Агент Коловрат. Рождение Легенды - Сумасшедший Писака

Это было даже как-то романтично. В голове тогда сразу же заработала фантазия, представляя, как мы с Рыжей под светом луны, сидим в удобных походных креслах, перед нами столик со свечой, мы ужинаем и любуемся этой красотой.

Всю красоту момента оборвал тихий рык, донесшийся откуда-то справа. Повернув голову в том направлении, я увидел осторожно крадущуюся пантеру. Очертания черной кошки, было непросто разглядеть в темноте, но переливы луны на ее шелковистой шерсти, давали возможность оценить внушительные размеры животного. А еще, ее глаза слегка светились зеленоватым свечением.

Мягкими шагами, зверь начал обходить нас, стремясь прижать свою добычу к стене. Маленький шарик, взорвавшийся перед носом пантеры, ее не испугал. Напротив, заставил прижать уши и приготовится к прыжку. Убивать ее откровенно не хотелось. Красивое и милое животное. Правда все эти мысли улетучились, едва хищник бросился.

Я едва успел сбить своим телом пантеру, которая в качестве своей цели, решила выбрать Николая Анатольевича. Мы покатились по земле. Животное пыталось драть меня своими когтями, а вот я орудовал одной рукой, оснастив ее кинетическим лезвием. Еще три порхали вокруг кошки, вгрызаясь в ее доспех духа.

И только тогда я понял, что эта кошка, мать ее, не такая уж и простая. Да и тот факт, что мой доспех духа просаживался как под ударами учителя, меня вообще не радовал.

«Что ж здесь за монстры такие водятся? И почему раньше я о подобных животных не слышал?» — Пронеслись в моей голове вопросы, в то время, как тело действовало уже само.

Кинетические лезвия сменились, вакуумным ударом. С пятого удара, удалось пробить доспех этого хищника, и рука вонзилась в плоть, разрывая ее. Кровь, осколки костей, кишки. Натюрморт был отвратительный. Да еще и запах пошел, какой-то тухлый.

Животное умирало молча, устремив свой взгляд к звездному небу. Было чувство, что эта магическая пантера осознавала, что любая охота может закончиться ее смертью. Она это принимала как данность. Как фатальную неизбежность своей жизни. И вот от этого, мне было хреново.

Профессор же стоял, вжавшись в стену скалы, и с ужасом смотрел на убитое мною животное. Поднявшись на ноги, я устало струсил с доспеха духа кровь, посредством череды импульсов, что пробежали по нему.

— Знаешь, что за тварь? — Спросил я у профессора, доставая из бокового кармана своего рюкзака баклагу с водой.

— Как не знать. — Все так же не отлипая от стены, произнес он. — Ханьташ. Мифическая пантера, выведенная Астакскими магами древности. Говорят, они славились химерологией.

— Понятно. — Протянул я. — Они часто встречаются?

— Нет. — Отрицательно покачал головой историк. — Крайне редки.

— Ну, значит, мы очень удачливы. — Хмыкнул я, наконец-то открутив крышку с фляги телекинезом, и удерживая ее в воздухе, отпил несколько глотков. — Жалко тварюшку. Красивая была.

На ночевку решили оставаться прямо здесь. Только ночевать собирались прямо в коридоре, из которого вышли. А вот причин так поступать было вполне достаточно. Ну, например, ночью спускаться с горы, как-то нам не улыбалось. Да и за день порядком подзаколебались. Поужинав, мы легли спать. Я спал в пол глаза, постоянно стараясь сканировать местность. А вот Николай Анатольевич, как оказалось, храпел. И делал это громко. Из этого я сделал вывод, что в засаде ему спать давать нельзя, лежку выдаст на раз.

В конечном итоге пришло ко мне понимание, что нормально выспаться не удастся. Потому я достал из своего рюкзака свой блокнот и, открыв его, подсвечивая себе тусклым светляком, принялся записывать те руны, которые я видел. Это мне к слову посоветовал делать Николай Анатольевич, пока мы ехали в аэропорт, и даже выдал сам блокнот. И если в предыдущие дни я еще раздумывал, стоит ли этим заниматься в принципе, то именно тогда впервые решил заняться этим делом.

Оно ведь как? Когда записываешь информацию, она как-то глубже, а местами даже лучше воспринимается. Это сейчас я понимаю, что у каждого человека свое мышление. Ну, в том смысле, что все люди думают разными типами. Кто-то образами, кто-то цельными частями, кто-то линейно. А кто-то с трудом может причину и следствие связать.

Мне вот такая визуализация, позволяла лучше понимать природу собственных сил. Начать я решил с базы. Кинетики, если это можно так назвать. Создал щит и принялся выписывать руны, которые видел в нем, затем начал зарисовывать саму структуру их расположения, затем высчитывать повторы.

Зачем все это делать? Ну… нужно же с чего-то вообще начинать. Тем более, что сам вопрос касается непосредственно моих магических сил, а значит и моего выживания, которое в свою очередь влияет на мою службу, которая влияет на успешность действий Империи, а следовательно и на народ Империи Равных.

Чем больше я думал о том, как в мире все взаимосвязано, тем больше поражался мудрости того, кто это все сотворил.

По словам Николая Анатольевича, моя работа с выпиской рун, со временем сможет позволить расшифровать их. Т. е. чем больше их соберется в каждой ветви, тем больше шансов их расшифровать, а следовательно и понять более глубинные принципы магии, которой владеет большинство. По словам ученого, артефакторика и духовная магия, взаимосвязаны и имеют нечто общее, что их объединяет, просто наши головастики пошли путем разделения и науки, тогда как остальные предпочитают идти путем интуитивного управления своими силами.

Правда, мне не понятно, почему тогда те же головастики не могут поставить доспех духа. С одной стороны они маги, но вот само, управление силами у них происходит посредством артефактов, ритуалов… Профессор на это только развел руками, честно признавшись, что ответа на этот вопрос не имеет.

Когда солнце показало свои первые лучи, я сложил блокнот и кривя рот в зевке, потянулся. Как это всегда бывает, сон пришел, когда был лишним. Собственно, как и общая усталость. Но ложиться спать, уже было поздно, пришел новый день, который сулил новые событие, и продолжение дороги.

Разбудив профессора, я приготовил нам по чашке кофе и достал упаковку с завтраком из сухпая. Перекусив, мы отправились в дорогу.

Спуститься со скалы оказалось не так сложно. Правда, было бы намного проще, если бы мой спутник не страдал боязнью высоты. Но из песни слов не выкинешь. И эту проблему мы так же преодолели. Конечно, вновь пришлось помогать профессору в нескольких местах телекинезом.

Новый день прошел без происшествий, и что было особенно радостно, даже дронов в небе мною замечено не было. А это уже могло говорить о том, что от преследования мы оторвались. Хотя бы на время.

— А