будущем. Ему нужно будет получить золотую медаль, чтобы поступить в самый престижный вуз, закончить его, стать первоклассным специалистом и не зависеть от отцовского кошелька, который чрезвычайно редко раскрывается, чтобы оделить его своим содержимым. Егор к тому же не был уверен, что отец станет платить за его обучение в вузе, если он не поступить на бесплатной основе. А если и станет, то изведет Егора упреками — мол, сколько я платил за эту твою школу и все без толку, теперь платить еще за институт?.. В такой ситуации Егор может полагаться только на себя.