Хотели принца? Нате - получите, распишитесь! - Poly Аkova

вокруг склоняют головы остальные. И как бы вторым фоном идет очертание не то драконов, не то еще кого-то. Хотя и первый-то не особа четкий. И вообще у меня

такое чувство, что это три д изображение. Или я не знаю просто как это назвать. Потому что когда я иду — такое чувство что картины на стенах тоже движутся со мной. Но в то же время они остаются на месте.

— Скажешь сама сюда вышла из сада, — слышу голос наставника.

Отвожу взгляд от стен — а наставника уже нет.

— Э… — я снова разглядываю стены. И изображения ранее бывшие немного расплывчатыми стали обретать четкость. И мне даже кажется, что те двое мне кого-то напоминают. Оба в одинаковых длинных одеяниях. У обоих длинные волосы. У него черные, как смоль, а у нее — малиновые.

" Хм"…

И только я попыталась сосредоточиться на мысли кого же они мне напоминают, как раздается: "Элеонора. Что ты здесь делаешь?" Я вздрагиваю. Меня прям прошибает холодом от взгляда которым наградил меня Эуэнти.

— Э… искала выход из сада, — тихо говорю.

Эуэнти хмуро смотрит на меня.

— Пойдем провожу тебя в твои покои.

"О, конечно покои! — возмущаюсь я про себя. — Прям покоищи! Вот у принца покои, а у меня комната прислуги — не иначе".

— Хорошо, — отвечаю и вскидываю взгляд на Эуэнти.

Он какой-то рассеянный. Потому что даже не заметил, что я ему ответила. Ну и ладненько, будем считать я ничего не говорила. И я плетусь за ним коридором и лестницей, пока не оказываюсь перед своей дверью. А он разворачивается и уходит не сказав мне ни слова.

— Ну как всегда! — говорю я сама себе входя в комнату. — Сама любезность!

И только успеваю сесть на кровать, как мне приносят обед. Да, чего-то я и вправду проголодалась!

Более меня в этот день не беспокоили. И весь остаток дня я просидела вспоминая робкую улыбку принца.

"А ведь он красивый, когда улыбается! Э, Эля — одергиваю я себя — что за мысли? Ты вспомни как он тебя взглядом с высока одаривал, когда здесь находился. Это у него. слабость сейчас просто. Вот силы вернуться, тогда опять как на прислугу глядеть будет. А так улыбаться… явно не тебе станет. А ведь он меня спасал… тогда от лиан страшных и от крокодилов в реке! Ага, ага — ему домой попасть надо было. Что бы ты доставила! В целости и сохранности"! — с этими мыслями я и уснула.

9

А утро началось опять с раннего визита наставника.

— Пошли, — сказал он протягивая мне какой-то сверток и отворачиваясь при этом.

Я вылезла из-под одеяла, взяла сверток. Это длинный плащ оказался. Ну правильно — не одевать же он на меня будет миллион юбок! Явно надо срочно. И мы пошли. Опять теми же потайными ходами. В покои принца. Вот неожиданно как то.

— Встань рядом, — сказал наставник. — Только не заглядывай на него!

Вот не надо было говорить это! Ибо я сделала с точностью до наоборот. Уставилась на него и… зависла. И чувствую — расплываюсь в улыбке. А принц опять глаза открывает!

"Ну вот поди ж ты".

А я стою как дура и улыбаюсь. Наверное мы бы так и стояли дальше, вернее стояла бы я, а он лежал, но наставник подошел и сдул с ладошки какой-то блестящий порошок на принца. Тот сразу снова уснул. Я разочарованно посмотрела на наставника. Тот улыбнулся одним уголком губ.

— Замри, — сказал тихо.

Я замерла. А он достал какой-то камень. Как алмаз! Огромный такой алмаз!

"Знатные у них камушки", — мелькает у меня мысль.

А наставник обходит меня и кровать по круги с этим камнем в руках. Камень светится переливами. Подойдя ко мне он дает мне этот камень.

— Возьми в руки, — говорит тихо.

Беру. Тяжеленький. Стою, смотрю на него. Камень как светился изнутри переливами — так и светится.

— А чего должно быть-то? — шепчу.

— Он по идее должен цвет поменять, — отвечает мне так же шёпотом.

— Э… Не меняет вроде.

— Да вижу уже. Жаль. Очень жаль.

Он протягивает руку и я отдаю ему камень. А мои ладошки продолжают светиться немного. Я сжимаю кулачки и прячу под плащ, чтобы спрятать свечение, пока наставник не заметил.

— Пошли, — тихо говорит мне, пряча камень.

И мы возвращаемся в мою комнату опять потайными ходами.

— А чего это вообще было? — спрашиваю я залезая под одеяло.

Наставник поворачивается. Улыбается как-то грустно.

— Легенда, — говорит. — Легенда есть — она гласит, что два дара жизни вместе с чистым светом возродят древний род — и в мир придет новая сила, которая сделает равными всех.

— Где-то я уже это слышала…

— Да, есть еще те, кто верят в это.

— Погодите, — мелькает догадка. — Так вы думали, что два дара жизни это я и ваш принц что ли? Давеча вы тут наши имена переводили.

— А чистый свет — свет камня… — вздыхает наставник.

— Кх-м…

— Понимаешь, этим камнем закрепляют союз родов.

— Э-а… союз? — переспрашиваю я.

— Да! Но камень должен поменять цвет. Обязательно! Так как в род вливается еще новая сила.

— А что это вообще за сила такая? — спрашиваю.

Мастер поднимает руку и в руке загорается вчерашний огонек. Сжимает в кулак — огонек пропадает.

— Магия! — вырывается у меня.

— Вчера ты восприняла это как само собой разумеющееся.

— Э-а…

— А вообще это капля, малая капля. При желании, с огромной силой, мужчины королевской крови могут принимать образ второго тела.

— Это как? — удивляюсь я. — Типа в зверя обратиться?

— Да!

— А-а-а, так вот почему ваш принц мышом был! — восклицаю я.

— Кем? — и брови наставника снова маршируют наверх.

— Ну мышь, зверь такой… маленький.

— Ты уверена?

— Я? — теперь мои брови ползут вверх. — На все сто!

— На все… что?

— Короче уверена. Очень уверена. Очень, очень. — отвечаю.

— А как я по вашему его с собой принесла?! Вон, в рюкзаке носила.

И я вытаскиваю из-под подушки свой рюкзачок, с которым не расстаюсь.

Наставник смотрит на меня странно как-то.

— Не может быть! — восклицает наконец он.

— Почему это? — удивляюсь я.

— Потому, что это могут делать только мужчины королевской крови…

— А принц чего, не королевской? — перебиваю я.

— Да нет! Вернее да, королевской, но сила! — он улыбается. — Сила. Сила!

— Что сила? — не выдержала я.

— Сила! — снова повторил он. — В нем она все же проснулась!

— ?

— А не должна была? — глупо спрашиваю я.

— Почему? Должна была. Давно должна была. Но иногда бывает, когда теряют силу