Путь императора - Александр Мазин

– А кто тебе сказал, что у нас справедливый мир? – Старшина усмехнулся.– Ладно, не бойся, никто тебя не продаст!

– Я не боюсь! – Фаргал нахмурился.– Но почему я должен сидеть в шатре из-за какой-то жирной крысы? И зачем я ему?

– Ты будешь сидеть в шатре, потому что я тебе велю! – рассердился Тарто.– Марш! – и, подзатыльником придав названому внуку нужное направление, отправился к сыновьям.

«Жирная крыса» заявила, что является старейшиной и казначеем этого города. Власть и деньги. Такой не понимает слова «нет».

Никого из своих Тарто в случившееся посвящать не стал. Им – выступать. Старшина лишь сообщил, что сегодня труппа работает без Фаргала. И еще, без всяких объяснений, попросил Большого присмотреть за парнем.

Фаргал сидел в шатре и сквозь щель смотрел на сполохи факелов вокруг помоста. Он видел множество голов и изгибающуюся в танце фигурку Нифру. И огромную луну, повисшую над крышами домов. Из-за этого гигантского, налившегося мертвенной синевой шара все остальное казалось игрушечным. Игрушечные домики, люди-куклы и рокоток барабана – словно стрекочущий кузнечик.

Нифру завертелась волчком и упала. Танец окончен. Сейчас Кадол, Мили и Мимошка пойдут с чашами для сбора, а Большой возьмет Нифру на руки и унесет со сцены. Не для пущего эффекта. Жена Тарто настолько выкладывалась в танце, что часто и впрямь не могла подняться сама.

Луна завораживала. Фаргал не мог оторвать от нее глаз. Холодок пополз у него по спине. Не осознавая, что делает, мальчик поднялся, откинул полог шатра и шагнул в ночь.

Вокруг – ни души. Все, кто был на рыночной площади, собрались вокруг помоста. Фаргал слышал шум толпы, но как будто издалека. Даже лошади, привязанные всего в тридцати шагах от шатра,– словно в нескольких милях. Ноги сами по себе понесли Фаргала прочь, мимо опустевших рядов, к узенькой, уходящей вверх улочке. Луна пропала, заслоненная стенами. От канавы тянуло смрадом нечистот. Ни одного огонька в высоко расположенных окнах, только редкие звезды вверху, между почти сомкнувшихся крыш.

Фаргал, не думая ни о чем, переставлял ноги. Он не чувствовал вони, и темнота его не тревожила. Он знал, куда нужно идти. Остальное словно бы потерялось в синем тумане…

Большой, Тарто и Нифру подошли к шатру. Фетсианка куталась в шерстяной плащ – ей было холодно.

– Фаргал,– позвал старшина, откидывая полог.

В ответ – молчание.

– Его нет! – воскликнул Тарто, заглянув в шатер.– Нифру!

– Вышел прогуляться,– предположил Большой, но фетсианка уже выпростала из-под плаща руки. Пальцы ее осторожно искали что-то в ночном воздухе. Тарто напряженно следил за ней, а Большой, подняв повыше факел, озирался по сторонам.

Пальцы Нифру сжались, словно ловя невидимую нить.

– Погасите огонь,– чуть слышно проговорила она.

Тарто выхватил у Большого факел, швырнул на мостовую и затоптал.

– Агеон ис, агеон ан, агеон сян со… – наговаривала на старофетском Нифру, перебирая пальцами.—Агеон ма, агеон цза, агеон лу фон…

Голубая ниточка потянулась от ее руки в темноту. Слабенькая, еле заметная.

– Там,– дрожащим от напряжения голосом, проговорила фетсианка.

Большой глядел, приоткрыв рот.

Тарто толкнул его кулаком в спину:

– Беги, дурень! Быстро!

И бывший солдат, грохоча сапогами, устремился за голубой паутинкой. Тарто обнял жену, взял ее руку:

– Держись, моя хорошая!

Топот тяжелых сапог затих – Большой вбежал в проулок.

Фаргал почувствовал: цель уже рядом. С одной улочки он свернул на другую, пошире, поднялся по ступеням. Впереди, за аркой, была Верхняя площадь, самое высокое место в городе. Днем они с Бубенцом поднимались сюда, смотрели на острые крыши и зубчатую змею городских стен. Вокруг площади располагались два храма, Великого Ашшура и Прекрасной Таймат, пустующий дворец Владыки и дома «хозяев» города. Днем здесь топталась по меньшей мере дюжина стражников. Ночью их должно быть еще больше, но почему-то, когда Фаргал пересек тень древней арки, Верхняя площадь оказалась безлюдной. Никого.

Мальчик остановился на мгновение, повернул голову… Туда, понял он и двинулся к цели. Но не успел сделать и двух шагов, как ноги его оторвались от земли.

В темной щели улицы голубая нить была видна на добрых двадцать шагов. Большой бежал изо всех сил и, поскольку дорога все время шла вверх, запыхался. У лестницы ему пришлось перейти на шаг. Слева и справа поднимались каменные стены в три человеческих роста. Впереди, наверху,– высокая арка с зубчатой башней наверху.

Большой смахнул пот со лба и… голубая волшебная паутинка исчезла.

Пальцы Нифру разжались. Путеводная ниточка угасла, а фетсианка бессильно повисла на руках мужа. Тарто скрипнул зубами, но все, что он мог сделать,– это отнести жену в шатер, накрыть потеплее и ждать, уповая на милость Ашшура. Волшебство поглотило все силы Нифру и иссякло вместе с ними.

Большой выругался и в три прыжка преодолел оставшийся кусок лестницы. Перед ним лежала голая площадь, озаренная лунным светом, а впереди, всего в нескольких шагах…

– Ур-р! – яростно выдохнул Большой и рванулся вперед.

Фаргал пришел в себя и обнаружил, что его куда-то несут. Он дернулся…

– Ага, очухался! – раздался у него над ухом знакомый бас.– И куда это ты нацелился на ночь глядя?

– Отпусти меня! – потребовал мальчик.– Я сам пойду!

– Сам так сам! – Бывший солдат поставил парнишку на ноги.– Давай топай, только в канаву не свались, потом год не отмоешься!

– Ну здесь и вонища! – Фаргала била дрожь, а ноги подгибались, как после долгого бега. Он крепко вцепился за руку мужчины.– Как мы сюда попали?

– Как ты сюда попал? – Большой издал смешок. И тут же насторожился, услышав топот ног.

Свет факелов озарил серые стены и выпуклые камни мостовой. С соседней улочки вынырнула четверка вооруженных мужчин. Большой отчасти успокоился, увидев шлемы с эмблемой городской стражи.

– Кто такие? – властно спросил один из них.

– Цирк,– ответил Большой.– Стоим у вас на рыночной площади.

– А что по городу шастаете? – недоверчиво спросил другой.

– Да малец вот заблудился.– Большой кивнул на Фаргала.

Стражник поднес факел поближе, убедился, что перед ним действительно мальчик, и спросил более мягким голосом:

– Завтра-то будете выступать?

– Я думаю. Сбор сегодня хороший.

– Ага, ну ладно. Придем и мы глянем, а то сегодня, вишь, в карауле. Ну-ка, мы вас проводим, а то еще заплутаете.

Четверо стражников окружили цирковых. Бывший десятник забеспокоился, но солдаты довели их до рыночной площади, убедились, что Большой не соврал, и отправились восвояси.

– Ну и куда тебя понесло? – спросил Тарто.