Нет дыма без огня - Сандра Браун

Нэнси явно сомневалась в возможностях Лауры, но подчинилась.

— Прошу вас сесть, мистер Такетт. Как вы себя чувствуете? Вы очень бледны.

— Я чувствую себя прекрасно.

— Что-то не верится. Вы еле держитесь на ногах.

— Я вам сказал, что чувствую себя прекрасно! — повторил он запальчиво, вновь повышая голос.

— Хорошо, пусть будет по-вашему. Но я думаю, что ни вы, ни я не хотим, чтобы нас слышали другие. Не могли бы вы говорить потише?

Опираясь на костыли, он наклонился вперед, так, что его лицо почти касалось лица Лауры.

— Не хотите, чтобы нас слышали, а то узнают, что муж поймал вас голенькой в постели с моим братом?

Сколько раз ей бросали эти обвинения, и все равно яд по-прежнему проникал глубоко в рану, а у нее не находилось противоядия. Шли годы, но рана оставалась открытой.

Повернувшись к Кею спиной, Лаура подошла к окну и посмотрела на покрытый гравием двор. Одна из пациенток, что ждала в приемной, садилась в машину, всем своим видом выражая смущение, как если бы побывала в тайном притоне, где не место приличной женщине. Машина резко рванулась вперед.

Лаура наконец нашла ответ.

— Я хочу начать жить нормальной жизнью и навсегда позабыть о случае с вашим братом.

Она вновь повернулась к нему лицом, чувствуя себя спокойней, когда их разделяло какое-то пространство, хотя по-прежнему испытывала страх. Этот тип так и не удосужился побриться и выглядел ужасно. Но более всего Лауру тревожила исходившая от него грубая сексуальность, она ощущала ее постоянно. И это как бы подтверждало его невысокое мнение о ней, с чем она никак не могла смириться.

Опустив взгляд, она спросила:

— Разве я не заслуживаю прощения, мистер Такетт? С тех пор прошло столько времени.

— Я знаю сколько. Пять лет. Все помнят, когда это случилось, потому что то утро, когда вас застукали с братом, стало началом его конца. Оно изменило всю его жизнь.

— Мою тоже!

— Еще бы! — презрительно фыркнул он. — С того утра вы стали самой роковой женщиной в стране.

— Я этого не хотела.

— Надо было раньше думать, до того, как вы пробрались в спальню Кларка. Боже мой, — сказал он, недоуменно качая головой. — Неужели вы не нашли ничего лучшего, чем изменять мужу, спящему в соседней комнате?

Лаура давно научилась скрывать свое душевное состояние, для нее это был вопрос выживания. В самый разгар той истории она жила стиснув зубы, с каменным лицом, чтобы никто не мог прочитать ее мысли и чувства. Пришло время снова надеть маску. А чтобы ее не выдал голос, она молчала.

— Есть кое-какие неясные детали, — продолжал Кей. — Может, вы мне прольете на них свет?

— Я не желаю говорить с вами об этом. Кроме того, меня ждут пациенты.

— А я что — не пациент? — Он прислонил костыли к краю письменного стола Лауры и стоял, опираясь на его крышку. — Рассчитываю получить от вас полное обслуживание.

Намек весьма прозрачный. Его насмешливая улыбка не оставляла в этом сомнения. Лаура молчала, никак не проявляя своих чувств.

— Давайте, док, заполните пробелы. Кларк накануне вечером устроил обед, верно я говорю?

Лаура упорно молчала.

— У меня сколько угодно времени, впереди целый день, — вкрадчиво предупредил он. — И никаких дел, разве только стараться не наступать на больную ногу. Мне все равно, где находиться — что здесь, что в другом месте. Нет разницы.

Можно, конечно, вызвать шерифа и потребовать убрать его отсюда, но он уже ее известил, что шериф Бакстер — старый друг их семьи. Это только ухудшило бы и без того серьезное положение. Тогда ради чего упрямиться? Ради того, чтобы спасти свою репутацию? Но свою репутацию она принесла в жертву много лет назад. С тех пор Лаура научилась проглатывать обиды.

— Кларк пригласил знакомых из Вашингтона провести вечер за городом, — начала она. — Мы с Рэндаллом были среди приглашенных.

— Но вы не впервые посещали Кларка в его загородном доме в Виргинии?

— Мы приезжали туда и раньше.

— Значит, вы знали расположение комнат?

— Да.

— А если говорить правду, вы не раз играли роль хозяйки на его приемах, так как Кларк не был женат.

— Я помогала ему организовать несколько обедов.

— Значит, вы часто бывали вместе.

— Естественно.

— Кларк был видным политиком. Поэтому любой прием, даже простая вечеринка, требовал планирования и тщательной подготовки.

— Разве я с вами спорю?

Его снисходительность бесила так же, как и его злобные обвинения. Лаура почувствовала, что с силой сжимает кулаки. Она заставила себя их разжать.

— Подготовка этих приемов, — продолжал он, — организация и все прочее, должно быть, отнимали у вас массу времени.

— Мне это нравилось. Я отдыхала от работы в больнице.

— Вот как. И пока вы двое, вы с Кларком, занимались подготовкой обедов и приемов, вы стали, как бы это выразиться, очень и очень близки.

— Да, — тихо подтвердила Лаура. — Ваш брат был обаятельной личностью. Он притягивал к себе людей. Ни прежде, ни теперь я не встречала подобного человека. Даже когда Кларк стоял неподвижно, чувствовалось, что в нем ключом бьет жизнь. Его многое интересовало, он был полон честолюбивых замыслов не только для себя, но для всей страны. Я прекрасно понимала, почему граждане Техаса избрали его в конгресс.

— Он тогда только что закончил юридический колледж, — продолжал Кей, хотя Лаура это знала. — Он пробыл всего один срок в палате представителей и решил выставить свою кандидатуру в сенат. Кларк победил противника с огромным перевесом голосов.

— Ваш брат обладал широким кругозором. Я часами могла слушать, как он развивает любую тему. Его воодушевление и убежденность заражали.

— Это уже похоже на любовь.

— Я не отрицаю, что мы были очень близки.

— Но вы были замужем.

— Рэндалл стал другом Кларка еще до того, как я вышла за него замуж. Именно Рэндалл познакомил нас.

— Вот оно наконец. — Кей поднял вверх указательный палец. — На сцене появляется муж. Избитая ситуация. Он всегда последним узнает, что жена наставила ему рога. Да еще с его лучшим другом. Разве у старины Рэндалла не возникали подозрения, когда вы настояли на том, чтобы остаться ночевать у Кларка, а не вернулись в Вашингтон вместе с другими гостями?

— Эта идея исходила от Кларка. Они с Рэндаллом собирались на следующий день играть в гольф. Смешно ехать в Вашингтон, а потом тут же возвращаться назад рано утром. Рэндалл согласился.

— Для вас это, должно быть, было весьма удобно. То, что муж помогал вашим планам. Интересно, а ему вы тоже дали, ну, чтобы он ничего не заподозрил?