Гром 2. Битва за Землю - Сухов Александр Евгеньевич

Однако на быструю смерть жертва рассчитывать не могла. Мучительница была прекрасно осведомлена обо всех анатомических особенностях существ своей расы и не только своей. Жизненно важные центры она обходила стороной своими еле видимыми, но весьма острыми коготками. Но в то же время ей было доподлинно известно, как сделать так, чтобы мучимое ею существо испытало особо сильную боль. Боль, доводящую разумное существо до сумасшествия. О, как же приятно ощущать эту чужую боль, трансформированную в высшую форму блаженства!

Довести задуманное до логического завершения у извращенной садистки на этот раз не вышло. В коридоре подземелья случайно оказался один из слуг. Привлеченный громкими криками он заглянул в помещение, где развлекалась именинница. Вид кровавой сцены буквально шокировал мужчину, однако это не помешало ему вызвать дворцовую охрану.

Примчавшиеся мордовороты спеленали мучительницу и по воле отца определили под домашний арест. Её жертву освободили от захватов и поместили в медицинскую капсулу.

Широкий скандал хоть и с трудом, но удалось замять. «Невинная» шалость дочурки стоила её отцу герцогу Мэнилайя огромной денежной суммы, выплаченной родителям пострадавшей в качестве виры. Кроме того, высокородный аграф лишился права свободного посещения императорского дворца, что для высшего аристократа империи Таори является весьма суровым наказанием.

Если бы герцог публично отрекся от сбрендившей дочурки и приказал её казнить, император его простил. Но Эшаэль Мэнилайя не мог даже мысли допустить, чтобы сделать больно собственному чаду, тем более предать смертной казни. Герцог покорно принял наказание и наконец занялся воспитанием дочери. Поздновато спохватился, но все-таки лучше поздно, чем никогда.

Выписанный из Столицы псионик был буквально шокирован открывшейся истиной. На счету шестнадцатилетней девчушки с огромными наивными зелеными глазами приличных размеров кладбище разумных. А еще у неё имеется очень сильный дар псионика, достигающий класса «Е» даже без специализированной нейросети и соответствующих имплантов.

– Девочку ждет величайшее будущее, – сообщил он отцу после тщательного сканирования сознания юного дарования и после недолгой паузы, добавил: – или смертная казнь, если не удастся излечить её от крайне опасных наклонностей.

Справедливости ради, сам он считал, что эту тварь нужно немедленно уничтожить, поскольку изменения в её психике вряд ли смогут быть как-то исправлены. Но не говорить же об этом работодателю, щедро оплачивающему его услуги.

Опасные наклонности было решено устранять в закрытом специализированном заведении для подростков с выявленным псионическим даром. Вот только озабоченный судьбой любимого чада папаша глубоко заблуждался насчет того, что там кто-то станет заниматься подобной гуманистической ерундой.

За четыре года, проведенные Юниль в стенах спецшколы её дар значительно окреп. По достижении совершеннолетия девушке установили уникальную нейросеть Древних, найденную при раскопках руин на одной из необитаемых планет во Фронтире и приобретенную заботливым папенькой за огромные деньги. После активации и полного развертывания чудесного устройства её пси уровень достиг индекса «Б», а со временем обещал развиться до предельного максимума, отмеченного у псионов расы аграфов.

Это непонятное существо появилось в жизни девушки через год после того, как ей была установлена нейросеть.

В один прекрасный, не предвещавший никаких изменений в жизни девушки день, её вызвал в кабинет директор школы и сообщил, что с ней желают пообщаться. На вопрос «кто именно?» его лицо заметно посерело, что у аграфов свидетельствует о высокой степени волнения или страха, граничащего с паникой. Мужчина ничего не ответил, лишь взял её за руку и отвел в класс медитативных техник.

В центре помещения находилась высокая фигура, завернутая в некое подобие бесформенного плаща, полностью скрывавшего строение тела. Лицо незнакомца было полностью закрыто мягкой маской, делавшей его абсолютно обезличенным. Были видны лишь глаза – два огромных черных провала, в которых время от времени вспыхивали багровые инфернальные отблески.

Юниль по привычке попыталась прощупать разумного на ментальном уровне, но наткнулась на непробиваемую стену. Более того, её сознание получила столь ощутимый удар, что девушке пришлось срочно бросать все свои внутренние резервы для создания защитного ментального кокона. С такой мощью псионического дара ей сталкиваться до сих пор не приходилось. Более того, она не подозревала о существовании столь одаренных индивидуумов. Достигнув ранга «Б», она отчетливо представляла, что её ожидает на пике наивысшего могущества. Этот псионик был на порядок или даже несколько порядков выше по развитию любого из её учителей.

– Неплохо, девочка, – голос незнакомца оказался негромким мягким обволакивающим, – ты мне подходишь.

Протестная натура Юниль возмутилась столь безапелляционному заявлению незнакомца. Однако что-то неведомое удержало её от открытого проявления недовольства. Девушка сама удивилась собственной сдержанности. Наконец в её красивой головке возникло осознание того, что эта встреча может стать для нее тем, что поможет, что называется, прыгнуть выше головы. Родились ли эти мысли самостоятельно или были навеяны извне не так уж важно. Главное у нее появилась реальная перспектива развить свои неординарные способности до недосягаемого традиционными практиками уровня. Упустить открывшиеся возможности стало бы преступлению подобно – преступлению против себя.

Потупив глазки. Она поклонилась незнакомцу. Вопросов задавать не стала – все, что необходимо ей сообщат. Лишь поинтересовалась:

– Как мне вас называть, учитель?

– Нет, Юниль, учить мне тебя нечему, ты и так все знаешь. Называй меня Куратор.

Следующий год эта парочка провела на какой-то дикой планете, где гуманоидная цивилизация топталась на уровне рабовладельческого строя. Отличительной особенностью этого мирка было наличие большого числа разумных с высоко развитым псионическим даром.

Жили в замке, расположенном в горах. Удобств никаких. Туалет – выгребная яма во дворе. Душ – небольшой водопад с ледяной водой, хочешь купайся, хочешь ходи немытой, никто не упрекнет.

Как и обозначил вначале их знакомства Куратор ничему не учил свою подопечную. Он лишь давал девушке задания.

Разнообразием его приказы не отличались: добудь еду и топливо, приготовь поесть, приведи пленного неодаренного, поймай псиона и доставь в замок – вот, пожалуй, и весь скудный список.

Поначалу привыкшей к комфорту Юниль было непросто жить в столь диких условиях. Однако врожденное благоразумие не позволило ей роптать. Тем более Куратор предоставил девушке оттачивать мастерство, используя в качестве расходного материала захваченных в плен аборигенов.

Особенно ей нравилось заниматься одаренными. Самым сложным в этом деле было взломать блок, в голове псиона и открыть в его сознании лазейку для боли, а потом неуклонно расширять её, чтобы в итоге и вовсе разрушить, подобно бурному речному потоку, крушащему во время весеннего половодья хлипкую земляную дамбу. Потом наслаждаться его муками и пить, пить, пить благословенную эманацию, источаемую сознанием разумного существа, бьющимся в пароксизмах невыносимой боли.

Ради подобных ощущений она была готова терпеть ледяной душ горного водопада, нескончаемую возню с горшками и сковородками у очага, будто она последняя рабыня в гареме какого-нибудь чернокожего арварца, пронизывающий до костей ветер и грязную тряпку на своем роскошном теле, выданную ей Куратором в качестве одежды. Более того, если бы это странное и одновременно страшное существо пожелало, чтобы она бросилась со скалы, она без раздумий сделала бы это.

Рациональная самолюбивая вздорная Юниль, привыкшая к тому, что любые её прихоти выполнялись незамедлительно иногда удивлялась сама себе. Время от времени в её красивой умной головке возникали мысли о причинах столь непривычного для нее поведения. Впрочем, недоумение тут же проходило, на смену ему вновь возвращались обожание и страх перед этим, казалось бы, абсолютно чуждым существом.