Цифровой журнал «Компьютерра» № 104 - Коллектив Авторов

Но объясняется это не какими-то специфическими формами защиты. И уж не тупостью «пиндосов». Знаете, какая в США популярнейшая покупка была между Рождеством и Новым Годом? Пистолет или винтовка. Полмиллиона новых стволов ушло за неделю. Очень разумно в год глобального кризиса…

Так что продажи электронных книг – это из той же серии, что и стеклянные входные двери в «белых» поселках Среднего Запада. (В которые никто не норовит пальнуть даже из «пневматики».) Из разряда уважения к собственности в стране, где государство никогда не обирало всех граждан, назначая миллиардерами немногих достойнейших.

Ну и из практики работы крупнейших информационных корпораций, которые делают действительно доступным всё переведённое в public domain. Интересно, что русские книги позапрошлого века, которые автор читал в последнее время, оцифрованы или Microsoft, или Google. Наши же торговцы электронной книгой норовят содрать копеечку даже за текст Гоголя — видно, собираются вскоре туда, где Николай Васильевич пребывает, передадут…

А в России писателю стоит поглядеть на модели работы, скажем, СМИ. Практически все издания перешли уже в электронную форму. Существование обеспечивается попутной рекламой. Которая, адаптируясь к интересам потребителя (не всегда даже осознанным), подсказывает полезную информацию (скажем, лавочку с аккумуляторами буквально за соседним углом, которую никогда бы не нашёл…).

А помните, в советское время была такая «Роман-газета». Так что вариант бесплатной для потребителя и приносящей некоторый грошик автору бизнес-модели лежит на поверхности. Возможны и другие модели… Но в любом случае надо смотреть в будущее, а не скорбеть по временам, когда печатали книги на бумаге, а писали при свечах…

Да и тогда, помнится, Антон Палыч негодовал на тех, кто берёт и даёт читать книги… А в 1960-е «Искатель» публиковал памфлет Ник. Томана, ЕМНИП, о специализировавшемся на детективах западногерманском издательском концерне, где, озаботясь вышеозначенной проблемой дачи книг для прочтения, разрабатывали краску, через сутки после «откупоривания» книжки улетучивающуюся со страниц. Что-то это напоминает... И не следует ли наследникам писателя вчинить иск разработчикам систем защиты контента?

К оглавлению

Василий Щепетнёв: Мельчающая Вселенная

Василий Щепетнев

Опубликовано 18 января 2012 года

О том, что Вселенная сдувается и мельчает, я узнал не из умных книг, а опытным путём. И затем получал новые и новые подтверждения: да, мельчает, да, сдувается.

Первой ласточкой было уменьшение бутылки «Советское шампанское». Первоначальный, классический её объем равнялся 0,8 литрам, а вовсе не 0,75. А потом как-то пятьдесят кубиков потерялись. Звоночек. Умный человек тут же зафиксировал бы открытие, а потом переселился поскорее в другую, стабильную Вселенную. Я же продолжил наблюдения.

Вслед за шампанским стал мельчать хлеб. Если шампанское теряло размер, то хлеб – массу. Стандартная килограммовая буханка стала весить девятьсот пятьдесят граммов, потом девятьсот, и так дошла до шестисот. Похоже, процесс будет продолжаться и далее.

Или вот сливочное масло. Прежде стандартный брусочек равнялся двумстам граммам, а сегодня – ста восьмидесяти. Молоко, соки частенько разливают не в литровые пакеты, но на пятьдесят, на сто, а то и на двести кубических сантиметров меньше. То ж и со всякими крупами.

Да и литры мельчают сами. У знакомого старая, можно сказать, уже древняя машина – «Победа». Так вот, в её бензобак нынче входит больше литров бензина, нежели сорок лет назад. Бак увеличился? Литр усох, утверждает знакомый. И я ему верю.

Или уж совершенно бесспорный случай: процессоры сегодня готовят по иной технологии, чем вчера. С каждым годом она, технология, осваивает всё более тонкие приёмы. Если не так давно процессоры готовили по технологии 120 нанометров, потом 90, то сегодня и технологию 45 обзывают устаревшей.

А лампочки? Обыкновенные лампочки накаливания? Жили себе стоваттки, жили и беды не знали. Хотя тоже мельчали, из полновесной груши превратились в небольшие грибочки. А сегодня они все ослабли, потеряли в мощности. По крайней мере, маркируются как лампочки в девяносто пять ватт. Грандиозное достижение человеческого разума.

А рубль? Советский рубль, как гордо писали в соответствующих документах, приравнивался к 0,987412 грамма золота. Правда, опытным путём подтвердить сие мне не удалось. Никто не хотел менять рубли на золото по указанному курсу, ещё и милицию грозили позвать, и в школу сообщить, хотя при чём здесь милиция и школа? Может, я не туда обращался? В сберкассу, а следовало куда-нибудь в другое место? В любом случае, в сегодняшнем рубле и миллиграмма (!) золота нет даже по документам. Вот уж сдулась Вселенная!

Но материальные объекты есть лишь видимая часть окружающего нас мира. Невидимая не менее важна. Не исключу, что она важнее литров и килограммов. Взять хоть идеи. По историческим меркам совсем рядом, на жизни прошлого, не полностью вымершего поколения главной идеей являлось построение коммунизма во всём мире. Для затравки – в одной стране.

Хотя бы в одном городе: «Превратим Москву в образцовый коммунистический город!» – требовательно смотрели на воронежцев широкоплечие рабочие с многочисленных плакатов. Превращали как могли.

Но искусство превращения требовало иных артефактов, нежели плакаты и транспаранты. Всемогущий маг оказался несостоятельным. Вместо образцового коммунистического города вышло не поймёшь что. О стране и говорить нечего. Сдулась страна. Пошли всякого рода процессы, политические и не очень, а в результате и квадратные километры не сходятся, и население тает год от года.

Спрашиваешь власть: что делать-то? Молчит власть, не дает ответа. «Обогащайтесь», – шепчут с задней парты. Ага. Кто может — он и без подсказок обогащается, но разве идея обогащения равнозначна идее построения коммунизма во всём мире или хотя бы в отдельно взятой стране? Никакого сравнения. А память услужливо напоминает, что было с теми, кто обогащение провозгласил, и с теми, кто в этот лозунг поверил. Ничего хорошего.

Зря говорят, что история ничему не учит. Умных – учит. Другое дело, что умных мало. Обогатившиеся, помня уроки прошлого, жён своих, и детей своих, и скот свой, и прочее добро своё перетащили в другую часть Вселенной.

Есть гипотеза: Вселенная и сдувается, и раздувается одновременно, а не поочерёдно. А где-то между этими частями существует пространство стабильности. Туда-то, в пространство стабильности, и переезжают умные люди.

Согласно иной теории пространство стабильности само может мигрировать. Перемещаться. Что ж, умные люди будут перемещаться вместе с ним. Вдруг и к нам попадут. Вот, скажут, мы и пришли.

А мы вежливо освободим место и станем, куда велят.

К оглавлению

Дмитрий Шабанов: Диета без фосфора?

Дмитрий Шабанов

Опубликовано 18 января 2012 года

В своей прошлой колонке я не стал обосновывать утверждение, что в ближайшем будущем человечеству придётся менять отношения со средой. Честно сказать, эта идея кажется мне неким «общим местом». Но даже дискуссия на сайте (интересная — посмотрите!) показала, что многие мысли надо обсуждать со всей основательностью.

Здесь я обсужу одно простое утверждение. Многие разумные люди, вовлечённые в технологический прогресс, считают разговоры об исчерпании невозобновимых ресурсов недалёкими. История показывает, что по мере развития человечества относительная важность ресурсов меняется. Может, надо беспокоиться не о сбережении нынешних ресурсов, а об ускоренном переходе к фазе, когда они уже не понадобятся?

С частичной правотой такого подхода нельзя не согласиться, но, чтобы избежать ловушки неверного понимания, важно тщательно обсудить детали. Давайте разбираться не торопясь.

Специфика нашего вида состоит в том, что для его современного состояния критично важны невозобновимые ресурсы.

На Землю льётся поток солнечной энергии; на поверхности нашей планеты этот поток многократно преобразуется и, в конечном счёте, покидает её в виде теплового, низкоэнергетичного излучения. Этот поток преобразуется живым веществом, атмосферой и гидросферой Земли, запуская по всей её поверхности круговороты веществ. Увы, полностью замкнуть круговорот вещества невозможно: в любом случае какая-то доля веществ рассеивается. Куда попадает вещество, «потерявшееся», к примеру, в какой-нибудь подмосковной дубраве? Воды дождей и рек снесут его к морю, где оно захоронится в осадочных породах.