Герцог и я - Джулия Куин

— В самом деле? Что ж, тогда считайте меня заинтересованным зрителем.

Дафна в беспомощном отчаянии вскинула руки:

— Хватит! Довольно с меня! Забудьте… забудьте этот вечер и все, что произошло! Я ухожу!

Она повернулась и пошла. Скорее, скорее отсюда! От этого несносного, но чертовски привлекательного человека, от несчастного глупого Найджела…

— Вы же только что обещали помочь мне, — раздался голос за ее спиной.

Проклятие! Когда же наступит избавление от случайного дурацкого знакомства, от этого наваждения?

Она остановилась, повернув голову.

— Конечно, — сказала она вежливым ледяным тоном. — Я к вашим услугам, сэр.

— Но если вы раздумали, — произнес он так же вежливо и бесстрастно, — если вам не хочется…

— Я сказала, что помогу! — в сердцах крикнула она.

Он улыбнулся. Еще смеет ей улыбаться, чертов герцог!

— Вот как мы сделаем, — деловым тоном сказал он. — Я подниму его, закину его правую руку себе на плечо, а вы слегка поддерживайте с другой стороны.

Стиснув зубы, Дафна послушалась. В конце концов, если отбросить наглую манеру разговаривать, он ведь помогает ей избежать возможных неприятностей, публичного скандала. И выручает Найджела, хотя тот и не заслуживает этого.

Они медленно двигались по коридору, и вдруг ее осенило: зачем, собственно, все эти усилия?

— У меня предложение, — сказала она чуть сдавленным от напряжения голосом.

— Слушаю, мисс, — отозвался Саймон.

— Оставим его здесь.

Он повернулся к ней, насколько позволила их ноша, и в глазах его можно было без особого усилия прочесть желание выбросить ее из окна. Правда, оно было плотно закрыто.

— Если мне не изменяет память, — почти по слогам проговорил он, — именно вы не хотели оставлять его здесь.

— Это было до того, как он ударил меня об стенку.

— А вы не могли, мисс, прийти к этой мудрой мысли немного раньше? До того, как я начал поднимать его проспиртованное тело?

Дафна почувствовала, что краснеет. Он прав, красивый наглец, но разве нельзя излагать все это иначе? Без такой язвительности?

— Ладно, — сказал Саймон и до того, как она успела что-либо сказать, опустил Найджела на пол, не предупредив ее о своих действиях.

Она чуть не упала, издав сдавленный крик, не произведший никакого впечатления на «красивого наглеца».

— Можем мы теперь покинуть это место? — спросил он любезным тоном.

Дафна молча кивнула, озабоченно глядя на лежащего Найджела. В ней снова проснулось сострадание.

— По-моему, он как-то неудобно лежит, — сказала она. — Вы не находите?

Саймон уставился на нее — не то с раздражением, не то с крайним удивлением. Какое-то время они не сводили глаз друг с друга.

— Вы всерьез обеспокоены его комфортом? — спросил он.

— Да… то есть нет… не совсем… Подождите.

Она наклонилась и выпрямила согнутые ноги Найджела. Теперь он покойно лежал на спине, снова слегка похрапывая.

— Все-таки он не заслуживает, чтобы вы отправили его домой в вашем экипаже, — вынесла она окончательный приговор неудачливому жениху, одергивая полы его костюма. — Конечно, жестоко оставлять его здесь, но пусть это послужит ему уроком.

Последних ее слов герцог Саймон Гастингс уже не слышал — бормоча что-то насчет женских причуд, он стремительно удалялся по коридору.

Глава 4

Лондон в эти дни переполнен честолюбивыми мамашами. Во время бала, проходившего на прошлой неделе в доме у леди Уэрт, ваш автор насчитал не менее одиннадцати заядлых холостяков, пытавшихся укрыться по углам залы и в близлежащих помещениях от этих честолюбивых особ, преследующих их по пятам.

Представляется достаточно трудным определить, участь какой именно из матерей наиболее тяжела, но ваш автор имеет все основания предположить, что основное соперничество будет между леди Бриджертон и миссис Фезерингтон при том, что миссис Ф. имеет определенное преимущество перед леди Б. (которое может в то же время считаться и недостатком). Я имею в виду, что на рынок невест выброшены сейчас целых три мисс Фезерингтон, в то время как у леди Бриджертон должна болеть голова лишь за одну.

Ваш автор берет на себя смелость предупредить, однако, всех здравомыслящих, заботящихся о своей безопасности господ, чтобы те держались подальше от новой поросли еще неженатых молодых людей, когда они в ближайшем будущем подвергнутся осаде со стороны достигших необходимого возраста дочерей Э., Ф. и Г. Бриджертон. Их мать, леди Б., не будет особенно озираться по сторонам бальной залы, таща за собой на буксире трех девиц, и помоги нам, Боже, если все они надумали подбивать свои каблуки металлом!

«Светская хроника леди Уислдаун», 28 апреля 1813 года

В тот вечер Саймону не везло. Сначала он дал себя втянуть в эту глупейшую историю с сестрой своего друга и чуть было не предпринял попытки соблазнить ее — подумать страшно, в какое неловкое положение он мог попасть! Помимо всего прочего, стал бы в чем-то похожим на этого осла Найджела, которого Дафна то жалела, как лучшего дружка, то обходилась с ним как с закоренелым преступником.

Но все это были цветочки по сравнению с тем, что последовало вскоре!

Его блестящий план незаметно проникнуть в бальную залу, выразить свое почтение леди Данбери и так же незаметно исчезнуть с треском провалился. Саймон не сделал и двух шагов по навощенному паркету, как его окликнул старый приятель по Оксфорду, который только недавно женился и горел желанием представить его своей супруге, красивой молодой женщине, но, к несчастью, с немалыми амбициями, — разве могла она упустить возможность познакомиться сама и познакомить всех, кого можно и кто находился поблизости, с новым герцогом! Саймон, каким бы циничным, даже грубоватым и, разумеется, вполне независимым ни казался самому себе, не мог отказать жене товарища в удовольствии, какое та испытывала от того, что, представляя его, многократно повторяла титул «герцог».

Таким образом, спустя пару часов он был уже знаком почти со всеми незамужними девицами в зале и взят на заметку их матерями, а заодно и многими замужними старшими сестрами, сопровождавшими младших по возрасту. Незамужние были утомительны, их матери — неприятно тщеславны, а старшие сестры… они были настолько прогрессивны во взглядах, что иногда начинало казаться, что он попал в настоящий бордель. Шесть из них сделали ему недвусмысленные устные предложения, две умудрились опустить в его карман записку с приглашением к себе в будуар, а одна — та просто провела рукой по его бедру…

Нет, решил он, встреча с Дафной была куда интереснее. Кстати, где она, эта странная девушка? Некоторое время назад он видел ее издали в окружении братьев, но потом она исчезла. Он подумал с усмешкой: пожалуй, она единственная из незамужних девиц в этой зале, кому он не был представлен.