В поисках истинной - Татьяна Смит

Вместе. С любовью.

Я ведь смотрела тогда швейную машинку. Не может быть! Конечно, он же видел всё что я просматривала…

Но это же цена…

Но увидев азарт, который заиграл на мамином лице, я послала все к чёрту… Заточение уже не выглядит так ужасно. Тем более заточение стало приятным, кода он находится рядом.

— Лина? — я повернулась на звук.

Сашка? А лицо вытянутое и удивлённое. Он смотрел то на меня, то на Курта.

Я про Сашку то и забыла совсем…

— Сашка привет! — я помахал и направилась к нему, пока он не успел чего лишнего ляпнуть.

— Лина… Это же… Он же… Я тогда, а он… — начал боязно лепетать брат и я поняла надо уводить его…

— Мама я сейчас потолкую с братом.

И скрутив его уволокла к самому дому.

— Лина, — вырвавшись из моих объятий наконец начал связано говорить. — Это как понимать? — и пальцем указал на Куртка, который смотрел на нас.

Я вздохнула

— Как-как, вот так… Мы вместе… — и вот должна радость показать, а не могу.

— Ты же мне говорила, что помогаешь ему в финансовом вопросе его клуба, а тут раз и вместе приехали, — я лишь вздохнула, опять врать. — Да и радости что-то я не слышу в твоём голосе. Он что пытается силой заставить тебя с ним встречаться? Да я ему щас… — и засучив рукава направился к Курту. Тот даже бровь одну приподнял.

— Стой, — еле удержав его на месте. — Никто меня не принуждает, все по обоюдному согласию. — Вот и не соврала даже, мы договорить с Куртом что говорить, поэтому все чистая правда.

— Точно? — брат прищурился.

— Точно-точно.

— А это стекло. Он там… Ну…

— Все нормально не переживай.

Да… Что со стеклом мне и самой бы узнать.

Вернувшись обратно к родителям, Курт опять притянул меня к себе, что не осталось замеченным от родителей. Которые расплылись в довольной улыбке. Их понять можно каждый родитель мечтает, чтобы их дети были счастливы, а если ещё добавить, что жених-то завидный… А то, что это игра им знать пока не стоит. Я и сама рада, когда они вот так вот счастливо улыбаются. Я даже подыграла, и сама ещё ближе прильнула к Курту. Что вызвала у того шумный вдох. И было не понять то — ли ему это не понравилось, то — ли уж слишком рад этому. А вот про себя точно могу отметить, что мне это чертовски нравится вот так вот, стоят в обнимку с ним.

Постояв так ещё немного, родители загнали нас в дом. Я помогала накрывать на стол, а мужчины распаковывали подарки. Кроме, конечно, Куртка, он сидел в самом центре стола с изучающих видом, меня. Следил за каждым моим движением, что было очень не по себе. Чашки и ложки так и норовили выскользнуть у меня из рук, а его это забавляла. Нет он, конечно, не смеялся во весь голос, а лишь улыбался одним уголком губ, что было достаточно понять, что он понимает от чего у меня всё валится из рук. Блин… Одеть ему пакет на голову что ли, чтоб скрыть довольную его физиономии. Даже ведь когда разговаривал с отцом с меня не сводил глаз. Не воспитанный чёрт побери.

— Он похоже по уши влюблён в тебя.

Из пакостных мыслей меня выдернула мама, что ещё больше огорошила меня и всё-таки один стакан упал на пол и приземлился прям на мягкий ковёр что спасло его от разбиение…

— Мама… Ты что, какая любовь, мы ж только неделю назад познакомились.

— Как это без любви то замуж выходить. Лина ты что там на не договариваешь?

Вот блин, язык враг мой. Вечно говорю правду…

— Эм, то есть любим мы друг друга, но не по уши же. Сильная влюблённость всегда вспыхивает резко, но также резко и угасает. А у нас она постепенно разгорается, вот как у вас было с папой… Правда!

Ох и наговорила…

— Да у нас с твоим отцом было не как у всех. Можно сказать мы терпеть друг друга не могли, но как говорится от любви до ненависти один шаг.

Вот и у нас, не как у всех!

— Ага, — лишь выдала я и выдохнула, что получилось отвлечь маму от нас с Куртом.

Зайдя в гостиную, я сразу посмотрела на Курта, да и он заметил меня практически сразу, до этого наблюдал за разговором папы и Сашки, которые обсуждали что — то про рыбалку. По Курту было видно, что он с интересом наблюдал за ними, но вступать в дискуссию не спешил. У меня вообще иногда возникает вопрос, а он вообще с другими людьми умеет общаться, не считая конечно Илву. А ведь я даже и не видела, как он общается с другими людьми…

От любви до ненависти один шаг, так мама сказала…

Что я к нему испытываю… Раздражение немного, ненависть — нет. Любви пока нет, наверное, но что — то такое начинает зарождаться тёплое к нему. Что греет меня изнутри, когда он рядом и мне становится уютно, даже моё прибывание у него дома уже не в тягость.

Он подмигнул и похлопал по стулу рядом с собой.

Направилась к нему и улыбаясь при этом. Что заставило и его улыбнуться не так просто уголком рта, а полноценной счастливой улыбкой. Которую я стала часто видеть на его лице.

Присев неуверенно на стул вытянулась как по струнке. Он наклонился к моему уху и прошептал:

— Ты чего такая счастливая вышла с кухни… Мм, — сказал и поцеловал моё ухо от чего мурашки галопом по мне проскакали при чем три раза обогнули моё тело.

Ну не буду же я ему говорить, что, глядя на него я становлюсь такой. Думаю, он и без этого знает это и его самолюбие не буду тешить.

— Ну как мне не быть счастливой то, мама счастлива, и я тоже становлюсь счастливой видя её улыбку, — и посмотрела на него.

Его лицо было буквально в десяти сантиметров от моего. Его улыбка исчезла. Он опять закрылся. Что же заставило его опять стать бесчувственной статуей? Я вроде ничего такого и не делала и не сказала. Человек загадка.

Следующие два часа Курт был отстранённый и задумчив… Я не пыталась лезть к нему, посветила время общению с родителями. Лишь Сашка молча наблюдал за Куртом, видимо не поверил мне.

Перед отъездом Курт ушёл раньше поговорить по телефону. Мама же меня выловила