Повседневный гарем с опасными леди-монстрами - Вячеслав Танков

сексуальном плане, при условии соблюдения пропорций и традиций. А вот насчет потомства не помню… Вроде, Существа могли сами выбирать возможность зачатия для себя, но точно не уверен. Да и от женских особей, рожденных в Орионе, рождались дети, выглядящие как их матери, а вот насчет наших женщин даже не уверен… Не слышал о таком.

— Не слышал потому, что находилось крайне мало девушек, которым могли понравиться грязные варвары и дикари с Той стороны, — отрубила Кирина. — Да. Там есть способные воины и отдельные неплохие личности, но все они не идут ни в какое сравнение с образованными, умными и следящими за собой парнями нашего мира! Вот ты, Рикки, можешь себе представить купца торговой гильдии Ориона, который бы пользовался одеколоном или регулярно чистил зубы⁈ Во-о-от! А что касаемо самцов прочих рас, то сравниться с чистоплотными и неординарными людьми могут разве что Эльфы. Вот только у них и без того мужчин мало и каждый из них окружен собственными самками! А все прочие представители мужчин любых без исключения рас Ориона определяются в первую очередь инстинктами: размножаться, жрать и спать. А ну и воевать друг с другом. Вот почему разумные самки Существ, встретившись с солдатами, а позже и исследователями, так рвутся попасть в наш мир! Еще в Центре за ними ухаживают, кормят, лечат, и вакцинируют от всех болезней! Кроме того, у каждой есть шанс встретиться с Другом и зажить новой, полноценной жизнью! А даже если не сложится, и придется вернуться обратно к родному племени, то отношение к ней будет совсем другое! Все равно, как к небожителю, вернувшемуся из рая обетованного! А если у нее еще будет потомство… Впрочем, это уже другая история, — спохватывается Кира. — Но главное-то ты понял? Любая девушка из разумных Существ продаст душу и отдаст все, что имеет, лишь бы получить допуск в наш мир! Вот потому-то и практически нет данных о том, что или кто родится от дикарей Ориона и земной женщины. Есть лишь поверхностная информация, основанная на изнасилованных пленницах во время Вторжения, но почти никто из их детей не выжил, да и сами матери также. А по доброй воле, сам понимаешь, ложиться с дикарем даже за деньги не каждая девушка сможет. По крайней мере, я таких не видела и не слышала.

— Ты мне к чему это все говоришь? — пытаюсь вернуть куратора к обсуждению больной темы. — Как люди справились с «выгоранием маны»⁈

— Я как раз к тому подхожу, не торопись, Рикки! — поднимает та палец вверх указующим жестом. — Надеюсь, ты хорошо помнишь историю защиты? Наши войска, отбив Вторжение, пошли вслед за врагами внутрь портала, чтобы предотвратить все последующие атаки, верно?

— Ну-у, да? — соглашаюсь я, не понимая, к чему она клонит.

— А как, по-твоему, себя всегда и во все времена вели солдаты, когда им в руки попадал раненый враг женского пола?

— Насиловали, — брякаю то, что первым приходит в голову. — Если командиры не в курсе, то стопудово насиловали, а потом в камеру и так далее.

— Верно мыслишь! — прищуривается куратор. — Несмотря на все правовые нормы и морали, на поле боя прав сильнейший. Когда рядом с тобой падает товарищ, насквозь пробитый стрелой, в после боя в ваши руки попадают раненые и ослабленные самки врага, то всем им предстояло быть изнасилованными озверевшими от крови и адреналина солдаты. Далеко не все из них выживали, но и не все участвовали в этом кровавом… мероприятии. Твой отец, например, воздерживался!

— Откуда ты все это знаешь⁈ — не удержался я. — Если бы ты была рядом, то как смогла выжить⁈

— Я была рядом, — лаконично отвечает куратор. — А как выжила, расскажу позже. Не забывай, что я пока не могу разглашать новости о твоем отце.

— Погодь, — говорю, отходя на негнущихся ногах к мини-бару и плеская себе в бокал немного разбавленного виски. — Мне надо это переварить, а то я с ума сойду от переизбытка новостей.

Ледяной «Джеймисон» бьет по шарам, зато через пару минут становится легче. Вновь сажусь в кресло, кивая Кире:

— Продолжай.

— Спустя несколько дней высокое начальство, находящееся по нашу сторону Врат, — как ни в чем ни бывало продолжает Кира, — узнало о «мановыгорании». Понятно, что массовая гибель солдат по неизвестной причине стала очень неприятной новостью для всех нас. Но одновременно с этим также по неизвестной причине выжило немало других бойцов! Их объединяло одно: все воевали на передовой и участвовали в насильственных половых действиях против разумных женщин Врага…

— Короче, выжили те, кто трахался с Существами⁈ — прохрипел я, чувствуя, как на лбу выступает пот. — Вот оно в чем дело! Вот зачем построили Центры! Вот почему правительство создало весь этот балаган!

— Ты прав, но и не прав одновременно, — с укоризной говорит Кира. — Не торопись. Да, в одном ты догадался верно. Те воины, что имели сексуальную связь с женщинами Ориона вне зависимости от их расы, положения и прочих причин, смогли выжить. Более того, циркулирующая в их телах мана не просто прижилась. А стала неотъемлемой их частью! Как ты, наверное, понимаешь, такие люди практически стали магами!

— Это… стрелять огнем из рук и вызывать дождь? — помахал я руками в воздухе.

— Нет, что ты! — рассмеялась та. — Для того, чтобы проделывать подобное необходимо не просто иметь в организме ману, но и уметь концентрировать ее, представлять, как использовать, выучивать сложные ключи-заклинания и тренироваться годами! Мало того, Одаренные с Той стороны, как они себя называют, должны пройти ритуалы Посвящения Богам и только после этого иметь возможность колдовать! Выжившие солдаты могли разве что вскипятить чайник, и то, при условии отдачи всего мана-резерва! Это не смертельно, но для неподготовленного человека сродни сильной усталости. Нет, конечно, никаких сильных магов человечество не заполучило, когда выяснило способ борьбы с «Выгоранием»!

— Зато Орион получил людей, которые сейчас строят в Орионе новую цивилизацию, — прошептал я, представляя, как безжалостно сейчас люди уничтожают средневековье, терраформируя местность.

— Представляю, о чем ты сейчас думаешь, — вздохнула Кирина. — Наверное, воображаешь, как мы создаем из нетронутого мира очередную Землю со всеми ее нефтезаводами, дымящими фабриками, и прочими «благами» цивилизации, которые загрязняют атмосферу?

— А то нет? — резонно возражаю я. — Да сто процентов полно