Дело об архиве Уильяма Шекспира - Алексей Калугин

Отсюда и выбор мой был вполне очевиден.

Налив большую кружку крепко заваренного чая, я исключительно по привычке заказал пару горячих тостов с ветчиной и сыром. Я не чувствовал голода, хотя последний раз ел еще в старом Лондоне, почти сутки назад.

С чашкой чая и тарелкой с тостами на подносе я вернулся в комнату. Поставив поднос на журнальный столик, я взялся за телефон. Для начала мне нужно было навести некоторые справки.

Глава 13

Обзвонив десятка три своих знакомых, близких и дальних, и совершив в три раза больше звонков по тем телефонам, которые получал от них и от их знакомых, я в конце концов нашел того, кто был мне нужен. Ушло у меня на это без малого пять часов.

Уже в восьмом часу вечера я набрал телефонный номер человека по имени Павел Марин, который, как меня заверили, может решить все мои проблемы. Автоответчик предложил мне перезвонить ровно через десять минут по другому номеру, который тут же был назван. Перезвонив по указанному номеру, я снова услышал автоответчик, который на этот раз попросил назвать себя, кратко изложить суть интересующего меня вопроса и номер телефона, по которому со мной можно связаться. Не вдаваясь в суть дела, я просто коротко перечислил то, что мне требовалось, назвал свой телефонный номер и нажал кнопку отбоя.

Откинувшись на спинку кресла и закинув ногу на ногу, я приготовился к томительному ожиданию.

Но ждать пришлось недолго. Не успел я всерьез задуматься над тем, не включить ли телевизор, чтобы как-то скоротать время, как запел зуммер телефона. Нажав клавишу приема, я услышал приятный баритон, спросивший:

– Вы интересуетесь реалиями XVI века?

Судя по тембру голоса, говоривший был мужчина в возрасте, но еще далеко не старый. Он произносил слова неторопливо, тщательно выговаривая окончания, что придавало его голосу внушающую доверие солидность.

Получив утвердительный ответ, незнакомец задал новый вопрос:

– Я навел о вас справки. Вы работаете в Академии литературоведения. Почему вы обратились за помощью ко мне, а не к своему руководству?

– Я занимаюсь работой, которая не стоит в плане Академии, – ответил я первое, что пришло в голову.

Голос в трубке какое-то время молчал. По-видимому, человек, который, как я полагал, и был Павлом Мариным, обдумывал полученную информацию.

– А вам известно, сколько стоят мои услуги? – спросил он спустя какое-то время.

– Мне назвали примерную цифру, – ответил я.

– И как вам она?

– Я смогу достать деньги в течение недели.

Марин снова на время умолк.

– Я вдвое снижу цену, если вы расскажете мне о том, что вы там на самом деле затеваете, – произнес он таким тоном, что сомнений не оставалось: он ни на секунду не поверил объяснению, которое я ему дал.

Я же, услышав подобное, вконец растерялся.

– Это не телефонный разговор, – только и смог я сказать.

– Само собой, – не стал спорить Марин. – Нам нужно встретиться, чтобы все обговорить. Вы завтра свободны?

Глава 14

Быть может, вас это удивит, инспектор, но Марин назначил мне встречу в баре «Время от времени».

Вижу, вам знакомо это заведение.

Еще бы, оно ведь расположено всего в двух шагах от главного управления Департамента контроля за временем.

Я пришел в бар точно в назначенное время, в десять утра. Посетителей в баре было всего двое, и оба сидели на высоких табуретах у стойки. Сев за указанный Мариным столик, я заказал кофе и пирожное, развернул газету «Московские новости», которая должна была послужить опознавательным знаком, и, поскольку Марин предупредил, что может задержаться, приготовился ждать.

Время пролетело незаметно. Кофе и пирожное оказались удивительно вкусными, а в газете мне на глаза попалась любопытная статья, речь в которой шла о работе группы исследователей в Москве в самом конце XX века и реконструкции ряда событий того периода Российской истории, до сих пор не имевших ясных объяснений.

Я заметил Марина, только когда он присел за мой столик. На вид ему было лет сорок. У него были широкое, открытое лицо с крупными, четко прорисованными чертами и густые темные волосы, зачесанные назад. Такая внешность обычно с первого взгляда вызывает доверие. А первое впечатление о человеке, как кажется лично мне, чаще всего оказывается самым правильным. Из одежды на нем были бледно-голубые, вылинявшие джинсы, в последнее время вновь вошедшие в моду, белая майка без рукавов с тремя широкими разрезами на груди и спине, и легкие, сплетенные из тонких кожаных ремешков сандалии.

– Вальдемар Хвостов, полагаю? – вежливо осведомился Марин.

Я утвердительно кивнул.

Взмахом руки подозвав к себе официанта, Марин заказал мороженое и бутылку минеральной воды. После чего посмотрел на меня изучающим взглядом.

– Я слушаю вас, – сказал он, завершив осмотр, и кивком поблагодарил официанта, принесшего заказ.

Я обреченно вздохнул и приступил к описанию своей идеи, которая уже вновь начинала казаться мне полным безумием.

Вначале я собирался изложить все буквально в двух словах, так, чтобы у моего собеседника составилось только самое общее представление о том, что я задумал. Но, начав говорить, я понял, что общей схемой здесь не обойтись, и незаметно для себя перешел к детальному описанию своих мотивов.

Марин слушал меня внимательно, не перебивая. К тому времени, когда я закончил говорить, он съел мороженое и налил себе в стакан минеральной воды.

– Если бы я не разбирался в людях, то, пожалуй, решил бы, что вы сумасшедший, – сказал он. – И, не задумываясь, ушел бы. Это ж надо, придумать такое, – Марин, усмехнувшись, качнул головой, – помочь Шекспиру написать «Генриха Шестого»! Но, – Марин поднял указательный палец, – вам, господин Хвостов, можно сказать, повезло. В том смысле, что мне на моем веку доводилось слышать и не такое. А уж сколько всевозможных чудаков я повидал – вам даже и не снилось. К тому же мне кажется любопытной сама идея проверить, насколько велика у автора потребность создавать произведения и нельзя ли подменить ее простым переписыванием чужих рукописей. Поэтому я готов работать с вами, господин Хвостов.

Признаться, подобная постановка вопроса несколько смутила меня. Я рассчитывал всего лишь получить от Марина необходимый инвентарь. Да и задача, которую я ставил перед собой, отличалась от той, которую сформулировал Марин. Но, прежде чем я успел что-либо возразить, Марин достал из кармана электронный блокнот и начал составлять список всего необходимого, подсчитывая, во что это нам обойдется. Он говорил «нам», словно мы были равноправными компаньонами, а не покупателем и продавцом, встретившимися всего полчаса назад для того, чтобы обсудить детали заключаемой сделки. И похоже было, что Марину даже не требовалось моего согласия. Он вел себя так, словно у нас давно уже все было обговорено и оставалось лишь согласовать незначительные детали.