Бродяга. Копьё Света - Айон91

— Пресветлый, прости их прегрешения, прими в свои чертоги души заплутавших детей твоих, — склонившись над обезглавленным телом бандита, бормотала себе под нос нефилим, сложив руки в молебном жесте, возводя слова благоговения небесам и его жителям. Молитву она произнесла над каждым, прося у Светлого Бога милости и приема в чертогах, а так же помиловании и прощения.

Так и хотелось сказать, что не прислушается Пресветлый к ее словам, не простит бандитов, промышлявших убийствами и грабежами, но не сказал. Ведь ее вера, воспитанная и воздвигавшаяся в разуме, душе и сердце годами, так просто не исчезнет. Нужно постараться, чтобы раскрыть глаза подобным, яро верящим людям на истину происходящего вокруг. Но, ничего. У меня будет такая возможность, ведь они на моей территории. Я обязательно сведу жрицу с пути безоговорочной веры, покажу мир таким, каков он есть на самом деле. Или я не Князь Тьмы Северного государства!

— Тобольт! Жанто! Давье! Гантир! — резанули в тишине ритуальной молитвы имена покойных, названных их главарем, изрядно поджаренным полуифритом. На едва гнущихся ногах, почти ползком, он подходил к каждому из них и оплакивал, обещая отомстить, забрать жизнь их палача столь же изощренным способом.

— Это вряд ли, — сказал я Отору, по щекам которого текут слезы, смывающие соленными дорожками копоть от решающего удара Этиора. На мои слова благородный разбойник резко повернулся, и потянулся к клинку на поясе, желая напасть и сразиться. Но увидел самое последнее, пострадавшее от моего меча тело, располосованное наискось от плеча до бока, взревел раненым зверем:

— Хантар! — а потом кинулся на меня, с криками: — тварь! Убью! — но так и не напал, сил на атаку и выпад не было, а удар яростным кулаком, метящим мне в лицо, был перехвачен, а рука заломлена за спину, а сам бандит связан рунными веревками, призванными Ильтиримом. Понимая, что он проиграл и в ближайшее время его ждет схожий с товарищами исход, попросил у жрицы: — майнэ Жрица, помолитесь за упокой их души в храме, — опечалено опустил голову, принимая участь и неминуемый конец. А чуть слышно, лишь для меня добавил: — а тебе, ублюдок, я место в Аду приберегу.

— До встречи, — попрощался с разбойником, и напоследок сказал так, чтобы меня слышал только он: — и передавай привет лорду Отору и графу Оториусу от майна Шадара, — разбойник, услышав имена своих предков, а также мое, вздрогнул, сглотнул нервный комок и похолодел, не в силах назвать мой статус и титул, дарованный Темным Владыкой. Из его рта вырвалось лишь: «- Госпо…», и все, жизнь оборвалась. Ледяная игла, зажатая между моих пальцев, нашла свою цель, пронзая сердце, обращая его куском цельного льда.

— Сир Отор… — повернулась в нашу сторону нефилим, со взглядом полным благодати и прощения, но тут же сменила его на праведный гнев, пляшущий серебряными искрами в ее стальных очах. В мыслях жрицы уже сливался воедино текст очередной проповеди о прощении и втором шансе, мне адресованную, начиная: — сир Риат, вы вновь безвозвратно оборвали чужую жизнь… — ее проповедь продолжалась бы, не напомни я о миссии, которая важнее жизней разбойников и норм моей морали.

— Турнир, майнэ жрица, если мы не поторопимся, то он начнется без нас, — сказал нефилиму, откидывая в сторону тело покойного главы бандитской группы, резким движением, в полете, снимая с его плеч то, что послужит доказательство истинной смерти разбойника. — В Хварн? За частью Копья? — спросил я у светлой, держа в руках голову бандита, убирая ее к остальным, уточняя: — или проповедь о праведном пути послушаем?

— Сир Риат! — начинала злиться жрица, испуская вокруг себя Светлую магию, жгучую, как палящее солнце в пустыне. Рука нефилима потянулась было к посоху, моя в ответ к рукояти меча. Я готов принять бой, если она того пожелает, но жрица остыла, понимая, — миссия важнее наших с вами, сир Риат, разногласий в религиозном плане. Обсудим это потом, по завершению миссии.

На нашу перепалку, чуть не превратившуюся в сражение, смотрели все молча, но по-разному. Братья Ситир с явным намерением устроить тотализатор, полуифрит с желанием увидеть меня раскатанным, как масло по зажаренному куску хлеба, гном с интересом самого процесса сражения между держателем святого посоха и меча, а эльф отстранено, зная, что раскатанной маслом, при моем желании, станет нефилим. Посох же послужит надгробным камнем, к которому будут приходить и преклоняться, молясь Светлому, ее последователи.

— Тогда в путь! Хварн ждет! — сказал я, делая пригласительный жест к тянувшейся вперед дороге, на которую первым ступил гном, за ним братья, а после полуифрит, поддерживающий и успокаивающий жрицу, при этом кидая убийственные взгляды в мою сторону. И только Ильтирим, идущий рядом со мной, задался вопросом:

— Зачем вы его убили, Шед?

— Прошлое, Ильтирим, наше с его родом общее прошлое, — большего от меня эльф не услышал, да и не настаивал, это мои дела, мои вендетты и кровные клятвы о мести и смерти всем потомкам, без исключения. Он тут лишний.

7 глава «Тело — прах, душа — бытие»

* * *

Оставшийся путь до Хварна группа светлых авантюристов в компании мечника и эльфийского проводника прошла без приключений и неожиданностей. Неспешными шагом продвигалась к отмеченной на карте точке, попутно, краем взгляда, любуясь пейзажами северного государства во время весеннего цветения. Восторг и радость от пробуждения природы после длительного сна исходил не ото всех, лишь от жрицы, да от гнома, до этого бродивших лишь по землям западных королевств, видя сезонные перемены природы только тех мест. Остальным членам группы, также не доводившимся путешествовать и лицезреть красоты местности, было или плевать, или все равно, не ценители они прекрасного и чего-то поэтического.

— А вот и главные ворота, — сказал эльф, показывая на собравшуюся у входа очередь из караванщиков и торговцев, покидающих и прибывающих в Хварн.

— Еще и очередь стоять! Неужели эти вояки не могут побыстрее народ записывать? Пером не мечом махать! — возмущался полуифрит, потирая все еще ноющую грудную клетку, принявшую на себя удар противоположной ему стихии.

Нефилим оказала ему помощь, исцелила полученные раны, почти полностью выведя остатки чужеродной магии из организма, и энергетических каналов, но все же противоположные, враждующие источники не так-то просто усмирить, а еще сложнее их друг от друга оторвать, если те сцепились в битве. Именно поэтому и так не радужный настроением Этиор, был еще хмурнее и злее, особенно завидев толпу из людей и повозок.

— Майн Этиор, будьте любезны закрыть свой поток недовольства, — сказал Шед вежливо, но с