Темное предсказание - Мелисса Марр

— Но мы с тобой не безгрешны, — сказала Айслинн. — Ты скрывал от меня все, что происходило, а Лесли и Ниалл расплатились за последствия.

Айслинн не могла до конца простить Кинана за то, как он обошелся с Лесли и Ниаллом. Он их попросту использовал. Но в отличие от Доний Айслинн не могла захлопнуть перед Кинаном дверь. Он был ее королем, у них были общие подданные. Если только один из них не погибнет, им предстоит быть вместе целую вечность — по крайней мере, до тех пор, пока они правят королевством Лета. А короли фэйри правили веками. Для Айслинн это и была вечность.

«Вечность с Кинаном».

Эта мысль пугала ее и сейчас. Он не был склонен к совместному правлению на равных, а она не имела опыта в отношениях с фэйри. До своего превращения Айслинн очень старалась не попадать в сложные ситуации. Но королева не может занимать позицию невмешательства. Королева должна управлять. За плечами Кинана было девятьсот лет правления, однако без полноты власти. Равное правление… даже говорить об этом Айслинн было нелегко. Но иначе ей придется разделить ответственность за последствия решений, единолично принятых Кинаном. Это тоже не выход.

Прежде Айслинн всеми силами избегала внимания фэйри. Став королевой, она вдруг почувствовала, что летние фэйри много значат для нее. Их благополучие, счастье и безопасность очень сильно ее занимали. Побуждение было инстинктивным, как и потребность помочь королевству набрать силу. Тем не менее это не означало, что она должна пожертвовать всем остальным ради процветания фэйри. Кинан этого не понимал.

— Здесь, Кинан, нам к согласию не прийти, — покачала головой Айслинн.

— Возможно, — ответил он и посмотрел на нее с такой страстью, что Айслинн ощутила ответную тягу солнечных лучиков у себя под кожей. — Но ты хотя бы не отказываешься говорить со мной.

Айслинн отодвинулась еще дальше. Жест был вполне красноречивым.

— Видишь ли, у меня нет выбора. А у Доний есть.

— У тебя есть выбор. Просто ты…

— Что я?

— Более рассудительная, — не скрывая улыбки, ответил Кинан.

Напряжение, нараставшее внутри Айслинн, растопила его искренняя улыбка. Она тоже улыбнулась.

— Я еще никогда не была такой безрассудной, как в последние месяцы. Знаешь, как сильно я изменилась?.. Я слышала об этом и от учителей, и от друзей. Бабушка, Сет — все говорят. Такие перемены настроения! Одним словом, жуть.

— По сравнению со мной ты почти бесстрастна.

У Кинана сверкали глаза. Он знал, какой вспыльчивой стала Айслинн. И чаще всего мишенью для ее гнева оказывался он сам.

— Конечно, если за эталон отсчета брать тебя, я выгляжу невозмутимой.

Айслинн снова почувствовала себя легко. При всех странностях и сюрпризах прошедших месяцев Кинан умел поднять ей настроение. Это здорово облегчало ее жизнь в качестве королевы Лета. Дружба Кинана и любовь Сета были главными опорами Айслинн.

Кинан продолжал улыбаться, но теперь в его глазах появилась мольба.

— Может, ты поговоришь с Дон? Попробуй ей объяснить, что я по ней скучаю. У тебя это получится. Скажи ей, что мне грустно, когда я ее не вижу. И еще скажи: она мне нужна.

— А почему бы тебе самому не сказать?

— Как? Она же не пускает меня на порог. — Кинан нахмурился. — А она мне нужна. Без нее… и без тебя… словом, я не очень разбираюсь в государственных делах. Я стараюсь, но мне нужно, чтобы она верила в меня. А когда вы обе…

Айслинн махнула рукой. Ей не хотелось, чтобы Кинан развивал эту мысль. Мир между дворами был делом новым и непростым. Мир между Донией и Кинаном лучше, чем взаимные выпады, однако перспектива разговора с Донией почему-то тревожила Айслинн. Можно сказать, они с Донией подружились. Не так близко, как надеялась Айслинн, но вначале они проводили вместе целые дни. Все кончилось с приходом весны. Отношения между Кинаном и Донией заметно изменились. Они могли об этом не говорить, но было ясно: и Кинану, и Доний очень трудно не прикасаться друг к Другу.

— Я могу попробовать, но если Дония не склонна говорить с тобой, вряд ли она захочет говорить со мной. Я несколько раз хотела обсудить с ней кое-какие планы, а она всякий раз уходила от разговора, — призналась Айслинн.

Кинан налил им по стакану воды.

— Это потому, что лето набирает силы, а зима слабеет. Бейра каждую весну становилась угрюмой, а ведь тогда я был совсем слаб.

Кинан подал ей стакан. Айслинн застыла.

«Но это просто вода».

Даже если бы в стакане было летнее вино, оно бы не так подействовало на нее, как в первый раз. Усилием воли Айслинн отбросила эти мысли.

— Эш!

Она вздрогнула, застигнутая врасплох. Кинан редко называл ее уменьшительным именем. Айслинн вопросительно посмотрела на него.

Кинан поднял стакан выше, отставив большой палец. Вода была удивительно прозрачной.

— Пей и не бойся. Я не причиню тебе вреда. У меня этого и в мыслях никогда не было. Никогда. Даже когда ты была смертной.

Айслинн покраснела и взяла стакан.

— Я знаю. Конечно. Прости.

Кинан пожал плечами, но даже несколько мгновений ее страха были способны испортить ему настроение. Он улавливал эти мгновения, а она не могла их отрицать. Порой Айслинн казалось, что совместное управление двором соединяло ее и Кинана странными узами, к которым они оба не были готовы. Она хорошо могла принимать вид уверенной и доброжелательной королевы. Придворные считали этот образ истинным, и только Кинан был способен заглянуть дальше.

«Друзья. Мы — друзья. Не враги и не что-то еще».

— Я поговорю с Донией, — сказала Айслинн. — Обещать ничего не могу, но попробую. Возможно, нам обеим это пойдет на пользу… В последние недели она часто раздражалась на меня. Если всему виной весна, нам тем более стоит поговорить.

Кинан осторожно сжал руку Айслинн.

— Ты хорошо выдерживаешь мои поручения. Но я-то знаю, что тебе это нелегко.

Айслинн не выпустила его руку. Наоборот, удержала ее с силой, приобретенной после потери смертной природы.

— Мое терпение не беспредельно. Если у тебя опять появится какая-нибудь тайна вроде того, как было с Лесли…

Она умолкла. Солнечный лучик, живший под ее кожей, выпрыгнул наружу. Дело было не в утрате самообладания. Айслинн показала Кинану, что не хуже его владеет стихией солнечного огня.

— И что? — осторожно спросил Кинан.

— Это будет очень глупо с твоей стороны. Лесли смогла освободиться только благодаря Доний. А ты меня подвел. Не хочу, чтобы такое повторялось.

Кинан молчал и просто держал Айслинн за руку. Когда она попыталась отодвинуться, он улыбнулся.

— Не уверен, что твоя угроза даст желаемый результат. Между прочим, в гневе ты еще привлекательнее.