Свободные - Анна Дарк

— Куда я пойду, Криста? — всхлипнула Лия.

— Мне всё равно, — бросила я с каким-то садистским удовлетворением от её слёз. Началось? Схожу с ума? Становлюсь бездушной тварью? Может быть. — Любовнику своему позвони. Он богат. Глядишь, что и придумает. А теперь пошла вон. Чтобы через полчаса о тебе тут ничего не напоминало.

— Хорошо, — размазывая по лицу сопли и слёзы прорыдала «подруга», — сейчас я уйду. Но мы поговорим. Позже. Когда ты немного придёшь в себя.

В ответ я лишь ядовито улыбнулась. Девушка ушла, и я осталась одна. Мысли словно вязкая масса текли в голове, и только негромкий хлопок двери вернул меня в реальность. Вот теперь можно рыдать, выть, кричать. Я одна, и никто мне не помешает. Но глаза по-прежнему были сухими, не давая возможности облегчить тугой узел кошмара внутри.

Прошлёпав на кухню, я достала бутылку вина. Налив целый стакан, выпила его залпом. А потом ещё и ещё. Слабая я всё же, раз ищу спасение в вине. Никчёмная. Всего лишь человек, которого носом ткнули, что он ничего и ни для кого особо не значит. Никому не нужная, наивная идиотка. Бутылка быстро опустела, и я открыла ещё одну. Направившись в гостиную, я буквально рухнула на диван. Понятия не имею, сколько прошло времени и сколько я выпила, но комната перед глазами начала странно покачиваться и в конечном итоге долгожданное забвение без снов и мыслей настигло меня.

Глава 7. Криста

Говорят, утро добрым не бывает. Моё так вовсе напоминало кошмар. У меня болело всё. Буквально. Во рту была пустыня и настолько мерзкий вкус, что складывалось впечатление, будто я ела из помойной урны. Ужасно.

Собраться на работу было не простой задачей. Как бы я не старалась, видок у меня был, мягко говоря, так себе.

— Привет! — жизнерадостно поздоровался Трой, как только я переступила порог редакции.

— Привет, — глухо буркнула я, скривившись от звука собственного голоса. Хриплого и неприятного.

— Воу, Криста, что за запах! — поморщился парень, но потом лицо его разгладилось и он, хитро прищурившись, спросил. — У кого-то был весёлый и удачный вечер?

Я одарила приятеля хмурым взглядом, которой должно быть многое ему сказал, так как парень быстро ретировался в неизвестном направлении.

Работа совершенно не клеилась, к тому же я обнаружила, что к вечеру уже пора сдавать материал, а я за прошедшие дни почти ничего не сделала. Я была так выбита из колеи возвращением Адриана, что буквально забила на работу. Интересно, чем я всё это время занималась?

Я старалась не вспоминать вчерашний вечер. Не думать. Не помнить. Не анализировать. Силой воли возвела хрупкую перегородку между собой и океаном боли из-за двойного предательства. Нужно держаться, иначе я, наверное, рехнусь.

Жизнь — странная штука. Она любит играть с людьми, подкидывая жестокие испытания. Я, как никто другой, знаю, что нельзя прогибаться под их гнётом, иначе проиграешь. Я просто не имею права сдаваться, мне нельзя показывать слабость. Мне кажется, что я начинаю понимать игру, которую затеял Джонсон. Ведь мне уже знаком этот метод. Сломать, подавить, причинить как можно больше боли, заставить ощутить собственную ничтожность. Он уже делал это, только на это раз он мучает меня не физически, а морально. И потому я просто обязана быть сильной, улыбаться, как бы не было больно. Нужно только перетерпеть эту бурю в душе, войти с этим Адом в симбиоз.

На словах всё просто, а вот на деле… Я разбирала письма читателей, стараясь абстрагироваться от жуткой реальности, дабы давать дельные советы. Люблю свою работу, она даёт мне силы. Я достала очередное письмо и стала вчитываться в текст:

Дорогая Криста!

Я не знаю, как мне быть, жить совершенно не хочется. Меня предали два самых дорогих мне человека. Недавно я застала своего парня, которого люблю до безумия в постели с лучшей подругой. Они оба просят прощения и клянутся, что сами не понимают, как так получилось. А я не знаю, как мне быть. Как жить дальше? Стоит закрыть глаза, и я снова вижу их вместе…

Дальше читать я не смогла, перед глазами все расплывалась. Вот он, толчок в бездну. Слёзы, о которых я так мечтала вчера, хлынули неконтролируемым потоком. Вскочив с места, я бегом бросилась из редакции. Не хочу устраивать шоу на глазах у толпы. Закрывшись в кабинке туалета, я рыдала в голос. Выла, как смертельно раненый зверь.

Истерика истощала мои силы, но давала выход адовым эмоциям, клокотавшим внутри. Не знаю сколько прошло времени, прежде, чем я обнаружила, что снова могу держать себя в руках и связно мыслить. И мне определённо стало легче. И пусть физически я ощущала себя вымотанной, в душе появились столь необходимый силы, чтобы жить дальше.

К чёрту Джонсона. Лию туда же. Они не увидят моих слёз и боли. Я буду улыбаться назло им. Буду радоваться жизни, вопреки их подлому поступку. Примерно такой же совет, я дала своей читательнице. К вечеру колонка была готова и я, повеселев, собиралась домой. Нужно зайти в круглосуточный гипермаркет и накупить вкусняшек.

— Вот мы и встретились, Криста Паркер, — раздался женский голос, и я вздрогнула от неожиданности.

Подняв голову, я увидела перед собой Оливию Джонсон, жену Адриана. Уже больше года, у меня сводит челюсти от одного только упоминания этого имени. Как бы я не ненавидела эту женщину, стоит отдать ей должное — она шикарна. Фигура, призванная сводить мужиков с ума, красивые черты лица, фарфоровая кожа и волосы цвета воронова крыла. Она источала ауру подавляющей самоуверенности и хищной сексуальности, в ней чувствовалась порода. На её фоне я ощутила себя совершенно серой и какой-то несовершенной. Мотнув головой, я сбросила с себя это чувство уязвимости и посмотрела женщине прямо в глаза. Я ничем не хуже её и Оливии придётся это понять. Похоже, она этого не ожидала, в карих глазах мелькнуло удивление.

— Оливия Уайт, — холодно усмехнулась я. — Чем обязана?

— Джонсон, — елейным голосом поправила она меня. — Оливия Джонсон. Я замужем, дорогуша и именно это привело меня сюда. Мне совсем не нравится, что мой муж уделяет вам столько внимания и вы это поощряете. Запомните, мисс Паркер, Адриан — мой! Вы мне не соперница, но всё же считаю не лишним предупредить: я вас уничтожу, если будете волочится за моим мужчиной.

От её слов, у меня челюсть отвисла. Первым порывом было ответить что-нибудь из разряда «да забирай, мне не надо», а потом проснулся мой бунтарский характер. Мне захотелось уязвить эту стерву. Кем она себя возомнила? И пусть у неё больше денег, связи, о которых мне только мечтать остаётся, и Адриан её законный муж, но это не значит, что она лучше. Она такая же женщина, такой же человек, как и все. Она и так слишком многое получила от жизни, не приложив для этого никаких усилий. Она получила мужчину, которого любила я, но меня ей не получить. Не получит она уничижительных оправданий или страха.