Вирусный маркетинг - Марен Ледэн

— Что вы здесь делаете?

Натан решает изобразить любезность, чтобы облегчить задачу и попытаться задержать его на несколько минут.

— Здравствуй, Лоик. Это Бахия, может быть, ты ее знаешь. Она тоже из «Лера».

— Рад познакомиться, Бахия, — отвечает он тоном, свидетельствующим об обратном. Потом, оборачиваясь к Натану:

— Я, конечно, предложил бы вам кофе, но как раз собирался уходить, у меня срочная встреча и…

— Отлично! Тогда мы можем пройтись с тобой до машины. То, что мы хотим узнать, не должно занять много времени, мы и сами спешим.

Он как будто сомневается, но затем, уступая их настойчивости, предлагает им зайти на минутку.

— В конце концов, мне ведь не через пять минут нужно быть там.

Они проходят за ним в роскошно обставленную квартиру. Совсем новенький компьютер, дорогие факс, принтер и ксерокс возвышаются посреди гостиной на письменном столе размером с комнату в университетском общежитии.

Натан присвистывает.

— Да ты неплохо устроился!

Молодой человек ему нравится. В нем чувствуется некоторая неискренность и тяга к интеллектуальному превосходству, но Натана это ничуть не смущает. Бахия, очевидно, не разделяет его точку зрения. Натана это удивляет. Молодая женщина очень напряжена.

Чувствуя себя обязанным ответить на замечание, хозяин квартиры лепечет что-то о богатстве родителей и прибыли от вложений на бирже.

«К чему эти путаные оправдания?»

В глазах Бахии Натан читает: она не верит ни единому слову.

«Перейти к главному».

Тела со следами пыток.

— Помнишь нашу последнюю беседу, в марте или апреле этого года, после одной из моих лекций? Я рассказывал о концепции власти с позиций структуралистской философии пятидесятых-шестидесятых годов. Ты горячо критиковал такой подход…

— Я прекрасно помню, что я критиковал, — обрывает Лоик, плохо скрывая раздражение.

Бахия украдкой бросает взгляд в сторону Натана.

Тела Дени и Александра.

Натан продолжает.

— И что?

Вмешивается Бахия.

— Ты говорил господину Сёксу об одном или нескольких ученых, разработавших новые теории маркетинга в известном, по твоим словам, исследовательском центре.

Она хочет ускорить темп беседы. Натан не ожидал от нее такого поведения. Они пришли без предупреждения, и ее агрессивность ничем не оправдана. Лоик, несомненно, раздосадован их визитом, на несколько минут сдвинувшим его послеполуденные планы.

Почесывая затылок, он притворяется, что удивлен.

— Я не помню.

По взгляду молодой женщины Натан видит, что она была готова к такому ответу.

«Она разочарована».

Наверное, Бахия надеялась, что он выдаст ей то самое название, которого она ждет. Натан решает не вмешиваться и предоставить все ей. Возможно, ее поведение обусловлено важными причинами — она объяснит ему позже.

— Ну да, вспомни же! Они работали в компании или в исследовательском центре… хм, глупо, но я забыла точное название… оно начиналось на «Кар», «Кре», или что-то в этом роде. В том году ты стажировался там по научным исследованиям. Ты не мог просто забыть, по всему было видно, что это сильно на тебя повлияло… господин Сёкс, помогите мне, пожалуйста.

Лоик загнан в угол.

«Теперь придется ответить».

Он наверняка понял, что Натан прекрасно помнит название, равно как и Бахия. То, как Бахия ведет этот импровизированный допрос, кажется профессору странным, но еще более странной он находит реакцию Лоика. Почему бы ему всего-навсего не сказать название исследовательского центра? Разумеется, он не забыл его.

Лоик отвечает Бахии в тот самый момент, когда Натан открывает рот, чтобы вмешаться.

— Ты говоришь про СЕРИМЕКС.

Он уступил, хотя похоже, что это признание, по неизвестным им причинам, далось ему нелегко.

Бахия удовлетворена.

— Ну вот.

— Рад, что смог ответить на ваши вопросы, — произносит Лоик, делая вид, что поднимается, собираясь идти. — Я вас больше не задерживаю. Как уже говорил, я тороплюсь, и…

— Нам бы очень хотелось узнать, где находится этот центр, чтобы связаться с учеными, о которых ты говорил господину Сёксу. Может, расскажешь нам вкратце?

Невнятный лепет:

— На самом деле это довольно сложно… Не буду скрывать, у центра крайне щепетильная политика защиты своих исследований. Вы ведь знаете, все эти истории с кражей патентов… короче говоря, они очень осмотрительны… очень придирчивы, когда дело касается конфиденциальности, так что, боюсь, я не смогу предоставить вам информацию, о которой вы просите.

Видя их разочарование, он добавляет:

— Мне действительно жаль. Если хотите, я все-таки попробую позвонить им и спросить, есть ли возможность передать вам их координаты. Они очень внимательны в этом отношении, и я не могу позволить себе нарушить положение о конфиденциальности, которое подписал в начале стажировки. Знаете, у меня из-за этого будут проблемы. Надеюсь, вы понимаете, господин Сёкс.

Главное, они понимают, что больше не узнают ничего.

— Не беспокойся, Лоик. В любом случае, это не так уж важно. Это для моих исследований, только и всего. Я готовлю курс лекций для предстоящего учебного года, и мне пригодится любая информация, особенно если она новая.

Он встает и направляется к двери, взглядом приглашая Бахию последовать за ним.

— Будешь держать меня в курсе, ладно, Лоик? Спасибо, и еще раз извини за то, что побеспокоили тебя, так вот, неожиданно. В другой раз постараюсь предупредить заранее.

— Нет проблем, — бросает он, вновь обретая способность улыбаться.

Очевидно, его устраивает решение, предложенное Натаном. Он снова оживляется.

«Расслабляет мышцы лица».

Сев в машину, Бахия наконец объясняет:

— Этот тип показался мне странным с той самой минуты, когда мы столкнулись с ним у двери. Было что-то скрытое. Как будто он хранит какой-то секрет.

— Ты преувеличиваешь. Согласен, Лоик довольно своеобразный молодой человек, но это же не значит, что нужно во всем видеть заговор!

— И все же признайтесь, его реакция показалась вам необычной! Я знаю это, потому что все время поглядывала на вас, пока он говорил.

— Верно, но не более того. А вот твое поведение я считаю неоправданным. Ты вела себя очень агрессивно. Он ничего тебе не сделал. Он был немного скован, но мы ведь пришли к нему домой. Нужно поставить себя на его место.

— Он лгал.

— Бахия!

— Он лгал на протяжении всего разговора. В каждом ответе он лгал.

Натан пожимает плечами. Он разделяет ее точку зрения, хоть и не хочет признаваться в этом.

Камилла молча слушает их. Они разговаривают так, словно забыли о ее присутствии.

— Может, кроме того момента, когда он заявил, что не имеет права передать нам координаты центра. Я почувствовала в его голосе настоящий страх. А вы?

— Нет.

Натан не хочет поддаваться паранойе Бахии.

— И по-моему, ты выдумываешь.

— Я остаюсь при своем первом впечатлении. Оно меня никогда не подводило.

— Как знаешь. И все-таки мы пока не сдвинулись с места. Может, если бы ты обошлась с ним не так резко…

— Да не заговорил бы он, уверяю вас! Он лгал.

Они подъезжают к общежитию. Бахия выходит и оборачивается.

— Господин Сёкс!

— Да, Бахия.

— Ваше исследование меня больше совсем не вдохновляет.

— Меня тоже…

Короткая пауза.

— Ты уверена, что не придешь сегодня вечером ко мне?

— Я хочу побыть одна.

— Выражусь яснее: я не хочу оставлять тебя одну.

— Тогда я тоже выражусь яснее: позвольте мне самой разобраться со своими демонами.

Натан настойчиво смотрит на нее, но в итоге лишь пожимает плечами.

— Позвонишь мне завтра?

Она кивает и, не сказав ни слова, направляется к входу в здание.

«Ну и неразбериха…»

Натан открывает дверь своей квартиры.

Ничего не говоря сестре, он идет прямо в ванную, чтобы принять спасительный душ.

Выйдя оттуда через полчаса, он обнаруживает, что она уже хлопочет на кухне. В квартире витает восхитительный аромат рагу. Камилла хочет помочь ему забыть невзгоды этого дня. В руках у нее бутылка хорошего красного вина.

— Утопим наши заботы в выпивке и жратве?

Он вяло соглашается.

— Давай-ка, выпей бокальчик… Сегодня это нам не повредит.

Камилла предлагает ему первую за день сигарету.

Уже поздно. Порядочно набравшийся Натан садится за письменный стол и заходит в свою электронную почту.

Он не проверял ее три дня.

Накопилось около сорока писем. В основном — сообщения из университета и рассылки, на которые он подписан. Обычная болтовня перед началом учебного года и возобновлением научно-исследовательской работы в университете.

Но он тотчас же понимает, что зря не открывал почту так долго, — его ждет письмо от Дени, датированное средой.