Подкладка изнанки Ада! - Андрей Арсланович Мансуров

Включился боковой экран: на него пошла картинка с камеры микропа. Она дёргалась и виляла из стороны в сторону: микроп маневрировал.

– А что, камеру нельзя развернуть нормально, чтоб изображение не прыгало?

– Нет. Камера на микропе зафиксирована стационарно, чтоб не перегружать и без того крошечное устройство дополнительными сервомоторчиками. Но не волнуйтесь, он уже подлетает. Сейчас изображение остановится.

И точно: не прошло и минуты, как изображение и укрупнилось, и застыло неподвижно.

– Микроп на стационарной орбите.

– Отлично. – Джо рассматривал с огромным интересом процесс прыжка, когда корабль просто «пропрыгнул» сквозь атмосферу через портал, и непосредственной посадки на почву транспортника-дока. Джо даже подался с кресла вперёд, – чёрт бы подрал маршевые движки хозяев Полигона! Сколько пыли!

Действительно, тормозные двигатели транспортника подняли в воздух планеты буквально тучи пыли и песка. Пол буркнул:

– А ещё бы не поднять! Планета – что твоя коленка! Такая же лысая!

– Ну правильно. Чтоб никакая дурацкая растительность не мешала отслеживать того, что будет происходить внизу! Вон: смотри на основной экран! Видишь? Это – наверняка стационарные спутники. Сейчас они займут стратегически выгодные позиции, и шоу начнётся!

Действительно, на центральном экране было отлично видно, как с эсминцев вылетел целый рой небольших, похожих на их собственные зонды, устройств. Расположившихся на равных расстояниях друг от друга, словно в узлах квадратно-гнездовой решётки.

– Мать. Сколько их?

– Их тридцать шесть. И они перекроют зону более пяти тысяч квадратных километров. Зависнув на высоте около тридцати километров – то есть, не долетая до защитных полей.

– Хм-м… А наш зонд они не…

– Нет. У них для этого нет детекторов. И камеры, кстати, тоже фиксированные. Всё время направлены – вперёд!

– Ага. – Джо взбодрился. Ему в голову пришла мысль. Но Полу она тоже пришла (Вот что значит – долгое и «тесное» общение в тесном пространстве! Когда начинаешь напарника понимать с полуслова. А иногда – и вообще без слов!):

– Мать! Мне вот тут подумалось… А что, если наш микроп приземлится на одном из таких зондов, и попробует перехватить сигнал с него? У него же есть для этого средства?

– Есть. Только правильней говорить не «приземлиться», а стыковаться. Мысль кажется здравой. Я и сама собиралась предложить этот план. Тем более, что разрешающая способность камер зондов куда выше, чем той, что на микропе. Собственно, по другому и быть не могло: микроп предназначен, если вспомните, для обследования пещер, тоннелей и бункеров, там, на поверхности. Но раз вы уже согласны… – Джо кивнул, Пол радостно воскликнул «Ага!».

Камера микропа снова дёрнулась, и пришла в движение. Какое-то время кроме пустого чёрного пространства – вокруг странной планетной системы звёзд практически не имелось: наверняка некая «ошибка природы», позволившая быть уверенными, что их подопытную систему никто не найдёт! – видно ничего не было. Но вот в поле зрения медленно вплыл корпус зонда-транслятора чужаков. Несильно он отличался от самого обычного земного телевизионного спутника. Даже солнечные батареи блестели синими отсветами.

– Я расположу микропа возле антенны, в корме. Так сигнал перехватить будет проще: их трансляционный кабель даже не защищён оплёткой!

Джо кивнул:

– Конечно. А прикольная у них антенна.

– Чего прикольного? – Пол пожал плечами, – Зонтик как зонтик. Только из сталистой сетки. Маленький. Впрочем… Мать! Какого он на самом деле размера?

– Диаметр около метра. Ну, это-то понятно: ему не нужно передавать далеко. Вон: эсминцы остались на орбите всего в четырехстах километрах над поверхностью.

– То есть, они ещё и играют роль ретрансляторов?

– Да. Первичный сигнал с зондов нужно усиливать и обрабатывать, потому что корабль-матка остался в миллионе километров.

Пока они переговаривались, и Мать подводила и причаливала микропа к зонду чужаков, на планете осели тучи коричнево-бурой пыли и песка, и стало видно приземлившийся док в полной красе: цилиндр в сто три метра, как сообщила Мать, выведя его параметры в углу экрана: масса сто девяносто тысяч тонн, серый, явно побитый временем и метеоритами корпус. По всей поверхности натыканы мощные консоли поворотных двигателей… Никаких особых технических новинок в примитивной но вполне работоспособной конструкции Джо не увидел.

Но вот в носу откинулся огромный люк-пандус, и на поверхность окружающей пустыни механические манипуляторы выдвинули огромный контейнер. Мать поторопилась вывести его параметры в другом углу: десять на десять на пятьдесят метров. Пятьсот девяносто тонн. Джо не успел открыть рот для вопроса, как в корме спущенного модуля откинулся ещё один пандус. И выдвинулся точно такой же контейнер. Только массой в шестьсот двадцать тонн. Таким образом между контейнерами оказалось сто тридцать метров. Люки закрылись, док-линкор взлетел, снова подняв тучи пыли. Видимость снова пропала. Но как помнил Джо, осела она в прошлый раз за минуту. «Материализовался» док уже в сотне километров над порталом.

Мать сообщила, будто этого и так не было видно:

– Носитель поднялся выше зоны защиты. Портал отключен. Все три защитных поля снова активированы.

Пол вдруг бегом ринулся куда-то. Джо понял: напарник подумал то же, что и он: сейчас контейнеры откроются, изнутри полезут механизмы – боевые машины, и солдаты. И вступят в бой! А чтоб без помех наблюдать за всеми его перипетиями, лучше опорожнить мочевой пузырь!

К моменту, когда Пол вернулся, контейнеры как раз нарисовались из облаков туманной дымки. Мать буркнула:

– Расшифровала. Подключилась. Переключаю с камеры микропа на стационарную зонда.

Изображение сразу стало гораздо лучше: теперь был виден буквально каждый сварной шов на огромных металлических ящиках!

Похоже, откуда-то опять подали внешний сигнал: оба контейнера внезапно «расцвели», словно скороспелые цветы: все четыре стены вместе с крышами откинулись в стороны, на песок, почти мгновенно словно – истаяв, и впитавшись. И начинка предстала во всей красе!

– Срань Господня!!! – привычка Пола использовать в критических случаях примитивный набор штампованных словосочетаний Джо иногда слегка нервировала. Но в данном случае он был с напарником полностью согласен.

Очевидно, те существа, что находились в контейнерах, спали. Но вот, словно по сигналу побудки, они зашевелились. И поднялись во весь рост.

В первом контейнере находился гигантский… Человек.

Две руки и две ноги, во-всяком случае, у него имелись. Головка – маленькая относительно чудовищного и гипертрофированно мускулистого тела, и словно вросшая в плечи: без малейших признаков шеи. Бочкообразный торс пучился буграми мышц: создание явно не предназначалось для «интеллектуальной» работы. Вот и сейчас оно стояло в боевой стойке, и злобно сжимало-разжимало кулаки, глядя на обитателей второго контейнера.

Там, собственно говоря, находились создания точно такого же вида. Вот только размером они были ровно в двенадцать (Это сообщили Мать!) раз меньше, чем монстр из первого