Хроники мертвого города - Александр Север

заметил две вещи: Это был явно мертвец, но у него отсутствовала обувь и двигался он невероятно тихо, а ещё о том, что двигался он очень быстро. Опасную тварь я прозвал для себя спринтером.

Ещё мне стало жутко интересно, куда он бежал. И зачем. Ещё одна загадка вселенной. Моя картотека монстров пополнилась новым видом местной фауны. Неплохо бы завести общую энциклопедию, понятную всем лагерям.

Миша решил провести разведку один, велев нам оставаться и ждать сигнала. Только сейчас я заметил, что борода его стала значительно короче, на щеках растительность отсутствовала, лишь усы и под нижней губой оставались короткие волосы, а голова приведена в порядок расчёской. Я невольно усмехнулся, догадавшись, для кого предназначен этот марафет.

Зигзагом он двинулся между машинами, делаем остановки и осматриваясь. Даже одежда на нём издавала минимум шума. Вскоре он пропал из виду внутри здания, мы замерли в ожидании, оглядываясь по сторонам. Мертвец, гулявший около бензовоза, стремительно рванул за АЗС.

Спустя 15 минут из дверей пару раз моргнул фонарик — знак, которого мы с нетерпением ждали.

Миша придерживал дверь, держа в руке окровавленный топорик. Когда мы зашли в помещение, он выглянул наружу, огляделся и закрыл дверь, просунув между ручек швабру.

— На заправке бензина нет, — отчитался он, — Поэтому возьмём здесь масло. Бензин есть в бензовозе снаружи, поэтому Рита берет масло, Стас — пустые канистры. Вопросы?

— Знаешь, какое масло брать? — поинтересовался я у Риты.

— Малыш, я дам фору любому автомеханику, — подмигнула она и пропала в темноте станции.

Я прошёл мимо разведчика, испепеляющего меня взглядом, стараясь с ним не встречаться.

Гружёные пустыми канистрами, группа вышла с чёрного входа. Свет луны обрисовал три трупа на асфальте. Тут поработал наш бесценный проводник.

Иногда хочется обозвать его маньяком за метод работы — выживания: у одного отсутствовала половина черепа, отделённая по уровню глаз, у другого по колено отсутствовала нога, лежавшая рядом с тоже отделившейся головой, а третий, видимо, стал объектом для забавы — руки отрублены пол локоть, ноги по самые бёдра, а вместо лица остался фарш, по которому пробежалась стая мамонтов.

Ай да Мишка! Чтоб я с тобой ещё раз в одном помещении ночевал!

Подставляя одну за другой, канистры наполнялись бензином. Рита кружила вокруг нас с пистолетом в руках, глядя по сторонам. Капюшон был опущен, волнистые волосы спадали на плечи, а лицо закрывала чёрная бандана с жутким рисунком оскала.

Топливо лилось и Миша воспользовался моментом — достал допитую накануне бутылку и залил её до горлышка, закупорив плотным куском ткани, срезанным с одежды трупа, а сверху обтянул горлышко целлофановым пакетом, чтобы не сочилась. Хорошая сборка, я оценил.

Теперь я шёл посередине колонны, таща в обеих руках по десятилитровой канистре. Замыкала Рита, шёпотом направляя Мишу. Её руки были свободны, так как канистра с маслом уместилась в рюкзаке.

Дойдя до перекрёстка, мы подчинились команде ведущего остановиться. Повыглядывав из-за угла дома, он сообщил, что по дороге шляется около семи особей.

— Надо пересечь перекрёсток по прямой, затем сразу во двор направо, — скоординировала Рита, — Мы почти добрались.

— Если пройдём тихо и быстро, возможно вступать в контакт не придётся, — доложил ведущий, — Стас, ты как, отдохнул? Готов к последнему броску?

Кивнув в ответ, я поднял канистры.

— Пошли.

Проводник ускоренно и беззвучно двинулся вперёд. Мы поспешили за ним, стараясь не отставать, при этом поглядывая по сторонам. Случилось непредвиденное: навстречу нам со двора вышла пара ходячих. Мы замерли посередине широкой проезжей части, и твари всё-таки нас заметили.

С визгом, типичным для мертвяков, не бросились к нашему ведущему. Пара изящных уворотов и взмахов топором, как адские создания повалились на асфальт. Снова визг, уже справа.

Нас заметили и предстояла драка, в которой даже такой профессионал как Миша, не справится в одиночку. Поставив канистры, я вытащил из-за пояса топор и нож, покоящиеся за спиной. Рита нацелилась на бегущих к нам мертвяков, но я её остановил отрицательным поворотом головы, и шагнул навстречу смерти.

Самые первые полегли от Мишиного топорика, дальше был мой черёд. Ближний бегущий мертвец упал ничком с застрявшим между глаз пожарным топором, второй успел схватить меня за плечи, но нож в подбородок поставил его на колени.

Послышался треск рвущейся одежды. Проклятая мертвечина вцепилась крепко и, падая, вырвало кусок ткани. Я молил Бога, чтобы не осталось царапины. Фатальная мелочь могла завершить мою историю так глупо и так дешево… Прикинув расстояние до нападавших, я позволил себе вернуться за топором и в ту секунду заметил приближающиеся силуэты позади Риты. Бросившись в ту сторону, пришлось попотеть, пока две твари не рухнули на асфальт.

За ними следовала небольшая вереница и, по моим прикидкам, их можно пощёлкать по одному, если бы я краем глаза не заметил движение справа, откуда вышли самые первые мертвецы. С той стороны на нас бежало порядка шести особей и я, оценив ситуацию как "критичную", снял с плеча АКМ.

Девчонка восприняла это как сигнал, поэтому выстрелила первой. Довольно меткий и выстрел уложил мертвеца одной пулей в лоб, которая прошла насквозь и протянула за собой струйку коктейля из крови и мозгов. Услышав хлопок, Миша достал из-под плаща АКС-У и, переведя на одиночные, открыл прицельный огонь.

Череда моих выстрелов оказалась не менее удачной. Не сказать, что я крутой стрелок, но коллиматорный прицел не позволял промахиваться, равняя счёт "одна пуля — одна голова".

Патроны кончались со скоростью появление новых тварей, собравшихся со всей округи на звуки стрельбы. Миша крикнул, чтобы прикрывали его фланг, а сам переключился на отстрел нападающих с той стороны, откуда мы пришли.

Нас окружили и кольцо сужалось, а боезапас стремительно таял. Волна тварей всё нарастала и отбиваться становилось всё труднее.

Последний патрон отыграл и в моей голове пронёсся поток воспоминаний: сонная Анютка, сидящая у окна, Лёша Еж улыбается и жмёт мне руку после ходки, чай на столе, подарок для дочки.

Калейдоскоп образов я отогнал, мотнув головой и бросив автомат, доставая вновь топор и нож. Стиснув зубы, я приготовился к встрече с старухой с косой. Не согласен сдаваться, просто так воспитан, и если суждено умереть, я продам свою жизнь подороже.

Разбилось стекло и стало очень горячо. Даже отвернувшись от огня, приходилось щурить глаза. Разведчик умудрился успеть зажечь коктейль Молотова и прикрыл нам один фланг.

Мертвецы, не добежав до нас около десяти шагов, стали останавливаться. Их лица несли хищный оскал, налитые кровью глаза жадно смотрели на нас. Ни одна тварь не издавала ни единого