Проклятый кузнец (СИ) - Мануйлов Дмитрий

Путь, которым шли проклятые последователи, отличался от Шагов Пути Воина, отрицал общепринятые ценности. Он был противен самой природе, и каждый, кто узнает о том, что Фрей избрал его, наверняка захочет его убить. Цена силы была слишком высока.

«Так и будем сидеть? – участливо поинтересовался Вэйшэн. – Если ты не уверен, ещё не поздно развернуться и уйти».

Фрей нахмурил брови. Внутренний голос привёл его в чувство.

– Нет, – медленно проговорил Фрей, собираясь с мыслями. – Я принял решение и готов к его последствиям.

Прежде, чем сомнения успели вновь возникнуть в его голове, Фрей вскинул нож и резко опустил его.

Земля охотно поддавалась его ударам, словно сама желала избавиться от своей ноши. Прошло всего несколько минут, когда нож ткнулся во что-то твёрдое, и Фрей опустил пальцы в мягкую, взрыхлённую почву.

«Вернулся, – удовлетворённо прорычал в голове знакомый голос. – Передумал».

Фрей вздрогнул. Его ладонь сомкнулась на топорище демонического оружия, ощущая неестественное тепло. Первым желанием Фрея было одёрнуть руку и сбежать, уйти как можно дальше отсюда, но он заставил себя вытащить топор наружу.

Земля осыпалась с топора, как оковы, упавшие с запястий освобождённого узника. Зубастое лезвие довольно моргнуло кроваво-красными прожилками:

«Я знал. Ждал».

Глава 8

Фрей до боли стиснул пальцы на рукояти топора. Сейчас решалось, кто из них, воин или демоническое оружие, займёт главенствующее место в их тандеме.

– Да. Я вернулся, – жёстко обрубил Фрей. – Я вытащил тебя, и ты будешь мне подчиняться.

Топор оказался неожиданно покладист:

«Да. Договор».

Фрей удивлённо приподнял брови. Он не ожидал, что демоническое оружие согласится на его условия так просто.

«Думаю, он говорит о твоей крови, – вмешался Вэйшэн. – Для того, чтобы заключить договор с демоническим оружием, требуется дать ему испить твоей крови».

Топор, однако, не подтвердил изречения Вэйшэна:

«Нет. Кровь. Была. Договор. Есть».

«Я ничего не понял», – пожаловался Вэйшэн. Фрей вздохнул:

– Зато понял я. Он говорит, что уже получил мою кровь, когда его предыдущий хозяин меня ранил. Я прав?

«Да. Кровь. Была. Остальные. Смерть».

– Остальные, чью кровь он испил, мёртвы, – перевёл Фрей. – Остался только я, а значит, лишь я и могу быть его хозяином.

«Да. Всё так».

«Как удачно, – заметил Вэйшэн. – Получается, тебе даже не придётся резать себя… Этим. Великие боги, что за отвратительное лезвие!»

«Прекрасное, – возразил топор. – Рвать. Части. Удобно».

Фрей поморщился, будто прожевал лимон целиком:

– Заткнитесь, оба. У меня от ваших разговоров голова разболелась.

«Как скажешь».

«Да».

Фрей тяжело вздохнул. Похоже, работать с топором будет сложнее, чем он думал.

Он прислонился к стене, положив топор себе на колени, и опустил взгляд. Факел почти догорел, но зазубренное лезвие продолжало светиться, не позволяя внутреннему пространству подвала погрузиться в темноту.

– Так, давай по порядку, – требовательно спросил он. – Что ты можешь?

«Убивать», – бесхитростно ответил топор.

– Подробнее!

«Убивать. Много. Копить. Сила. Делиться. Хозяин».

Фрей прикрыл глаза. Из несвязной речи топора он понял, что убийства воинов укрепляют демоническое оружие, одновременно увеличивая силу его владельца. Но кое-что всё-таки требовало уточнения:

– Сколько нужно убивать?

Топор ответил не сразу, словно вопрос вогнал его в ступор:

«Убивать. Много. Больше. Смерть. Больше. Сила».

«Похоже, он хочет сказать, что ты станешь тем сильнее, чем больше воинов падёт от твоей руки», – подсказал Вэйшэн, который, судя по всему, приловчился разбирать рубленую речь демонического топора. Фрей вздохнул: судя по всему, хранить молчание внутренний голос не собирался.

– Я понял, Вэйшэн. Но, может, ты всё-таки умолкнешь? Когда мне понадобится твой совет, я непременно к тебе обращусь.

«Конечно-конечно. Я – сама тишина. Видишь? Меня уже нет».

От досады Фрей едва не зарычал.

– Ты можешь скрыть своё свечение? – обратился он к топору. Вопрос был отнюдь не праздным: демоническое оружие и так выглядело необычно, а пульсирующие красные прожилки и вовсе выдавали его неестественную природу с головой.

«Скрыть. Так?»

Алый узор, украшающий лезвие топора, дёрнулся, сузился, а затем исчез, погрузив подвал в темноту.

– Да, – облегчённо произнёс Фрей. Что же, одной проблемой меньше. – Так. А теперь верни всё обратно. Не хочу сидеть в темноте.

Топор послушно раскрыл тонкие трещины на лезвии, осветив внутреннее убранство подвала сдержанным бордово-красным ореолом. Фрей задумчиво уставился на лезвие:

– Ты умеешь менять внешний вид?

«Сейчас. Нет. Слабость».

– А что, если его поменяю я?

«Не знаю. Можно. Попробовать».

Несмотря на то, что топор мог скрывать своё необычное свечение, его внешний вид даже так наверняка привлекал бы слишком много ненужного внимания. Фрей окинул хмурым взглядом хищно изогнутые клыки зазубрин на лезвии: без алых узоров оружие всё равно выглядело демоническим.

– Мне нужна кузница, – сделал вывод Фрей. – Только там я смогу прикрепить на лезвие пластину металла, чтобы замаскировать твою истинную сущность. Придётся вернуться в деревню.

«Деревня. Люди. Много. Смерть?»

Фрей отрицательно помотал головой:

– Нет. Никаких смертей. Они мне, конечно, не нравятся, но это ещё не повод их убивать.

«Сила. Повод».

– Я сказал – нет.

Ему нужна была сила, однако получать её путём убийства невинных жертв Фрей не собирался.

Когда он наконец выбрался из подвала, лес уже поглотила глубокая ночь. Фрей вышел из руин и оглянулся: этот его визит точно должен был стать последним. Возвращаться в руины снова ему было попросту незачем.

Закинув штопор в вещевой мешок, он двинулся к изогнутому дереву.

– Ну что, старый друг, позволишь мне заночевать под твоими ветвями в последний раз?

Искорёженное дерево согласно качнуло ветвями. Фрей с удивлением приподнял брови: он готов был поклясться, что никакого ветра не было.

«Некоторые деревья населяют лесные духи, – предположил Вэйшэн. – Возможно, ты понравился одному из них».

Листва снова зашелестела, словно дерево усмехнулось. Ветви раздвинулись в стороны, и взору Фрея предстало скрытое между ними дупло, достаточно большое, чтобы в нём поместился человек. Фрей низко поклонился:

– Спасибо.

В дупле было сухо и тепло. На полу обнаружилась густая насыпь листвы, лежать на которой было уютно и мягко, словно он оказался на дорогой перине. Впервые за последние несколько дней Фрей почувствовал себя в безопасности. Плюнув на предосторожность, он не стал выбираться наружу, чтобы окружить подходы к дереву своей нитью, – даже приблизившись к поляне вплотную, здесь, в дупле, его едва ли смогли бы обнаружить.

Скинув с плеча мешок, Фрей положил его себе под голову и уснул так быстро, как умели только прошедшие армию воины.

Ему снился его отряд. Шесть погибших бойцов стояли в отдалении, переговариваясь между собой, словно живые, и Фрей стремглав бросился к ним. Он отчаянно желал приблизиться к друзьям, сообщить им, что они отомщены, что демонический культ уничтожен и что их смерть была не напрасна. Но, наконец добежав, Фрей застыл на месте, замороженный холодом во встретивших его шести парах глаз.

– Ваш убийца мёртв, – неуверенно проговорил Фрей, поражённый реакцией своего отряда. – Я убил его. Вы можете спать спокойно.

– Ты правда так считаешь? – презрительно скривившись, бросил Криг. Даже после смерти он не утратил своих габаритов и возвышался над Фреем на добрую голову. – Веришь в это?

Зихао был менее резок, но его слова ранили гораздо больнее:

– Ответь нам, Фрей. Неужели ты думаешь, что мы сможем найти покой, когда наш командир, – нет, наш друг! – предал всё, во что мы верили? Предал нас?