Искра. Небывалое. Любовный роман - Адель Нагая

– У меня тоже отец умер. Мне тогда было тринадцать. Я до сих пор помню эту боль.

– Наверное, она мало отличается, если тебе перевалило за двадцать, – горько хмыкнул Кир, – их нет уже шесть с лишним лет, но я до сих пор не привык.

Искра почувствовала себя очень неудобно. Уж что-что, а соболезнования ей всегда давались тяжело. Нужно было находить какие-то слова, не пустые и не клише, а что-то… чтобы человек понял, что тебе действительно не все равно. А какие, интересно, слова могут тут сгодиться? Чего он еще не слышал от множества друзей и знакомых?

– Кто бы мог подумать, – вдруг произнесла она, не успев даже толком обдумать последствия того, что скажет. – А ведешь ты себя так, словно они просто где-то в другом городе и не могут видеть твоих выходок.

– Ты хочешь поговорить об этом? – быстро спросил Кир, подняв голову. – О том, могут ли видеть нас мертвые, могут ли нам что-то сказать и все такое прочее? Ты реально считаешь, что я подходящий собеседник для этого?

– Я считаю, что ты просто борешься со своим горем как можешь, вот и все, – под пристальным взглядом Кира Искра мысленно отругала себя за дурацкий выпад и решила немного смягчить удар. – Хорошо, что у тебя есть брат, вдвоем подобное перенести легче. Вот у меня не было никого…

– Ладно, проехали, – взбодрился он и вдруг, скользнув взглядом по собеседнице, ухмыльнулся.– Может, оденешься уже до конца?

Искра, вспомнив, что демонстрирует из-за шторы обнаженные плечи, невольно ойкнула, исчезла в кабинке. Через минуту она вышла уже в платье. Она остановилась перед кабинкой, уперлась руками в бока и выжидающе посмотрела на Кира, желая увидеть его реакцию. Платье было роскошным: черный атлас обтягивал ее от груди и до колен, а на плечах и шее расцветало богатое черное кружево. Кир невольно открыл рот.

– Вот уж не замечал, что у тебя такая…

– Такая что? – спросила Искра, вертясь перед зеркалом.

– Эм… внешность. Яркая внешность, – Кир облизнул пересохшие губы, – ты явно будешь… То есть, это явно то, что нужно.

– Есть такое же синее, – сказала Искра, пропустив его сумбурный комплимент мимо ушей, – Но черное вроде как строже выглядит. Ей надо построже или поярче, как ты считаешь?

Кир почему-то посмотрел Искре на ноги.

– По-моему, черный цвет – сексуальнее, – заключил он.

– Ну и отлично, что тебе нравится, – Искра подала знак продавщице и снова скрылась в примерочной.

– Я начинаю понимать, почему Август тебя нанял, – сказал Кир задумчиво.

– Кажется, ты это понял уже давно? Чтобы я с тобой нянчилась и тебя… пинала, – Искра, радуясь, что Кир ее не видит, скорчила перед зеркалом испуганную рожицу. Кто знает, где предел тому, что она может сказать своему полному сюрпризов боссу?

– Да нет, это, конечно, тоже, но я в смысле твоей внешности. Август действительно имеет хороший вкус, гораздо лучше моего. Вернее, он умеет примечать хорошие качества, о которых другие даже и не подозревают. Поэтому у него так хорошо идут дела в бизнесе: он отличный аналитик, отличный хедхантер, отличный психолог, да и покупатель тоже. В тебе он тоже сразу вычислил кое-какие качества, которые я замечаю только со временем.

– Ага. Он меня удачно купил, ты хочешь сказать?

– Он сделал хороший выбор. Я думал, ты спросишь, какие именно качества я пытаюсь хвалить. Люди всегда так любят узнавать, что в них есть действительно хорошего, подтвержденного другими…

– А я не спрошу, – угрюмо отозвалась Искра.

– Почему?

– Потому что наперед знаю, что в ответ получу только шутку про мой зад, грудь или ноги.

Кир шумно вздохнул, но ничего не возразил. Искра пожалела, что не видит его лица. Все-таки, он прав: люди жаждут знать, что думают о них другие. Она ведь специально сказала так, чтобы он горячо ей возразил и начал уверять в том, что она просто хороший, умный человек. Но он промолчал.

– Ну, ладно, – сказала она, выходя из кабинки и ходу застегивая манжеты блузки. – А какие у тебя качества? Чем ты можешь похвастать?

– Я лучше умею уговаривать. Убалтывать, убеждать, умасливать, короче, из меня лучший продавец, чем покупатель.

– Ну, тогда вдвоем с братом вы – отличный тандем. Да и смотритесь отлично… Особенно если тебя приодеть.

– Кое-чего нам обоим не хватает, – вздохнул Кир.

Искра хмыкнула:

– Трубки мира, наверное.

Они остановились у кассы в ожидании, пока продавщица положит платье в пакет. Перед ними на стене висело еще одно зеркало, в огромной серебристой раме, с подсветкой по бокам. Кир и Искра, не сговариваясь, одновременно покосились на свое отражение: красивый, слегка неухоженный мужчина и застегнутая на все пуговицы безукоризненная женщина. Кир невольно провел рукой по волосам, стараясь хотя бы немного их пригладить, затем с досадой почесал небритый подбородок.

– М-да, – сказала Искра, – не только приодеть. Но и побрить.

– У меня давно имеется бритва на работе. К презентации я буду на уровне.

– Это утешает. Пойдем уже, я проголодалась. А кто-то обещал мне обед в ресторане.

– Само собой. Но… может, ты все-таки ты поедешь со мной на мотоцикле? Так гораздо удобнее.

– Еще чего. Вызывай мне такси.

Как-то раз, когда Искра была еще студенткой, они с сокурсниками пошли в ресторан отмечать закрытую сессию. Искра в тот вечер выпила всего один, но очень крепкий коктейль и впала в какое-то мечтательное оцепенение, глядя в окно, пока всё остальные ели и веселились. Когда она очнулась, то оказалось, что ресторан уже готовился к закрытию на ночь, и она сидела за столом одна, наедине с огромным неоплаченным счетом и парой мелких купюр, оставленных кем-то из ребят.

Те ужасные минуты Искра запомнила на всю жизнь и надеялась никогда больше их не испытать. Однако именно в тот день, когда она чувствовала себя как нельзя более уверенно, заходя в итальянский ресторанчик под руку с надежным и обеспеченным мужчиной, эта история повторилась: ее бросили одну.

Сразу после десерта Кир извинился и удалился в сторону туалета. Никакого подвоха Искра не ожидала, тем более что он оставил на свободном стуле пакет с купленным платьем. Однако через какие-то пять минут с улицы послышался шум двигателя отъезжающего мотоцикла. А сразу после к столику подошел официант и сказал, что спутник Искры ушел, попросив передать ей кое-что.

Кое-чем оказалась собственная визитка Кира, исписанная с обратной стороны размашистыми, насколько позволяла площадь карточки, буквами:

«Искра,

Знаю, что ты захочешь меня убить, но платье, которое мы купили, предназначено для тебя. Надень его сегодня на презентацию и будь умницей. Уверен, что ты справишься без моей помощи.

Крепко обнимаю,

Засранец-Кир»

Искра не сразу поняла содержимое записки. Хоть она и разобрала все слова, но все-таки принялась пересматривать некоторые закорючки. Она сама не знала, на что надеялась: сколько бы она ни перечитывала это послание, содержание его не изменилось бы: Кир купил ей платье, чтобы загладить вину за свой побег с презентации. Он опять всё свалил на нее.

Официант предупредительно сообщил, что ушедший господин оплатил счет и ей нечего беспокоиться. Искра горько усмехнулась: да это было самое меньшее, о чем она беспокоилась. Ей очень, просто нестерпимо сильно, хотелось выскочить, нагнать этого засранца, натянуть на него это чертово платье и выставить перед японцами на презентации с лазерной указкой в зубах. Но догонять его, конечно, было поздно.

Искра глубоко вздохнула, допила свой бокал вина, взяла в одну руку сумочку, а в другую пакет с платьем и поспешила к выходу. Смятая записка осталась лежать на дне пепельницы.

Глава 7

Сказать, что Кир ее подставил, значило ничего не сказать. По дороге в ресторан Искра еще слегка надеялась, что он поджидает ее там, веселый, ужасно довольный своим розыгрышем и готовый к презентации. Но его там не оказалось. Не пришел он и позже, пока проводились последние приготовления. Не появился он и после того, как приехал Август с японцами. Когда они вошли, Искра окончательно смирилась, что выступать придется ей самой.

Что ж, ей оставалось только одно: попробовать отыскать в этой ситуации что-нибудь положительное. Например, она могла точно сказать, что все, что от нее зависит, подготовлено безупречно, и текст она, вроде, знала хорошо – ведь именно она его редактировала, причем трижды. Порадовал и Август, который на этот раз хотя бы не подскочил к ней с шипящим шепотом: «Что вы тут делаете и где Кир?». Он лишь кивнул ей головой, словно так и должно быть. Похоже, коварный Кир предупредил его обо всем заранее.

Стоя в луче света проектора, среди плавающих в воздухе мириад пылинок, Искра спокойным и уверенным голосом говорила заученный наизусть текст на английском. Приглашенный переводчик сидел в углу без дела. Японцы, троица одинаковых лысоватых мужчин в очках, сидящих за ближайшим к экрану столиком, дружно кивали. Август время от времени что-то говорил на ухо одному из них, и тот кивал еще усерднее. Сотрудники «Акамарачи» вели себя так тихо, что напоминали высаженных рядами манекенов. Те, кто сидел впереди и попадали в поле зрения Августа, не отрывали глаз от сцены, губы некоторых даже шевелились, как будто они повторяли про себя услышанное, чтобы лучше запомнить. Однако Искра знала, что на самом деле это такой прием, чтобы не задремать – бормотать про себя какую-нибудь бодрую песню. Остальные сотрудники, сидевшие поодаль и скрывающие лица в тени больших декоративных вазонов, позволили себе закрыть глаза. Искра их не винила: ее речь предназначалась для клиентов, а сотрудникам от нее не было никакого толку. Они пришли сюда только ради шведского стола и танцев.