Принцесса-самозванка - КрисНазарова

дорогу развезло. Проехать по ней без приключений было невозможно. Груженые кареты несколько раз вязли в грязи и лужах. Их приходилось силой вытаскивать. По прибытию в деревню все вздохнули спокойно, потому что имели возможность отдохнуть и все привести в порядок. До церемонии еще было немного времени, поэтому все разбежались по трактирам выпить чего-нибудь горяченького и согреться.

Элайза вышла из кареты, но не отправилась вслед за всеми. Она просто застыла на месте, оглядывая местность. Смех резвящихся крестьянских детишек пробудил в ней слезы ностальгии. Она помнила свое детство и то время, когда она жила в деревне.

Через время, мечтающий о тепле, король Томас заметил ее. С несколько секунд в нем боролось желание продолжить путь к огню и тревога за слезы жены.

— Элайза, что случилось?

— Я здесь родилась. — Глотая порывы эмоций, произнесла она. — Я выросла среди этих домишек, возилась в этой грязи. Мне было лет семь, когда король … забрал мою семью к себе во дворец. До роскоши и уютной постели я узнала вот это…

И она с наслаждением развела руками. Все эти слова она говорила с нежностью и любовью, не понятными бывшему принцу.

— Пойдем в тепло, надо отогреться…

— Мне не холодно. — Отрезала она и ринулась вперед.

— Ты никогда не рассказывала, откуда ты родом.

— Хочешь увидеть?

И королева ринулась вперед, еще быстрее увлекая за собой мужа. Он в свою очередь сетовал на то, что движется не в сторону огня в камине. Но интерес взял верх, и он последовал за ней.

Они проходили по улочкам одной за другой. Огибая дом за домом, они вышли на открытое пространство, где в одиночестве стоял красивый резной домик из дерева. В окошке виднелся свет зажженных свечей.

— Пошли. — В ней пробудилась не взрослая энергия, она помчалась вперед, будто не веря своему счастью. Томас отправился за ней, но находился в явном недоумении. Когда он робко зашел вслед за ней в дом, он почувствовал желанное им тепло, а жена с радостными возгласами обнимала каких-то людей.

Это были родители Элайзы. Дело в том, что его с ними не знакомили. И он действительно не знал, кто эта девушка и откуда. Знал только, что она служанка принцессы, ставшая ее близкой подругой по каким-то неведомым причинам.

И вот перед ним ее жизнь. Ее можно было увидеть просто в одном небольшом эпизоде — она в небольшом домике ведет сердечные разговоры со своими родителями. И это не были светские разговоры в выдержанном тоне с соблюдением правил этикета. Каждая минута отражалась на нем сильнейшим шоком.

Элайза представила их друг другу, кратко рассказав свою историю. Тем самым, она пригласила его стать частью этой атмосферы родного дома. У них было где-то около двух часов до церемонии, это время они не потратили напрасно. Томас согрелся и телом, и душой.

Глава 16

Церемония началась по правилам: все прибыли в назначенное время, готовые с обеих сторон. Было около двух часов дня, из облаков вышло солнце и уже успело согреть воздух, не лишая его влаги после дождя.

Король уже начал заученную к концу пути речь. Когда он дошел до представления новой королевы, некоторые в толпе начали проявлять недовольство. Причины этого никто не знал. Речь подошла к концу, жители приготовились подняться на сооруженный постамент для вручения подарков, как из числа недовольных раздался окрик.

— Это ведь не наша принцесса, верно, ваше величество?

Это был мужчина загорелый, в грязных одеждах, коренастый и мускулистый. Он работал в поле, что и создало ему такой вид. Он был явно недоволен и зол, радуясь в то же время, что уличил их во лжи. Группа недовольных ликовала и ехидно ожидала, что им на это ответят.

Вокруг образовалась тишина. Конфуз. Все были в растерянности. Томас понял, что оказался не готов к такой лжи, осознавал, что родители этой девушки, которую он назвал королевой, стоят среди этих людей. Сознавал, что представил им не их принцессу, которую они, вероятно, знали, и которая была обещана его высочеству для разрешения политического конфликта. Но он не знал, что ему делать сейчас. Мужчина же продолжал, понимая, что одерживает тут верх.

— Ведь вашей королевой должна стать принцесса Луиза, так оговорено в политическом соглашении между Андоррой и Элеоном. Где же наша принцесса? Вы себе решили прибрать к рукам наше королевство по своим правилам?

В его голосе не было уважения к королю, скорее презрение. Он знал, что рискует, тут было много королевской стражи. Но она и не собиралась дергаться, так как те, кто может им что-то приказать, стояли в оцепенении. Поэтому он смело продолжал свою речь с вызовом. Он понял, что потянул нужную ниточку. А вот Томас понял, что это может привести к войне, которой собирались избежать этим браком и объединением королевств.

— Вы нам выставляете самозванку, которая, соглашусь, сильно похожа на принцессу. И что ж? Через время нам ждать-таки войны? — С усмешкой прорезал воздух крестьянин.

— Нет. Войны не будет…

— Так, а со всем остальным вы согласны? — Резко перебил короля мужчина, закапывая его тем самым в свою же ложь.

Тут вмешался отец Луизы. Он попытался найти выход из сложившегося конфликта, но его речи возбудили перебранку среди остальных недовольных.

Луиза стояла в стороне, радуясь такому стечению обстоятельств. Она наблюдала, скрестив руки за всей этой картиной. Рафаэль, стоявший рядом, заметил в ней злую искорку. Для нее сейчас справедливость торжествовала.

Пока мужчины бранились, девушки встретились взглядом. Торжество и растерянность — ясно, кто в проигрывающих. Но внезапный звонкий голос зазвучал поверх мужского баса.

— Тихо! Перестаньте! — Все взгляды были устремлены на нее — самозванку. Ее сердце бешено колотилось, когда она направлялась к ступенькам помоста. Спускаясь, она продолжала говорить, и ее голосок звучал, как мягкий и звонкий колокольчик.

— Да, вы правы! Правы, потому что я не принцесса Луиза Андорсская, хоть и выросла с ней во дворце короля… Я простая девушка, я из ваших рядов. Мои родители до сих пор среди вас, хоть и не бедствуют больше. Да, мы допустили эту скверную ложь…

— Ага! Видите, сами признают! Нечестивцы! Как только не стыдно так завираться! — зазвучало со всех сторон

— Так и что! Из грязи в князи поднялась, наверно хорошо тебе с короной-то на голове! А сама принцесса теперь никто!? — этот вопрос из губ этого мужчины прозвучал, как из глубин Луизы, которая от любопытства чуть не упала с помоста. Она прислушивалась к каждому слову, хоть говорили все