Мистический андеграунд - Константин Серебров

– Но я не понял, как все-таки трансформировать сексуальную энергию.

– Изучайте даосскую Алхимию и специальные техники – ответил Джи.

– Не могли бы вы объяснить, как пополнить запас солнечной энергии, если он уже растрачен? – спросил мужчина с квадратным лицом.

– Я советую вам активизировать октаву впечатлений, – ответил Джи.

– Я объездил чуть не весь земной шар, но моя душа еще более опустошилась.

– Восстановить растраченную тонкую энергию возможно, если вы путешествуете в составе Герметической Школы, – добавил Джи. – Но если вы, накопив золотистое сияние, не будете следить за собой и позволите ему вытекать через негатив и сексуальную активность, то с вами опять не произойдет никакой алхимической трансформации.

Если вы не актеры и гнев ваш не розыгрыш, то советую вам не злиться. Иначе из вашей души вытечет вся ценная эфирная субстанция, а без нее вы не в состоянии измениться. И вы постепенно станете мертвыми людьми.

– А если я хочу восстановить личную силу?

– Тогда изучайте Карлоса Кастанеду – в его книгах есть одна практика, которая вам поможет.

– А если мой гнев справедлив?

– Это ничего не меняет, – ответил Джи. – Даже если все вокруг вас провалится в тартарары, вы не должны гневаться, иначе потеряете свою золотистую энергию Си-12. А когда это произойдет, вы навсегда останетесь на своем собственном дне, ибо вся космическая валюта потрачена на негатив.

– Как вы думаете, почему чувство страха гасит свет души? – поинтересовалась единственная симпатичная мне девушка.

– Страх и депрессия быстро лишают человека тонкой энергии, – ответил Джи. – Это – одна из форм негатива. Хочу отметить, что сразу после сброса Си-12 кажется, что жизнь стала легче. Но через некоторое время наступает полная апатия, весь творческий потенциал оказывается растраченным. Человек превращается в биологического робота и уже не способен к восприятию тонких вещей. Если вы умеете наблюдать, то можете легко заметить, что у многих людей давно уже нет космической валюты, нет душевных жизненных соков…

В этот момент я почувствовал, что Джи удалось пробить брешь в вязкой атмосфере вечера, и пространство зажурчало множеством весенних ручейков, а на эфирном плане засветило ясное солнышко. Время полетело быстро и незаметно, как в прекрасном волшебном сне. Я, преодолевая легкое смущение, спросил:

– Посоветуйте, как мне сражаться с волной темного бунта, которая поднимается внутри?

– Это в тебе просыпается твой любимый Уроборос.

– Что это еще за родственник? – удивился молодой человек, интересующийся применением Си-12.

– Твой темно-зеленый внутренний дракон, – засмеялся Джи.

– Как с ним бороться?

– Согласно древней алхимической традиции, дракона поме – , щают в герметический сосуд и постепенно поднимают градус, до тех пор пока из него не выплавится чистое мужское и чистое женское начало. И только потом можно продолжить алхимическую трансмутацию. Если ты набрался храбрости прыгнуть в кипящую воду Школы – это значит, ты достиг уровня доброго молодца. И пройдя систему атаноров – алхимических трансмутационных печей, – ты можешь стать Принцем крови. Но для этого тебе не раз придется сразиться со своим Уроборосом.

– Красиво звучит, – заметила симпатичная брюнетка, смахнув со лба растрепавшиеся легкие кудри, – но как это происходит в реальной Школе?

– При любом мистическом дворе существует свой кайфмей-стер, – продолжал Джи, отпив еще вина. – Он создает тонкую изысканную атмосферу, ублажает слух красивыми историями о Просветлении. Но есть также и Бенефактор, который обязан провести вас между Сциллой и Харибдой. И в самый непредсказуемый момент трансмутации вы можете внезапно взвиться от боли, как черный фонтан. На самом деле это вас кусает дракон, сопротивляясь алхимической проплавке. И каждый из нас может на чем-нибудь попасться.

– Я думаю, чтобы победить дракона, нужна незапятнанная совесть, – сказала девушка голосом отличницы.

– Совесть – это космический элемент, это тайный эмиссар Бога – отвечал Джи. – И если слушать голос истинной совести, а не светской морали, то можно добраться до самого Господа. Если вы не прислушиваетесь к голосу совести, то ее шепот постепенно затухает. Все чаще и чаще вы попадаете в сложные ситуации, в которых он перестает давать коррекцию, и потихоньку падаете вниз.

– Я постоянно испытываю внешнее давление, – пожаловалась солидная дама с канделябром на голове вместо прически. – Но каждый раз, когда я пытаюсь рассказать об этом, мой муж меня останавливает…

– А я провожу большую часть времени в одиночестве, занимаясь самонаблюдением, – перебил ее тощий мужчина с землистым цветом лица, – но не вижу в себе никаких положительных изменений. Почему это так?

– Дело в том, что на всех нас неимоверно давит пресс жизни, выдавливая из души страсти и расплавленные эмоции. И если человек не выговаривается, то он начинает закисать и покрываться плесенью. А его Уроборос при этом неумолимо возрастает – для него наши страсти являются наилучшей пищей. Но мало кто знает, что основная часть айсберга наших душ находится под водой, на внутренней глубине…

Постепенно заплесневелые мистики словно проснулись от полуобморочного состояния, их глаза заблестели внутренним огнем, их души проснулись и защебетали, как весенние птицы. Но ни один из них не заметил, что именно Джи разбудил их от сна Майи, – они приписали все себе.

Это напомнило мне старую сказку о том, как однажды странствующий волшебник попал в мертвое королевство. Он увидел на улицах города жителей, застывших в странных позах. Кто-то остолбенел на ходу, другой замер, наклонившись к земле, а третьи стояли с открытыми ртами, собравшись произнести речь.

Могущественный дракон захватил все царство и с помощью магического заклинания вынул из его обитателей души. Тела жителей превратились в соляные куклы, застывшие там, где проклятье застигло их. Теперь по ночным улицам скользили одни ужасающие тени. Они подчинялись дракону, выполняя его повеления. Лишь великий волшебник знал, как освободить страну от власти темных сил. Глубокой ночью он тайно пробрался к городской площади. Затем поднялся на высокую каменную башню и, дождавшись боя часов, ровно в полночь, произнес спасительное заклинание. В тот же миг люди королевства ожили и, даже не заметив ужасного колдовства, продолжили свою обычную жизнь, как ни в чем не бывало…

То же самое произошло и в мастерской: ожившие от мертвой спячки мистики даже не поняли того, что их души спали беспробудным сном, навеянным гипнозом Майи, и волшебник также остался для них незамеченным.

"Нелепые эзотерики, – подумал я. – Как они слепы в своем неведении!" Было уже одиннадцать вечера, и Джи собрался уходить. Казьмин на прощанье поцеловал Фею более страстно, чем следовало.

– Что он себе позволяет, – шепнул я раздраженно Джи. – Ведь Фея – королева нашего мистического двора, и отношение к ней должно быть возвышенным.

– Это говорит твоя разыгравшаяся ревность, – ответил он. – Ты, со своими сельскими представлениями о культуре, в любой момент можешь оказать мне медвежью услугу. Тебе следует пообтесаться, посетив как можно больше культурных людей. Сегодня ночью ты и можешь приступить к выполнению этой задачи.

– Что вы имеете в виду? – спросил я, не готовый к такой неожиданности.

– У тебя в Москве появилось много интересных знакомых. Попытайся заночевать у кого-нибудь из них и заодно поведай им об идеях Корабля Аргонавтов.

– Это проверка на прочность, – сказала Фея.

Я проводил печальным взглядом Джи, а когда они с Феей исчезли в метро, неуверенно направился на поиски ночлега. Было полдвенадцатого ночи, на улице свистела вьюга. Я лихорадочно подбежал к телефонному автомату, открыл пухлую записную книжку и стал звонить всем подряд.

– Извини, сегодня мы не можем тебя принять… – раздавался в трубке один и тот же ответ.

К полуночи я запаниковал, а в ноль тридцать принял решение уехать в Питер к любящей меня Натали. Эта мысль согрела мое сердце, но напоследок я набрал номер добродушного саксофониста Жоржа и, к моему удивлению, смешанному с легким разочарованием, он радостно пригласил меня к себе. Я вбежал в метро и поехал через всю Москву на Юго-Западную.

– Ну, заходи, – сказал дружелюбно Жорж, открыв дверь на мой звонок. – Ты так долго добирался, и я уж подумал, что тебя занесло снегом…

– На твоем доме отсутствует номер, – отвечал я, снимая заснеженное пальто.

На столе в кухне стояла легкая закуска и бутылка красного вина. Две очаровательные брюнетки мило улыбнулись мне, и я понял, что сегодня судьба меня балует.

Не успел я пригубить вино, как Жорж поднялся и сказал:

– Время уже позднее, мы с женой идем спать. Оставляю тебя наедине с Мариной: она прекрасная собеседница.