Круг Раскрывается: Уличная Магия - Тэмра Пирс

‑ Свет, ‑ сказал Браяр, становясь рядом с лежанкой Хаммита на колени. Кто-то передал лампу, наполнившую воздух запахом горящего жира.

Кое-какая медицина была уделом всех растительных магов, поскольку они не только выращивали многие ингредиенты для лекарств, но и делали сами лекарства. За последние три года Браяр получил немало познаний в медицине. Сначала он оттянул Хаммиту веки, чтобы посмотреть на зрачки. Оба были полностью расширены, и движение лампы перед ними не заставило их сузиться. Нормальные зрачки расширились и сузились бы в зависимости от количества попадавшего на них света.

Браяр повернул голову Хаммита. Одна из сторон его лица обвисла, как будто у него была апоплексия. Он нежно прощупал волосы бессознательного парня, игнорируя насекомых — вшей и блох — которые пробегали по его рукам по ходу проверки черепа. За ухом у Хаммита была вмятина. Когда Браяр начал осмотр, парень тяжело дышал; теперь его дыхание замедлилось. Браяр прощупал пульс на его шее: тот тоже замедлился. По этому, и по расширенным зрачкам, он понял, что за помощью обратились слишком поздно.

Он уселся на пятки, медленно наполняясь злостью:

‑ Что произошло?

‑ Нашли его в фонтане у Кедровой и Зайцев на заре. ‑ Говорил парень, бросавший с Хаммитом медяки накануне. ‑ Он пошёл проведать маму прошлым вечером, но не вернулся. Ненадолго пришёл в себя около полудня. Сказал, что не видел нападавших.

Браяр попытался найти способ сказать им о том, что будет дальше, не указывая при этом на то, что если бы они обратились к лекарю сразу, то Хаммит мог бы выжить. С таким постепенным внутричерепным кровотечением, которое начало убивать его только сейчас, даже самый медлительный лекарь из храма Воды всё исправил бы, если бы Потроха сразу же отвели Хаммита туда.

Браяр всё ещё пытался управиться с гневом и чувством беспомощности, когда рот Хаммита раскрылся до невозможности широко, явив разбитые зубы и кровоточащие дёсны. Его тело напряглось; руки выпрямились, а ладони повернулись под углом к телу. Потроха отдёрнулись от него. Какими бы крепкими они ни были на улицах и в драке, происходившее было чужим, незнакомым.

‑ Ты па́хан — вылечи его! ‑ закричала девушка, которая привела Браяра сюда.

Он сжал дрожавшие руки в кулаки. Он видел это достаточно часто, чтобы знать, что именно происходило. Хаммит расслабился. Воздух последний раз покинул его лёгкие, прошелестев через нос и булькнув в окровавленном рту, пока лёгкие не опустели. Потроха подобрались ближе, когда Браяр проверил толстую шею Хаммита на наличие пульса. Пульса не было.

‑ Он умер несколько часов назад, ‑ тихо сказал Браяр. ‑ Просто сердце и лёгкие продолжали работать какое-то время, вот и всё. Поэтому у него половина лица была такая странная. У него где-то внутри головы текла кровь.

Он закрыл распахнутые глаза Хаммита. Прежде тем те успели снова открыться, он вытащил из кошелька пару медных давов и положил их на веки, чтобы оставить их закрытыми. Он бы использовал серебряные — Хаммит был ему по душе — но это было бы слишком для Потрохов. Банда не была настолько богатой, чтобы позволить себе хоронить умерших вместе с серебром.

Браяр в тысячный раз пожалел, что он зелёный маг, а не лекарь. Лекарства имели ограничения. Иногда требовался магически одарённый лекарь, чтобы дело пошло на лад. Браяр слишком часто оказывался в подобных ситуациях, и единственным магом поблизости был он сам. Ловкач Лакик любил так шутить за его счёт.

Ещё двое Потрохов, парень и девушка, ввалились сквозь дверь. У девушки было отбито лицо, глаз на этой стороне опух и не открывался. Браяр решил, что ей сильно врезали по скуле.

‑ Гадюки, ‑ прохрипел парень, помогая девушке сесть. ‑ Они избивали её, когда я подоспел.

‑ Ну а на этот раз попробуешь помочь? ‑ Потребовала девушка, которая привела сюда Браяра.

‑ Он — па́хан, Май, не бог. ‑ Пришёл на защиту Браяра парень, который ранее объяснил, где нашли Хаммита. ‑ Ты делаешь лекарства, но не можешь лечить, я прав?

Браяр кивнул и подошёл к раненой девушке. По крайней мере для неё он мог что-то сделать. С помощью бальзамов из своего набора Браяр уменьшил опухоль и унял боль в раздробленной скуле. Это было хоть что-то, и любые местные лекари сделали бы для Потрохов гораздо меньше. Только храмы Воды Живого Круга предоставляли бесплатную медицинскую помощь бедным, но чаммурцы не доверяли иностранным храмам и самим иностранцам.

Не успел Браяр закончить с девушкой, как в комнату, шатаясь, вошёл третий пострадавший с болтавшейся сломанной рукой. Он тоже определил в нападавших Гадюк. Ещё он видел оружие, которое они использовали — маленькие, закруглённые палки, которые были тяжелее, чем казались.

‑ Звучит похоже на дубинки, ‑ прокомментировал Браяр, осматривая руку пострадавшего.

‑ С каких это пор они могут себе их позволить? ‑ Требовательно спросила пылкая Май. ‑ Это всё дело рук той такамери, зуб даю!

‑ Им нечем будет держать их новые игрушки, когда мы закончим разбираться с ними, ‑ прорычал другой член банды.

Они столпились вместе, чтобы выработать план действий, пока Браяр заканчивал осмотр последнего пострадавшего. Его просьба найти два длинных, прямых куска дерева для лубков отвлекла от совещания лишь одного Потроха. Как только он дал Браяру требуемое, он вернулся к планированию.

Когда лубки были надёжно закреплены, Браяр сказал своему пациенту и девушке с разбитой скулой:

‑ Послушайте, я знаю, что храм Воды Живого Круга — место экнубн, но лекари там работают задаром, и лекарства у них от меня. Вам даже медного дава не придётся заплатить. Они и сломанные кости лечат. Это на Улице Колодцев — скажете им, что говорили с Браяром Моссом.

Он знал, что сразу те не пойдут. Однако к рассвету прекратит действовать болеутоляющая мазь, которую он нанёс на их раны. Они могут и решить, что лучше посетить экнуб, который был настолько безумен, что работает бесплатно, чем терпеть боль в сломанных костях.

Была почти полночь, когда тэску Гадюк, Икрум, и пытавшаяся поймать Эвви троица отчитались перед Леди Зэнадией, поздно вернувшейся с семейного ужина. Она выслушала их не говоря ни слова, хотя мимолётно улыбнулась, когда Икрум описал первые нападения на Верблюжьих Потрохов. Из четырёх Гадюк лишь он не получил этим днём отметин. Лица Орланы, Саджива и Йору блестели от мази против ожогов. Они по-прежнему носили одежду, которую Эвви украсила прожжёнными дырками.

‑ Волнующий день, ‑ заметила леди, когда Икрум закончил. ‑ Надеюсь, что остальные Гадюки продолжают совершать набеги на Потрохов.