Очарован наповал - Элисон Кокран

Эми: Поверить не могу, что отправляюсь домой после первой же недели. Думаю, Чарльз просто не дал нам настоящий шанс. Знаю, мы с ним отлично поладили бы. У нас с ним столько общего.

Продюсер [за камерой]: Что, например?

Эми [бормочет сквозь всхлипы]: Ну, м-м-м, мы оба блондины. А еще я знаю, что сделала бы его счастливым, если бы он только дал мне шанс. Почему ни один мужчина не дает мне шанс?!

[Крупный план ее слез на три секунды].

Заметка Морин для редакторов: Выжмите из жалкого отчаяния этой конкурсантки максимум.

Неделя вторая

Пасадена, штат Калифорния, 13 июня 2021, воскресенье, 14 участниц, 56 дней до финала

ДЕВ

— Я подумал, давай сегодня вместе сходим на бранч?

Чарли, усердно чистивший банан, замирает и смотрит на Дева, испуганно вытаращив глаза.

— М-м-м, зачем?

Дев спиной опирается на столешницу.

— У нас сегодня выходной. По-моему, неплохо было бы на время вырваться со съемочной площадки. Я знаю одно место для бранча тут рядом, у подножья холма.

— Но зачем?

Брови у Чарли встревоженно насуплены, и Дев борется с желанием разгладить их большими пальцами, хотя операторов поблизости нет и загруженное лицо Принца никто не снимает.

— Мне показалось, здорово будет погулять и лучше узнать друг друга.

— Ты хочешь погулять… со мной? — медленно спрашивает Чарли. — Но зачем?

— Боже, Чарли! — взрывается Дев, бросая попытки решить задачу легко и непринужденно. — Я подумал, что тебе полезно устроить… тренировочное свидание.

— Тренировочное свидание?

Если Чарли еще раз повторит его слова с вопросительной интонацией, Дев вомнет чищеный банан в его красивое лицо.

— Да, тренировочное свидание. Чтобы подготовить тебя к свиданиям с девушками. Чтобы помочь тебе чувствовать себя увереннее во время свиданий на камеру.

Целую секунду Чарли не говорит ничего, потом уточняет:

— Тренировочное свидание с тобой?

Дев вскидывает руки.

— В общем, встречаемся на улице через пять минут.

К счастью, пять минут спустя Чарли встречает Дева у гостевого дома. В темно-синих шортах и серой, под цвет глаз, рубашке с коротким рукавом, он напоминает тупых студентов-мажоров, о которых Деву до сих пор снятся кошмары. Дев одалживает машину у Джулс, и они едут по улицам Пасадены в неловкой тишине. Дев возится с ресивером, пока не начинает звучать дебютный альбом Лиланда Барлоу, а Чарли нервно цепляется за поручень на дверце и правой ногой выжимает невидимую педаль тормоза каждый раз, когда Дев несется к знаку «стоп».

Ресторан «Можжевельники» пользуется популярностью у персонала «Долго и счастливо» из-за близости к съемочной площадке и бездонных коктейлей «мимоза». Когда Дев и Чарли заходят, открытая терраса набита битком: там компании ребят чуть за двадцать, в очередной раз буйно веселящиеся субботним вечером, и группы тридцатилетних с колясками, не желающие расставаться со старой жизнью. Дев любит шумную, солнечную толчею «Можжевельников». Хостес ведет их к крошечному угловому столику. Усаживаясь, они задевают другу друга коленями, и Чарли резко разворачивается в сторону, чтобы уйти от соприкосновения.

— Разве здесь не классно?

Чарли осторожно тянется за меню, его лицо снова искажает гримаса боли.

Дев не понимает, как такой привлекательный человек может делать со своим лицом такие непривлекательные вещи.

— Что случилось?

— М-м-м, ничего. Просто… Я веган и глютен не употребляю, — поясняет Чарли, продолжая хмуро созерцать одностраничное меню.

Чарли Уиншо — воплощение всего, что Дев старается избегать в личной жизни, а сейчас, на голодный желудок, общаться ним тяжело в принципе.

— Мы в Лос-Анджелесе. Уверен, в этом ресторане готовят что-то безглютеновое.

— Но здесь сплошные вафли и гренки.

— Не вижу проблемы.

Официант пробирается к их столику, равнодушно приветствует, листая блокнотик, наконец поднимает голову и утыкается взглядом в Чарли.

— Ой! — изумленно лепечет официант. Он не старше двадцати лет, вряд ли выписывает журнал Wired и не принадлежит к целевой аудитории «Долго и счастливо». «Я случайно поднял взгляд и увидел самого красивого человека на земле» — вот что означает его изумление. Такое же выражение Дев замечал на лицах двадцати девушек в первый вечер съемок.

— Что я могу для вас сделать? — выпаливает покрасневший официант. — То есть сделать вам? Нет, то есть принести вам? То есть…

Чарли ничего не замечает. Он заказывает чашку чая, фрукты, две вегетарианские сосиски. Дев заказывает яйцо бенедикт с крабом, порцию бекона, тост из кислого хлеба — он собирается накачать себя глютеном и побочными продуктами животноводства. Он старается не думать о конкурсантках, в выходной день наверняка смакующих коктейли в джакузи. Их наставником ему не быть.

— Ну, расскажи о себе, — нехотя пробует Дев.

Чарли изучает свою вилку.

— М-м-м, а что тебе хотелось бы знать?

— Например, про твою семью. Какие у тебя родители? А братья-сестры?

— Ну, видишь ли… Мы не близки, — с запинкой отвечает Чарли. — То есть я не близок. С другими членами семьи. Мы почти…

— Не общаетесь? — подсказывает Дев.

Чарли кашляет.

Возвращается официант с чаем и кофе.

— Простите, но не могли бы вы принести другую вилку? Эта грязная.

— Да, боже, да! Мне так жаль. Сейчас же этим займусь!

Тридцать секунд спустя официант приносит четыре разные вилки Чарли на выбор.

Дев делает медленный глубокий вдох и старается не забывать, что его задача — включать обаяние и очаровывать Чарли, чтобы тот играл по правилам шоу. Однако его голос звучит раздраженно.

— Видишь ли, задавать вопросы — традиционная часть любого свидания. Нужно же узнать друг друга лучше.

— Судя по моему небогатому опыту, женщины не слишком стремятся меня узнать.

— Меган, может, и не стремится, но продюсеры, вероятно, устроят так, чтобы следующее романтическое свидание у тебя было с Дафной, а она точно станет задавать тебе вопросы на личные темы.

За соседним столиком разражаются громким хохотом, и Чарли морщится.

— Я… Я не хочу говорить на личные темы.

Дев скрежещет зубами.

— Ясно. Тогда почему бы тебе не потренироваться, не задать какой-нибудь личный вопрос мне?

У Чарли аж челюсть отвисает.

— Какой, например?

— Я не знаю, Чарли! — Дев понимает, что вот-вот вспылит снова, понимает, что из-за этого Чарли замкнется пуще прежнего, но ничего поделать не может. Чем дальше отступает Чарли, тем сильнее рвется в атаку Дев. Вернуться бы в краткий период взаимопонимания, которого они достигли после того, как Чарли разбили лицо! Тогда Чарли позволил ему подержать холодный компресс и обнажил крохотный кусочек своей личности.

Официант приносит бранч с беспрецедентной для лос-анджелесского общепита скоростью, и Дев с Чарли оба радуются, что им есть чем занять свои руки и рты. Повисает мучительная тишина, Дев успевает смести четыре