Наша банда - Филип Рот

ДУХОВНЫЙ ТРЕНЕР: Аминь.

ТРИККИ: Итак, друзья мои, на этой ханжеской ноте можно, я полагаю, наше совещание и закрыть. В десять часов утра нам предстоит встретиться снова, чтобы обговорить точную природу совершенного преступления. Я же пока останусь здесь, в раздевалке, останусь в спортивной форме…

ДУХОВНЫЙ ТРЕНЕР: Господин Президент, уже светает. Вам следует отдохнуть. Снять шлем и лечь в постель.

ТРИККИ: Я, Ваше Преподобие, когда устаю, то нипочем не могу заснуть. И уж тем более сегодня, когда мне предстоит обдумать предстоящую нам компанию по обливанию грязью людей, повинных в этом преступлении.

ДУХОВНЫЙ ТРЕНЕР: Но человек может отдать лишь то, что…

ТРИККИ: Когда доходит до таких дел, я, Ваше Преподобие, пусть это и звучит нескромно, я — неутомим. Нет, я останусь в форме и шлеме и при помощи заполненных вами бюллетеней сооружу, в часы одинокие ночи, такой заговор, какой сможет сказаться на моей карьере наиболее благотворным образом. Я лишь надеюсь и молюсь о том, чтобы оказаться достойным этой задачи. Спокойной ночи, джентльмены, и спасибо вам за все.

ВСЕ: Спокойной ночи, господин Президент. (Встают, намереваясь уйти)

ТРИККИ: И не забудьте сдать на выходе спортивную форму. Не хочу называть имен, но в прошлый раз один из вас пытался украдкой вынести ее отсюда под обычной одеждой, чтобы покрасоваться дома перед женой и детишками. Разумеется, я понимаю, соблазн велик. Сколько раз меня самого подмывало обратиться к народу, надев наплечные щитки! Я об этом ни единой живой душе не рассказывал, но — строго между нами — во время вторжения в Камбоджу я тайком от всех пришел на телевидение в суспензории Национальной футбольной лиги. Просто-напросто, ничего не смог с собой сделать, очень хотелось. Надеюсь, за эти четыре стены ничего из сказанного мною не выйдет: если кто-нибудь из моих критиков хоть что-то пронюхает — сами знаете как они любят отсыпаться на Диксоне. Попробуй я надеть суспензорий перед тем как выступить по телевидению с речью о международной политике, и утренние газеты тут же объявят меня психопатом. Тут, в секретной подземной раздевалке это дело одно, а во внешнем мире — Боже оборони!

ВСЕ: Вы можете доверить нам ваши тайны, господин Президент.

ТРИККИ (явственно тронутый): Я знаю, знаю… Ну хорошо. Не забудьте только, выходя из комнаты, похлопать меня по спине, вроде как вы профессиональные футболисты, только что вылезшие из кучи-малы. Да, и обязательно скажите при этом: «Правильной дорогой идешь, Трикки Д, правильной дорогой!»

4

Трикки обращается к нации

(Знаменитая речь «Подгнило что-то в Датском государстве»)

Добрый вечер, мои дорогие американцы.

Я появился сегодня перед вами с сообщением, имеющим чрезвычайную важность для нашей нации. И хоть я, разумеется, не собираюсь внушать вам ложных надежд, умаляя природу кризиса, с которым столкнулась наша страна, я тем не менее не считаю, будто имеются какие-либо основания для встревоженных воплей, которые вы могли слышать или видеть в выпусках новостей, посвященных важнейшим решениям, принятым мною в течение последних двадцати четырех часов.

Что же, я знаю, всегда найдутся люди, предпочитающие, чтобы мы заняли перед лицом кризиса позицию слабую, трусливую и бесчестную. И разумеется, они имеют право высказывать свои мнения. Я уверен, однако, что подавляющее большинство населения Америки согласится с тем, что действия, предпринятые мной в ходе конфронтации Соединенных Штатов Америки с суверенным Датским государством, были необходимыми для сохранения нашего достоинства, нашей чести, нашего нравственного и духовного идеализма, доверия, которое питает к нам весь мир, крепости нашей экономики, нашего величия, нашей преданности воззрениям наших отцов, духа гуманности, ниспосланного свыше достоинства человека, выполнения наших договорных обязательств, поддержания принципов, проповедуемых Организацией Объединенных Наций, а также прогресса и мира для всего человечества.

Никто более меня не сознает какими политическими последствиями чреваты решительные, открытые действия, предпринятые нами во благо нашего достоинства, идеализма и чести, не говоря уж обо всем остальном. Однако я предпочел бы остаться президентом всего на один срок, но предпринять эти благородные, героические меры против Датского государства, чем быть избранным на второй срок, стерпев унижение от третьеразрядной военной державы. Это обстоятельство я хочу сделать совершенно ясным.

Позвольте мне рассказать вам о мерах в отношении Дании, предпринять которые я распорядился, и о причинах, подвигнувших меня на такое решение. (Берет указку и поворачивается к карте Скандинавского полуострова.)

Во-первых, несмотря на все вероломство, с которым пропорнографическое правительство Копенгагена выступило против Соединенных Штатов, я предпринял быстрые и эффективные шаги, позволившие нам перехватить военную инициативу. В эту самую минуту американский Шестой флот, отплывший по моему приказу в Балтийское и Северное моря, полностью контролирует все водные пути, которые ведут в Данию и из Дании, как показывает нам эта карта. (Тычет указкой в Балтийское и Северное моря.) Авианосцы, эсминцы и десантные суда образовали вокруг занимаемого Данией Ютландского полуострова (тычет указкой) и многочисленных датских островов, которые вы видите на этой карте окрашенными в красный цвет (тычет указкой), стратегическое кольцо. Взятые вместе, эти территории делают Данию примерно равной по величине (поворачивается к карте Соединенных Штатов) восхитительным штатам Нью-Хэмпшир и Вермонт, прославленным их прекрасной осенней листвой и упоительно вкусным кленовым сиропом, — вы видите здесь эти штаты окрашенными в белый цвет.

Теперь позвольте мне рассказать вам о результатах этих действий, предпринятых мною как сознающим всю меру своей ответственности Главнокомандующим наших Вооруженных сил.

Фактически, Дания в настоящее время изолирована от остального мира блокадой столь же непроницаемой, как та, посредством которой президент Джон Ф. Харизма помешал в 1962 году проникновению советского ядерного оружия на Кубу и в Западное полушарие, которое находится вот здесь (тычет указкой в Западное полушарие). И то был, как все мы знаем, самый лучший, исполненный наибольшей доблести час его президентства. Так вот, эта блокада ничем не отличается от той.

Но эффективно изолировав Данию от остального мира, я тем не менее не внял советам моих критиков и не согласился на то, чтобы Америка заняла в этом кризисе изоляционистскую позицию. Потому что — и пусть никто не питает иллюзий на этот счет — Америка, если она желает жить в мире, не может жить в изоляции.

Я словно бы слышу, как вы спрашиваете: «Господин Президент, вы предприняли быстрые и эффективные шаги для того, чтобы защитить наше достоинство, идеализм и честь; но как же насчет национальной безопасности, разве также и она не была под угрозой?»

Ну что же, это хороший вопрос, вопрос, заслуживающий продуманного ответа. Ибо всем нам хорошо известна воинственная, экспансионистская политика Датского государства, и в частности, его территориальные притязания на континентальные земли Соединенных Штатов, которые эта страна вынашивает еще с одиннадцатого столетия. Как вы помните, в то время на Североамериканский континент высаживались десантные войска сначала под командованием Эрика Рыжего, — Эрика Красного, если уж называть вещи своими именами, а затем и под командованием его сына, Лейфа Эйриксона. Эти высадки семьи Красных, а также орд возглавляемых ими викингов производились, разумеется, без предварительного уведомления, представляя собой прямое нарушение доктрины Монро[13]. Но и помимо этих вторжений, осуществлявшихся полувоенными формированиями, викинги совершали также разного рода безуспешные попытки создать привилегированные убежища на нашем восточном берегу, вот здесь (тычет указкой), в непосредственной близости от Бостона, города, в котором родился Пол Ревир[14] и из которого он отправился в свою известную всему миру полночную скачку, города, в котором состоялось знаменитое Бостонское чаепитие.

Итак, если вы спросите меня, составляли ли датчане с их многовековой историей открытого пренебрежения нашей территориальной целостностью угрозу для нашей национальной безопасности, я думаю, что могу со всей непредвзятостью ответить вам: да, составляли. И именно поэтому я сегодня вечером дал пропорнографическому правительству Копенгагена ясно понять, что я не намерен отвечать на новые угрозы нашей территориальной целостности, нашей чести или нашему идеализму слезливыми дипломатическими протестами. И для того, чтобы занимаемая мною позиция не оставляла места для каких бы то ни было сомнений, я приказал привести расквартированную в Германии Седьмую американскую армию в полную готовность с тем, чтобы она заняла боевые позиции вот здесь (тычет указкой), на пятьдесят пятой параллели, то есть на границе между Германией и Данией. И я заверяю вас, мои дорогие американцы, как заверил пропорнографическое правительство Копенгагена и как заверил бы родовой режим Красных в одиннадцатом веке, если б уже тогда был вашим Президентом, что я без малейшего колебания направлю сегодня наших доблестных американских солдат через границу и вглубь датской территории, если это потребуется для того, чтобы предотвратить сражения между нашими детьми и потомками Эрика Красного, которые грозят развернуться на улицах (несколько раз тычет указкой) Портленда, Бостона, Нью-Йорка, Филадельфии, Балтимора, Вашингтона, Норфолка, Уилмингтона, Чарльстона, Саванны, Джекоснвилла, Майами, Ки-Бискейна и, конечно, населенных пунктов запада.