Презумпция невиновности (СИ) - Орлова Екатерина Марковна

— Вашими молитвами, — улыбаюсь. — Ты с той девушкой разъехался наконец?

— О, да, — он облегченно выдыхает. — Пиздец, какая душная.

— А ты не начинай сразу жить с ними, повстречайся хотя бы полгода.

— С последней был в отношениях четыре месяца, а это уже рекорд.

— Ага, и два из них жил с ней. Не заливай мне про рекорды, — усмехаюсь. — Как дети?

— Везу в Диснейленд в следующем месяце. Танька собирается со своим хахалем в романтическое путешествие, а мы с малышней в центр развлечений.

— Хорошее дело, — киваю, отбрасывая окурок в сторону урны. Он немного не долетает, падая в нескольких сантиметрах. — Эх, не быть мне баскетболистом.

— Зато в лузу ты попадаешь с первого раза, — смеется Вася, отталкиваясь от машины.

— Это врожденный талант, — подмигиваю ему, когда мы входим в здание суда.

Когда наступает вечер, я начинаю сходить с ума. Пока занят работой в суде, все остальные мысли отходят на задний план. И даже представители сторон судебного процесса — а чаще всего именно представительницы в строгих юбках и с декольте — меня не отвлекают. Но вечер — это время чудес. До восьми еще два часа, и, конечно, мои мысли начинают постепенно уходить в сторону плотских утех. Только утешаться, блядь, не с кем. Точнее, я мог бы сейчас быстро найти девочку, которая объездит меня в машине и даже номер не спросит. Но хочется ж не так. Хочется с игрищами, от души. Чтобы… ух! Но я же дал себе обещание. Да, буду его придерживаться. В конце концов, Мышка вроде как намекнула, что вечером “покормит”. Посмотрим.

Настроения связываться с друзьями и сидеть в баре нет, так что я еду в барбершоп, привожу себя в порядок, потом в ювелирный за подарком жене к 8 марта. Что бы ни происходило в жизни, праздник наступит, и я должен быть готов к нему. Покупаю Ире браслет со стрекозой. Она очень любит это насекомое в украшениях, а в жизни почему-то побаивается. За чашкой кофе в торговом центре кое-как дотягиваю до восьми, а потом набираю жену.

К счастью, Ира уже освободилась, и я подъезжаю к прокуратуре, чтобы забрать ее. Мышка плетется так, словно ее каток переехал, и мои надежды на феерическое продолжение вечера понемногу начинают таять. Бессовестная часть меня тычет в голову пальцем и спрашивает, не дебил ли я, что отказался найти себе развлечение на вечер. Игнорирую противный внутренний голос, припечатывая его кулаком силы воли. Я же пообещал себе, напоминаю.

Мышка садится на пассажирское сиденье и целует меня. Пытаюсь углубить поцелуй, вплетая в него язык, но Ира сворачивает нежности, смачно чмокнув меня в губы. Ла-а-адно. Завожу машину и киваю жене на стакан кофе в подстаканнике.

— О, ты мое спасение, — она хватает стакан и прижимается к нему губами.

— Не разгоняйся, он без кофеина, — отвечаю, выруливая с парковки.

— На кой черт мне такой недо-кофе?

— А ты собралась всю ночь работать? — дергаю бровью, бросая на жену вопросительный взгляд.

— О, нет. У меня сейчас мечта принять душ, надеть пижамку, носочки и завалиться спать.

От моих надежд едва ли остается сотая доля, но я, как последний оптимистичный дебил, говорю себе, что ну хоть что-то же есть? С этим можно работать.

— Сделаешь мне массаж ног? — добивает меня Ира вопросом.

А мне так хочется ответить ей: “Конечно, но при условии, что массаж будет иметь продолжение”. Но вместо этого отвечаю:

— Конечно. Как прошел день?

Откинувшись на спинку сиденья, Мышка пускается в рассказ о своей работе, а я, слушая одним ухом, пытаюсь успокоиться и убедить себя, что сегодня сексу точно быть.

Глава 12

Виктор

Проверяю в зеркале, как выглядят мои яйчишки в джинсах, потому что по ощущению они опухли, и каждый, кто посмотрит в эту область, сможет с точностью до часа определить, когда у меня в последний раз был секс. Вчера Ира меня ожидаемо продинамила. Конечно, оставался тот единственный процент, что я смогу ее уломать, но полагаться на такую ничтожную вероятность все же не стоило.

Мы с Ирой договорились встретиться у кинотеатра, потому что она снова работает допоздна. Но, по крайней мере, Мышка взяла с собой одежду, чтобы переодеться в офисе. Она бы странно смотрелась в деловом костюме в кино.

У ступенек развлекательного центра я вижу Влада, который, прикрывшись кепкой, тискает свою жену Настю. Они оба одеты так, что распознать в нем депутата горсовета, а в ней успешного ученого просто невозможно.

— Я как будто вернулся в студенческие годы, — смеюсь, подходя к ним.

— Тебе хоть прятаться не надо, — отзывается Влад, пожимая мою руку.

— К чему такой экстрим, Владислав Игоревич? — обнимаю Настю, а она чмокает меня в щеку.

— Ты еще, блядь, фамилию мою прокричи, — Влад толкает меня в плечо.

— Так почему не снял частный кинотеатр? Зачем это? — киваю на развлекательный центр. — Или захотелось спуститься к народу?

— Да вечно мы в изоляции, заебался.

— Понимаю, — подтверждаю кивком.

— А Ира где? — спрашивает Настя.

— Должна скоро быть.

Мы отходим в сторону и закуриваем, когда к центру подкатывает такси и из него выпархивает моя фея. Я ожидал, что она будет в джинсах, но Ира надела легкое платье, поверх которого накинула косуху.

— Эх, блядь, люблю весну, — расплываюсь в улыбке, глядя на то, как жена в армейских ботинках поднимается по ступенькам. Через плечо переброшена небрежная коса, в руке маленькая сумочка. Красавица моя.

— Привет, — здоровается Ира и уже тянется к Насте за объятиями, но я перехватываю ее и вжимаю в свое тело, набрасываясь с неприличным поцелуем на ее губы. Успеваю крутануть ее так, чтобы закрыть собой от любопытных взглядов, и жадно орудую языком у нее во рту. — Витя, — выдыхает она, оторвавшись на мгновение, а потом я снова запечатываю ее рот поцелуем. Член болезненно наливается и давит на ширинку. — Остановись, ты же меня сейчас трахнешь прямо здесь, — шепчет она в мои губы, а я усмехаюсь.

— Трахну, да, — тяну хриплым голосом, и Ира шлепает меня по плечу.

— Все? — спрашивает у меня за спиной Влад. — Мы уже можем обнять твою драгоценную Мышку?

Я отступаю на шаг, давая друзьям возможность поздороваться с Ирой. Ее вкус до сих пор на моих губах, и я улыбаюсь, как идиот. Даже сигарету выбрасываю, чтобы не перебивать дымом удовольствие.

— Ты бы хоть пиджак надел, твоя куртка не скрывает стояк, — бубнит мне Влад, пока девочки щебечут между собой.

— Похрен, — с улыбкой отвечаю я, хлопаю друга по плечу и поворачиваюсь к девчонкам. — Идемте, надо еще попкорн и колу купить.

— Кола для лохов, — говорит Влад и хлопает по своему рюкзаку. — Вот с вискариком — это по-нашему.

— Ты принес алкоголь в кинотеатр? — усмехаясь, спрашиваю я.

В ответ он только хмыкает.

Купив попкорн и разные закуски, мы располагаемся на VIP-местах.

— Ты все диваны выкупил, что ли? — спрашиваю Влада, перегнувшись через Иру.

— Не хочу, чтобы нам мешали, — отвечает он и достает из рюкзака флягу.

Я серьезно осматриваю нашу компанию. Благодаря протекции наших семей нам не пришлось пахать десяток лет, чтобы стать успешными. Другим людям гораздо реже так везет. И сейчас, сидя в кинотеатре с полностью выкупленными самыми крутыми местами, я в который раз наслаждаюсь своим положением в жизни.

На экране мелькает реклама, а мы болтаем о всякой фигне, передавая из рук в руки флягу с вискарем. По телу разливается приятное тепло. Ира кормит меня попкорном, а я слизываю соль с ее губ. От этих невинных шалостей кружится голова, и улыбка сама собой растягивает губы.

Фильм начинается, и, не знаю, чем там заняты Влад с Настей, но мы с Мышкой его практически не смотрим и немного шалим. Я перетягиваю ее к себе на колени и ласкаю под платьем, а она тихонько стонет мне в ухо. Хочется расстегнуть ширинку, отодвинуть трусики Иры в сторону и войти в нее прямо здесь. Но мешают колготки, которые она вряд ли разрешит снять. Мне пока хватает и того, что я чувствую влагу через два слоя ткани и знаю, что она заведена до предела. Не знаю, как мы пойдем на ужин с друзьями, не стравив давление в моих штанах и ее трусиках, но как-то надо идти.