Спасенная любовью - Ханна Хауэлл

– И мы можем никогда этого не узнать, если только не поймаем одного из них и не заставим рассказать. Но готов побиться об заклад, ни один из этих людей, которые едут с Амиэлем и этим лордом Игнатием, не знает всей правды. Да они об этом и не задумываются, просто делают то, что им велят.

Арианна кивнула.

– А те, кто едет с Дево, хорошо знают, как дорого им придется заплатить, если они не будут делать то, что им велено. Думаю, Амиэль не сильно от него отличается.

Брайан передвинул ладонь под ее подбородок и приподнял ее голову.

– Арианна, мальчики в безопасности, и я намерен позаботиться, чтобы и вы были в безопасности.

Арианна знала, что он собирается снова ее поцеловать, еще до того, как он стал наклоняться к ее лицу. Она знала, что ей нужно отстраниться от него, но не сделала этого. Просто не смогла. Несмотря на страх и растерянность, она не могла выкинуть из головы первый поцелуй, все время думала о том, какой у него был вкус и как приятно было чувствовать себя в объятиях Брайана. По крайней мере до тех пор, пока не поднял свою уродливую голову ее страх. На этот раз Арианна была полна решимости насладиться поцелуем, а потом отстраниться со спокойным достоинством.

Брайан легко коснулся губами ее губ. Она не отстранилась в то же мгновение, и тогда он быстро углубил поцелуй. Желание вспыхнуло в нем с невиданной силой, но он пытался держать его под контролем. Арианна – не какая-нибудь искушенная куртизанка и не игривая вдовушка. Брайан начинал понимать, что, несмотря на годы брака, она почти так же невинна и так же мало знает о том, что может происходить между мужчиной и женщиной, как девушка из хорошей семьи, росшая защищенной от внешнего мира. Но действовать медленно было нелегко. Брайан хотел ее так, как никогда еще не хотел ни одну женщину. От желания почувствовать прикосновение ее плоти к своей, оказаться в ней все его тело напряглось. Брайан чувствовал, что и в ней поднимается желание под стать его собственному, и от этого ему стало еще труднее сдерживаться, действовать медленно и осторожно.

Он стал гладить ее талию и бедра, и Арианна затрепетала. Его поцелуй стал более страстным, более жадным, и вскоре она уже была рада этой страсти. Когда Брайан провел рукой вверх от талии и погладил ее грудь, она испытала такое удовольствие, что невольно ахнула. Восторг перешел в желание, и вот уже она сама забралась к Брайану на колени… и в этот момент в ней зашевелился страх. Как Арианна ни старалась, она не могла сосредоточить все мысли и чувства только на удовольствии от его поцелуя и прикосновений. Она начала думать о собственной худобе, о том, какие маленькие у нее груди, о том, что ей не хватает приятных округлостей, которые любят мужчины. Снова Клод – это его голос нашептывал в ее сознании, напоминая обо всем, чего ей не хватало как женщине. К этому прибавился и другой страх: Арианна испугалась того, что почувствовала в объятиях Брайана, что это было слишком много и слишком быстро, а его желание неизбежно сменится презрением, когда он поймет, что она не в состоянии удовлетворить его так, как надо удовлетворять мужчину. Арианна вырвалась из объятий и вскочила на ноги. Брайан выругался, и ее это не удивило.

Арианна смотрела на него, прижав ко рту руку. Брайан, нахмурившись, посмотрел на нее и взлохматил пальцами свои густые волосы. Арианна с удивлением обнаружила, что у нее прямо-таки руки чешутся от желания сделать то же самое, и она не понимала, откуда это взялось. Она стала быстро меняться: у нее возникло желание делать с ним всякие вещи, которые ей даже в голову не приходило делать с человеком, которого она считала своим мужем. Да и с каким-то другим мужчиной, если уж на то пошло.

– Милая, я не причиню тебе вреда, – сказал он. – Ты могла просто сказать «нет», и я бы без вопросов тут же тебя отпустил.

– Я знаю.

И она действительно это знала. Ее пугало не то, что он может взять ее силой. Она чувствовала сердцем, что Брайан никогда этого не сделает. Страх Арианны был порожден сознанием, что она готова была уступить желанию, которое он пробудил в ней и, кажется, испытывал сам, но потом неизбежно прочтет в его глазах отвращение, которое всегда было написано на лице Клода, когда он покидал ее постель. Арианна знала, что если она увидит такое же выражение на лице Брайана, это разобьет ей сердце.

– Однако когда ты от меня убежала, на твоем хорошеньком личике читался страх.

– Я боюсь не тебя. – Рассказать все Брайану будет нелегко, возможно, даже унизительно. Но Арианна чувствовала, что обязана объяснить ему свое странное поведение. – Я боюсь тебя разочаровать.

– Как ты можешь меня разочаровать? Может, я не такой блудливый кот, как многие из моего клана, но кое-какой опыт у меня есть. Когда мы целовались, я почувствовал, что ты хочешь меня так же, как я тебя.

– Да, но что будет после того, как ты попытаешься удовлетворить свое желание? Я в этом деле не хороша.

– Откуда ты можешь это знать? Я абсолютно уверен, что твой муж был не ахти какой любовник.

– Верно, – согласилась Арианна, – но это потому, что я такая плохая партнерша в постели. Он не раз вставал с нашей кровати, ворча, что я не владею искусством ублажить мужчину. Мне было бы невыносимо увидеть, как ты смотришь на меня таким же взглядом. Вот я и подумала, что лучше нам перестать целоваться и не желать большего.

Брайан вскочил на ноги и сердито воззрился на нее. Она попятилась.

– Я не такой, как этот ублюдок Клод! – рявкнул он.

– Я знаю, но…

– Не надо. Садись. Мы поедим, потом отдохнем и двинемся дальше.

Она осторожно села, наблюдая, как Брайан меряет шагами маленькую опушку. Потом он сел рядом с Арианной. Она старалась не напрягаться. Было ясно, что она его рассердила, но как успокоить этот гнев, она не знала. Если разобраться, она даже не была уверена, стоит ли его успокаивать. Если он продолжит на нее сердиться, поцелуев больше не будет. От осознания этого у нее защемило сердце, и она мысленно выругалась.

– Я не Клод, – снова сказал Брайан. Он передал Арианне бурдюк с сидром и стал доставать из поклажи овсяные лепешки, холодное мясо и сыр. – Теперь я понимаю, что он хотел заставить тебя сомневаться в себе, быть не уверенной ни в чем. Мне казалось, что ты уже должна была понять, что все его слова – ложь.

Во рту у Арианны был сидр, поэтому она просто кивнула. Встретиться взглядом с Брайаном было трудно, но она заставила себя это сделать. Вот если бы еще этот разговор не смущал ее так сильно. Одно дело – в пылу поцелуя забыться в объятиях очень красивого мужчины, и совсем другое – обсуждать это. Она только сейчас осознала, как мало знала об отношениях между мужчиной и женщиной. Клод делал только то, что было необходимо, чтобы она забеременела. Арианна знала, что это не все и существует что-то еще, и немало, но она не догадывалась, что это, даже несмотря на услышанные когда-то разговоры между замужними женщинами из их клана.

– Мужчина может подавить женщину двумя способами. Он может колотить ее кулаками, а может колоть жестокими словами до тех пор, пока у нее совсем не останется гордости и воли ему противостоять. Тебе нужно усвоить, что все, что говорил Клод, было враньем. Таким способом он пытался обеспечить себе спокойную жизнь, чтобы ты не создавала ему проблем. Ну и чтобы можно было переложить вину за свои собственные ошибки на тебя.

– Я знаю, – прошептала Арианна.

Она начала задумываться о причинах поведения Клода еще тогда, когда узнала, что он в действительности не был ее мужем.

– Арианна, если он не получал удовольствия с тобой в постели, то в этом виноват только он сам. Я чувствую в тебе страсть, ты горячая и сладкая. А он запер твою страстность на замок, потому что она была ему не нужна. Ты должна ее освободить. Перестань думать, будто тебе чего-то не хватает и поэтому мужчина останется холодным. Поверь мне, когда я держал тебя в своих объятиях, я чувствовал что угодно, только не холод.

– Скажи, как бы ты себя чувствовал, если бы женщина, вставая с твоей кровати, ясно дала тебе понять, что ты не удовлетворил ее желания? И что если бы эта женщина была твоей женой и говорила тебе это каждую ночь?

О таком Брайан не хотел даже думать. Он знал, что если бы нечто подобное случилось в реальной жизни, это бы разъедало его изнутри.

– Это бы отпечаталось в моем сердце и уме, как отпечаталось в твоем. Только ты можешь выкинуть из головы эту чушь, выбросить ее туда, где ей и место, – на свалку. Я бы тебе сказал, что бы я еще сделал, но боюсь, это будет выглядеть так, будто я просто пытаюсь заставить тебя сделать по-моему.

– А что бы ты сделал?

– Я бы нашел женщину и выяснил, в ком была причина, во мне или в той, которая утверждала, что я не оправдал ее ожидания. Если это со мной было что-то не так, то я бы постарался сделать все, что могу, чтобы это исправить, потому что я знаю, что во мне есть страсть, что мне только нужно научиться делиться ею с другими. А теперь ешь. Нам нужно отдохнуть, а тебе, я думаю, необходимо еще и победить нескольких призраков.