Стремление к Хаосу I - Чес Цин

бороться, но борьба не имеет смысла, если шансы на победу стремятся к нулю. Оракул предугадывает каждый шаг. Как можно сражаться, если противник видит тебя насквозь?

В итоге большинству достаточно иллюзии выбора, жалкого огрызка свободы. Возможности выйти из Системы и делать все, что заблагорассудится, но лишиться квартиры, пособия и бесплатной медицины. И, выбирая из двух зол, они получают профессию, которую выбрал Оракул. Живут жизнью, которую выбрал Оракул. И называют Харона Церра террористом. Теперь восстания случаются лишь на Дамараке.

Раньше аресты происходили раз в полгода, если не реже, но это уже четвертый за месяц! Неужели Новый Оракул настолько эффективнее? Карот сказал, что без имплантов новая версия ничем не отличается от старой. Неужели агенты “Сопротивления” могут в здравом уме пойти на установку? Если только имплантация не является обязательным требованием при приеме на работу.

Далая обхватила свое кольцо двумя пальцами и принялась вращать вперед-назад, набирая поисковый запрос: “Новый Оракул”. Всего один результат, но девушка боялась, что не найдется вообще ничего.

— Новая версия Оракула. Кому и зачем это нужно? С вами Орфан, и сегодня мы во всем разберемся.

Напряженная музыка. По смазливому лицу Орфана стекает фальшивая гипер-реалистичная слеза.

— Создатель Нового Оракула, Карот Аэртан, расскажет о событиях своего детства, натолкнувших его на, казалось бы, абсурдную идею: нынешняя система несовершенна. Событиях, которые не оставят равнодушным никого.

Мелкие глазенки. Самодовольный оскал на гигантском лице. Далая вздохнула и приготовилась к очередной занудной истории.

— Выскажу непопулярное мнение: даже Оракул ошибается. Иногда его ошибки ломают жизни.

Карот корчит неумелую кислую гримасу. Соглашаться с ним противно, но Далая прекрасно знает цену решениям Оракула.

— Долгие годы я был одержим идеей сделать Оракул совершенным, хотя и понимал, что полностью избежать ошибок невозможно. Когда сталкиваются интересы разных людей, приходиться идти на компромиссы. Решения Оракула должны одновременно учитывать как способности человека, так и нужды корпораций, которые не всегда совпадают. Забегая вперед, скажу: у меня получилось сделать Оракул намного точнее!

Уголки губ Карота стремятся вверх, обнажая оба ряда зубов. Далая чувствует, как закипает раздражение от напыщенности и неприкрытого высокомерия.

— Я родом с Дамарака. Для тех, кто там не был, а я уверен, что таких большинство, ведь обычно с Дамарака не выбираются, ха-ха!

Далая с трудом сдерживается, чтобы не закатить глаза, но от этого жеста видео прервется.

— Дамарак — это… Как бы точнее выразиться… Представьте серый пыльный булыжник вдали от цивилизации, настолько бесполезный и жалкий, что на него не ступала и никогда не ступит нога нормального человека. Нормальный человек побрезгует даже пнуть этот камень. Представили? По сравнению с Дамараком этот булыжник — настоящий бриллиант, ха-ха!

Урод. Далая сжимает кулаки. Границы журналистики давно размыты, нет ничего зазорного в публикации фейков и непроверенной информации, хоть Далая и не одобряет такой подход, но ложь — это тоже искусство. Разница между откровенным бредом и ложью в том, что ложь хотя бы отдаленно похожа на правду. Красивая ложь оставляет пространство для сомнений.

Сиреневый цветок гейзера, высотой насколько хватает глаз, как по часам, оповещает о начале нового дня. Сквозь синеватое стекло купола подмигивают далекие звезды. Далая играет в парке, вокруг смеются люди…

— Жуткое место! Несколько унылых шахтерских городков и бескрайняя серая пустыня между. Непроглядно черное давящее небо… — Карот качает головой, но его глаза продолжают улыбаться. — Когда моей матери было семь, она, как и все, прошла профориентацию… Оракул признал ее непригодной для “высших” профессий и ее образование было прекращено. Так мою мать распределили в одну из шахт…

Карот многозначительно вздыхает. Далая практически ненавидит себя за эмпатию, но история до боли знакома. Классический сюжет для Дамарака.

— Помню, как день за днем тускнел ее взгляд… Мать старалась держать все внутри, ничего не показывать, но мы с отцом видели, как ее угнетает работа. Когда из-за депрессии она уже с трудом вставала с кровати, компания направила ее к психологу… — Карот вздыхает и выдерживает неуместную паузу. С каждым словом история становится все знакомее. — К одному из этих элитных психологов откуда-то с Ракулая, Шивартана или, может быть, Ханварона. Но как может гражданин первых колоний понять проблемы простого шахтера из захолустной дыры?! Встречи не помогали. Мама нашла психолога недалеко от дома, которого могла бы посещать лично…

Карот замолкает. Трет глаза, но они настолько сухие, что Далая практически слышит скрежет от трения. Карот пытается всхлипнуть, но вырывающийся звук больше похож на хрюканье, на омерзительную жестокую насмешку. Далая со злости лупит по скамье…

— Простите… Мне сложно вспоминать об этом. Я помню день, когда мать вернулась домой после встречи с новым психологом. Помню мельком скользнувший по мне пустой взгляд, не выражающий абсолютно ничего… Мне было всего шесть, но по глазам я понял, что мама мертва. Я разглядел синяки, которые она старательно прятала в рукавах. На щеке пылало пламя пятна от ладони, такое пестрое… Мать зашла в ванную и долго не выходила. Когда приехала скорая… Если бы я позвонил отцу немного раньше… Я постоянно думаю об этом…

Чертов ублюдок! Далая затряслась и смахнула видео глазами, закричала, больше не сдерживаясь и не боясь оказаться услышанной. Вскочила со скамьи и принялась расхаживать вокруг, пытаясь взять себя в руки.

Мысли спутались. Глаза горели, но не от слез. От всепоглощающей ярости.

Остановившись, Далая открыла список контактов и нашла Карота. Голограмма выросла из воздуха прямо напротив, такая реалистичная, что отчаянно захотелось двинуть ему по роже.

— Не ожидал, что позвонишь. — Карот улыбнулся, но улыбка в свете последних событий подозрительно напоминала оскал. Мелкие желтые зубы внушали лишь отвращение, человек его положения не может позволить себе ходить с такими ужасными зубами.

— Посмотрела тут одно интервью с тобой…

— Какое из? — хмыкнул Карот. — В последнее время я довольно знаменит! Думаю нанять миленькую помощницу, которая будет отвечать звонки. Могу придержать это место для тебя, ха-ха!

— Лучше бы ты придержал язык за зубами, вот только они прогнили настолько, что язык постоянно вываливается, да? Могу помочь: как только мне удастся отыскать твой крохотный член, я сразу же затолкаю его в твою поганую глотку, чтобы ни один звук больше не вырвался…

— А,