Восходящий. Начало - Майкл Роберт Миллер

Но Холта эта новость просто оглушила. В горле у него словно застрял комок, который потом ухнул в ноги, приросшие к земле. Шум болтовни перекрыл громкий звук. Мальчик моргнул и тут заметил, что все уставились на него. Посмотрев вниз, Холт понял, что уронил тарелку, которую держал в руках, и глиняные осколки разлетелись по полу. По его вине была разбита прекрасная тарелка резиденции Ордена. Ох, если бы на этом закончились все его беды.

Подростку вдруг стало трудно дышать. Голова опустела. Перед глазами все поплыло, и кожу опалил жар. В кухне, где постоянно толпился народ, было слишком жарко. И почему все уставились на него?

– Сынок? – позвал отец, подбегая к Холту. – Ты в порядке?

– Э-э-э… – Холт попытался что-то сказать, но слова отказывались слетать с языка.

Отец положил руку ему на лоб.

– Ты весь горишь. Тебе плохо?

Да. Ему плохо. Это может сойти за достойное оправдание.

– Мой… мой живот, – проговорил Холт, надавливая ладонью на указанное место. – Ох, тарелка… Отец, мне так жаль.

– Не переживай. Случается. Я хотел взять тебя с собой к детенышам. Как думаешь? Хватит на это сил?

Холт яростно замотал головой.

– Похоже, ты действительно заболел, раз отказываешься от такого шанса увидеть драконов, – вздохнул Иона.

Его лицо было встревоженным, даже испуганным: болезнь в такие времена могла оказаться проявлением Зеленой Гнили. Но потом глаза его посветлели: ни один жук еще не подобрался близко к Крэгу, и зараженных среди жителей не было. Наверняка сын что-то съел или простыл.

– Ступай домой. Сейчас же. Возьми с собой еды. Пей побольше кипяченой воды. Если не станет лучше, утром я позову целителей.

– Еда. Да, – машинально ответил Холт.

Иона обнял его, на что подросток с радостью ответил таким же крепким объятием. Отец только что спас его. По крайней мере, на этот вечер.

Напряжение спало, на кухне снова закипела работа, а Холт начал собирать для себя еду. Пока никто не видел, он положил в сумку несколько лишних куриных ножек и кусок свинины. Выбравшись из башни и оказавшись подальше от любопытных глаз, подросток сбежал по узким ступенькам в город, промчался по улицам, сумел избежать встречи с отправившимися на свой вечерний обход Макерами и, наконец, оказался у полуразрушенного склада.

Холт немного постоял на улице: согнувшись пополам, он старался отдышаться. А еще он страшился того, что найдет внутри. Отказываясь поверить в реальность происходящего, подросток не мог заставить себя перешагнуть порог. В конце концов Холт отрезвил себя тычком в ухо. Войдет он внутрь или нет, последствия все равно будут ужасными. Так что, собравшись с духом, Холт перешагнул порог никому не известного инкубатория Крэга.

8. Пути назад нет

Яйцо тряслось.

Не зная, что делать, Холт осторожно подошел ближе. Мимо него с пронзительным писком промчались крысы. Белая полоска на скорлупе вздулась – казалось, она вот-вот лопнет. С грохотом дракон внутри зашевелился, пытаясь вырваться на свободу.

И тогда это случилось.

Раздался небольшой хлопок, треск, а затем часть внешней оболочки яйца отвалилась, и похожая на сырой яичный белок слизистая масса вылилась на солому. Наружу высунулся крошечный коготь. Он изогнулся, точно мизинец у новорожденного младенца.

Завороженный Холт застыл в благоговейном страхе, а детеныш дракона принялся дальше дробить скорлупу. И вот уже подросток увидел птенца целиком. Перед ним был новый дракон для борьбы с ужасом Скверны. Но что-то с ним было не так.

Холт пока не мог сообразить, почему ему так показалось. Однако эта странность проявлялась в движениях малыша, который отвернулся от мальчика и уставился на гниющую деревянную стену склада. Холт никогда раньше не присутствовал при настоящем вылуплении, но доставлял еду молодым драконам. Они всегда были любознательными, умными существами, им все и всегда было интересно. Этот же казался растерянным.

Цвет его чешуи тоже был необычным: белым как снег, кажется, даже еще светлее – его чешуйки сливались. На тех местах, где потом вырастут крылья, пока торчали две белые шишки. Холт ничего не слышал о белых драконах. И не знал, к какому типу магии принадлежал этот малыш. Определенно не огненный и не изумрудный. Быть может, штормовой или ледяной? Но такая уникальная окраска могла оказаться и у мистического дракона.

Завертев головой, птенец издал гортанный звук. После чего заворочался еще сильнее, и его крик стал громче и взволнованнее.

Обеспокоенный тем, что шум привлечет нежелательное внимание, Холт присел на корточки.

– Ш-ш-ш-ш, – прошипел он, роясь в сумке в поисках куриной ножки. Наверное, детеныш искал еду. – Все в порядке. Я здесь, – приговаривал Холт, словно беседовал не с драконом, а с каким-нибудь бродячим псом, что выглядело ужасно глупо.

Насторожившись, малыш закопошился в обломках скорлупы, стараясь понять, откуда слышится голос. Теперь подросток мог лучше рассмотреть его мордочку, и Холту показалось, что он нашел разгадку. Глаза дракона поражали своей голубизной – как ясное небо в морозный зимний день. Но зрачки были белыми и повернутыми не прямо к Холту, а к какой-то точке выше его локтя.

«Может ли он видеть меня?»

Холт опять тихо заговорил с детенышем. Дракончик снова повел головой из стороны в сторону, очевидно пытаясь определить источник шума.

«Он слепой».

Осознание этого потрясло мальчика. Точно молот угодил ему прямо голову. Что сказал тогда Броуд? Изера обнаружила в яйце какой-то дефект. Именно поэтому драконы не хотели, чтобы из него кто-то вылупился. Об этом ли дефекте шла речь? Слепота. Быть может, поэтому и сам дракон был белым?

«Что ж, если детеныш меня не видит, я могу подойти к нему».

Все еще сидя на корточках, подросток перенес правую ногу вперед. Дракончик тут же издал пронзительный вопль и потом громко и жалобно запищал. Запаниковав, он поскользнулся в слизи из собственного яйца, рухнул в кучу обломков и в испуге сжался в комок.

– Прости, пожалуйста, – в отчаянии сказал Холт.

Но что ему делать? И это все из-за него. Чувство вины охватило мальчика, его сердце сжалось. Но теперь уже ничего не поправишь. А детеныша нужно было как-то накормить.

Понятно, что приближаться к малышу точно не стоило. Дракончик не видел его и был напуган каким-то существом, явно больше него, и его непонятными действиями в темноте. Подросток понимал, что чувствовал сейчас птенец. Тогда он достал из сумки куриную ножку и оторвал от нее небольшой кусочек, надеясь привлечь им дракона.

Детеныш перестал пищать и принюхался. Почувствовав поблизости еду, он встрепенулся, поднялся на свои крошечные лапки и двинулся на