Ураганный туман (Пылающий остров - 3) - Александр Казанцев

Немного позади звенели рельсы. Заблаговременно свинченные со шпалами, они взлетали вверх, напоминая огромные лестницы. Готовый кусок железной дороги точно ложился на свое место. Рабочие электрическими ключами завертывали гайки, соединяли его с рельсами уже уложенного пути, на котором стоял железнодорожный путевой комбайн. Вскоре он передвинулся, неся по воздуху новую лесенку со ступеньками шпал.

Позади путевого комбайна к далекому горизонту уходили серебристые полосы. Вдали по ним двигались поезда, груженные рельсами, шпалами и другими материалами. За подножку путевого комбайна уцепилась девушка. Из-под платочка выбились непокорные колечки светлых волос, румянец пробивался через загар.

Увидев автомобиль начальника стройки, она соскочила на песок и побежала наперерез вездеходу. Молния остановил машину.

- Здравствуйте, товарищ Молния! Я Надя Садовская. Сестра Марины... Но сейчас не об этом. Я комсорг механического звена. Понимаете, нам не хватает рельсов и шпал. Мы могли бы двигаться быстрее. Отработали движения как часы...

- Простите, - холодно сказал Молния. - Армия обладает совершенной организацией, потому она исполнительна, предельно точна и быстра. В ней все подчинено дисциплине и единой логике. Уклониться от точности выполнения нельзя.

- Даже вперед? - запальчиво спросила Надя, вскочив на ходу в открытую машину полковника.

- Даже вперед, - подтвердил Молния.

- Ну нет! Ребята с вами не согласятся!

- Строители, "ребята" и "не ребята", - солдаты наступающей армии. Их умение, энтузиазм, порыв должны служить делу выполнения общего плана. Один опрометчивый солдат мог бы погубить план наступления. Вы предлагаете ускорить движение? - Молния холодно говорил это, а сам думал, почему он так любуется этой девушкой и почему она попалась ему на пути?

- Конечно! - воскликнула Надя. - Агрегат может двигаться быстрее! Мы убедились в этом. Мы еще догоним Зыбко, которого вы встретили! - И она улыбнулась Молнии.

Молния все же продолжал в прежнем сухом тоне:

- Двигаться быстрее - внести сумятицу во все связанные с путевым комбайном звенья. Запоздает подвозка шпал и рельсов. Внесена будет нервозность в работу обслуживающих механизмов и поездов. Техническая армия - это армия четко работающих машин. Нельзя заставить одну зубчатку вращаться быстрее.

- Пусть все зубчатки завертятся!

- Хронометр - идеальный механизм. Он станет одинаково негодным, будет ли отставать или уходить вперед.

Глаза Нади сузились.

- Рычаги, колеса!.. А мы, а люди?

- Люди обслуживают машины.

- Неправда! Машины помогают нам!

Молния пожал плечами.

- Тогда уж лучше доставлять детали орудий на самолетах, а не прокладывать в пустыне пути! - с вызовом сказала Надя.

- Нет, - решительно возразил Молния и сразу оживился. - Напротив! Именно сейчас выгодно проложить через пески пути. Мы можем сделать это, пока заводы изготовляют детали орудий и сверхаккумуляторы. Я всегда мечтал пройти живым конвейером через пустыню.

- Живым конвейером? - растерянно переспросила Надя. - Мечтали?

- О новом городе, который вырастет на месте, с которого мы произведем залп. Разве это плохая мечта?

Надя смутилась.

- Остановитесь, пожалуйста. Я соскочу.

- Подождите, - сказал Молния.

И Надя с удивлением услышала новую нотку в его голосе. Сердце у нее екнуло, и она почему-то жалобно попросила, чтобы машина сейчас же остановилась.

Надя старалась не смотреть на Молнию, когда он отъезжал, но потом она все-таки оглянулась. Оказывается, он смотрел ей вслед. Правда, он сделал вид, что интересуется километровым столбом, только что установленным на месте. Он даже сверился с хронометром, в должное ли время появился здесь этот столб.

Надя побежала и слышала, как стучит у нее сердце... Конечно, от бега стучит... Наконец Надя остановилась и огляделась. Как далеко они успели отъехать с Молнией!

Чуть левее в небо поднималась гигантская ферма крана на гусеничном ходу. Кран повернул свой хобот и снял с железнодорожной платформы стальную мачту. Надя любила эти ажурные конструкции: в них чувствовалась не только техническая целесообразность, но и тонкий вкус их создателя.

Около подножия крана визжала маленькая машинка, кончающая рыть глубокую яму. Рядом стояла девушка в комбинезоне, крепкая, широкая в кости. Низким повелительным голосом она отдавала приказания. Это была Ксения, "племянница" Матросова, как она называла себя, подруга Нади, с которой вместе записалась в комсомольский отряд Аренидстроя. Матросов отыскал ее родителей, единственных своих родственников, и Ксения стала с гордостью называть его "дядей Димой".

Но только Наде рассказывала она о нем.

Ксения, продолжая наблюдать, как кран ставит в яму основание мачты, чмокнула Надю в щеку. Потом ей пришлось выслушать, какой сухой и бесчеловечный Молния и что - подумать только! - у него вся жизнь была мечта... А вообще он замечательный... Вот если бы не считал строителей рычагами...

Подъехала цистерна с жидким бетоном. Пока Надя рассказывала Ксении про Молнию, яма была заполнена. Ксения приказала дожидавшемуся своей очереди прожектору направить в яму желтоватые лучи, заставлявшие бетон схватываться в течение нескольких минут.

Откуда-то доносилось пение.

К установленной мачте приближалась решетчатая коническая башня с колоссальным барабаном наверху. Он приходился как раз на уровне чешуйчатых изоляторов. Барабан медленно вращался, разматывая провода.

Девушки запрокинули головы. На площадке барабана, свесив ноги, сидел паренек и распевал на итальянском языке чудесную арию. В руках у него были плоскогубцы и электропаяльник.

- Это он для меня поет, - шепотом сообщила Ксения. - Но я не обращаю внимания. На мужчин никогда не надо обращать внимания... И ты на Молнию тоже не должна...

И вдруг совсем рядом раздался резкий голос полковника:

- Что это такое?

Девушки так и присели. А монтер наверху переспросил:

- Шо це таке? Так це ж каватына Альмавыво!

- Я не об этом спрашиваю вас, товарищ монтажник. Меня интересует, почему вы, нарушая правила безопасности, сидите на площадке, свесив ноги?

Девушки переглянулись, и Надя опрометью бросилась догонять свой далеко ушедший путевой комбайн.

- Винюсь, товарищ полковник! Забывся, як дурень...

Ксения, упершись руками в бедра, смотрела наверх.

Автомашина начальника исчезла. Молния все-таки догнал Надю Садовскую, чтобы подвезти ее к переднему краю.

Машина с барабаном подъехала к мачте. Паренек-певец встал около проводов. Рядом с ним появилось еще двое. Площадка оказалась под самыми изоляторами. Монтажники прикрепляли к ним провода, которые красивыми волнами, перебрасываясь с мачты на мачту, тянулись к горизонту.