Сердце пирата - Дмитрий Емец

Но вдруг из главного коридора донеслось противное чавканье, и из-за поворота выкатился протоплазменный шар. Сдирая со стенок синий мох и пожирая встречавшихся на пути храпунов, скользкий шар, чавкая, приближался.

Первым его увидел попугай.

– Смотрите, капитан! Что-то катится! – заорал он дурным голосом.

Грохотун и Крокс оглянулись. При виде шара на человеческой половине лица киборга отразился ужас. Он отлично знал, на что способна жующая протоплазма. Однажды в дальнем космосе он натолкнулся на торговый корабль и взял его на абордаж. Но на корабле не оказалось ни одного человека – только небольшой скользкий шарик. Кто-то из пиратов пнул его ногой и закричал. Шар сжевал ногу и на глазах Крокса втянул человека в себя. Потом разбух и, катаясь по кубрику, уничтожил половину экипажа. Стрелять в него было бесполезно: он жадно пожирал все, что соприкасалось с его поверхностью. Только капитану и еще нескольким пиратам удалось спастись. Они выскочили из рубки, задраили отсек с жуткой протоплазмой и в ужасе покинули опустевший звездолет.

– Жующая протоплазма! – Крокс попятился. – Назад, Грохотун! Бежим!

И они бросились наутек. Грохотун тоже знал, что жующая протоплазма лакомится боевыми роботами на биопроводниках с не меньшим удовольствием, чем людьми.

– Прощай, ржавчина! – крикнул он Баюну. – Ты уже дохляк!

Протоплазменный шар подминал и, чавкая, втягивал в себя храпунов. Оставшиеся белые черви, трусливо повизгивая, спешили убраться и торопливо втискивались в свои подземные ходы. Протоплазма с жадностью пожирала зазевавшихся храпунов, вытягивая их за хвосты из подземных туннелей.

У Лависсы еще болело ушибленное колено, и она не могла передвигаться достаточно быстро. Да все равно, разве скроешься от этого чудовища!

– Сюда, королева, сюда! – услышали друзья. Из узкого бокового хода показался Капризик. – Быстрее! Тут пещерка!

Копачи подхватили раненого Рыжего Носа и помогли остальным нырнуть в узкую нишу в стене. Едва они втиснулись в пещерку, навалившись друг на друга, как стало совершенно темно: чавкающий шар закрыл собою узкую щель в стене.

Даже в кромешной тьме Андрею и Лависсе казалось, что они видят, как тянутся к ним липкие щупальца протоплазмы. Но, к счастью, пещерка оказалась слишком глубокой, и шар, слепой, глухой и немой, воплощение постоянной жадности и ненасытности, прокатился мимо.

Крокс на бегу оглянулся, чтобы увидеть, как смертоносный шар уничтожает Баюна, Андрея и Лависсу. Но протоплазма была уже на другом месте.

– Идиоты! Шар сожрал девчонку и ежа! – зарычал капитан. – Он сожрал всех! Мы их потеряли!

– Зато теперь нет свидетелей, – пробасил Грохотун. – И нет робота устаревшей модели. Ненавижу устаревшие модели!

Отвратительный шар свернул в один из боковых коридоров и покатился к Оранжевой пещере. Очевидно, там он хотел полакомиться храпунами и красными спрутами.

Капитан с великаном подошли к тому месту, где раньше стояли Лависса, Баюн, Андрей и копачи. Перед ними были скользкие стены с ободранным мхом и обломки копий.

Крокс покачал головой:

– Сожрал, начисто сожрал…

– Ни косточки не оставило, – добавил попугай.

– Лучше бы я их сам убил. Было бы надежнее. – Голос робота звучал немного надтреснуто. Очевидно, его речевая пластинка погнулась от удара об стену, и ее нужно было менять.

– С ума сойти, Грохотун! Ты цел! Я думал, у тебя в голове все расплющилось! – И попугай сделал вид, что сейчас свалится от изумления с плеча Крокса.

Великан мрачно посмотрел на болтуна сквозь прорези в шлеме.

– Глупая птица! – сказал он осипшим голосом. – Когда ты видел, чтобы у боевых роботов мозги помещались в голове?

– Это точно. – Капитан подошел к Грохотуну и постучал его кулаком по лбу. – У этой модели в голове практически ничего нет. Только подставка для глаз и речевой динамик.

– А тогда зачем ему вообще голова? – удивился попугай.

– Зачем ему голова? – усмехнулся Крокс. – Как зачем? Для маскировки.

– Для маскировки? – Попугай ничего не понимал.

– Глупая птица! – рассердился Крокс. – Представь себе, идет бой. Враги отстрелили из лазерной пушки Грохотуну голову. Они будут убеждены, что уничтожили его, а не тут-то было. Грохотун и без головы сможет воевать не хуже. Может, даже лучше. Теперь понял?

– А где у него мозги? Если, конечно, они у него есть? – не унимался болтун.

– Мозги у него в другом месте. Там, где они в полной безопасности. Вот здесь. – И Крокс похлопал робота чуть пониже спины.

Попугай слетел с плеча капитана и сделал круг под потолком, чтобы размять крылышки. Неожиданно он увидел в одной из стен щель.

– Смотрите! – закричал он. – Пещера! Они могли здесь спрятаться!

Грохотун наклонился и заглянул в щель:

– А ну вылезайте! Живо!.. Да тут нет никого!

Крокс оттолкнул его, сунул в щель руку и пошарил. В пещерке и в самом деле никого не было. Но киборг натолкнулся на какой-то предмет: это была кнопка от комбинезона Андрея. А приглядевшись, пират увидел на камнях следы крови.

– Они живы! – взревел Крокс. – Они не могли уйти далеко, у них раненый! В погоню!

Глава 17

СТРАННОЕ СОВПАДЕНИЕ

Как только протоплазменный шар прокатился, копачи торопливо выбрались из пещеры. Рыжий Нос тихо стонал: в груди у него все еще торчал обломок копья. Копье пока не вытаскивали, потому что тогда кровь широким потоком хлынула бы из раны и Рыжий Нос наверняка бы умер.

– Королева, нужно бежать! Как только шар прокатится, чудовища пустятся в погоню! – Самтытакой помог всем по одному вылезти из пещерки. Они оказались в другой стороне коридора.

– Давай я тебя понесу! – Баюн хотел поднять Лависсу, но она отказалась.

– Не надо, я сама! – Ушибленная при падении нога почти прошла, и девочка могла уже передвигаться самостоятельно.

– Королева! Нельзя медлить! Рыжий Нос может умереть! – беспокоились копачи. Тортик и Хочуспать несли раненого на руках. Носатенький человечек побледнел и хрипло дышал. Время от времени Капризик увлажнял ему губы водой из фляжки.

Баюн все еще колебался, стоит ли идти им за копачами. Ведь они похитили Лависсу, хотя потом готовы были отдать за нее жизнь, но кто знает, что у них на уме.

Дойдя до поворота, человечки оглянулись. Увидев, что робот, Андрей и Лависса растерянно стоят на месте, они забеспокоились:

– Ну что же вы! Королева, что нам сказать Рыжему Носу, если он очнется? Вы уходите от нас навсегда?

При свете гнилушек лица копачей выглядели такими несчастными, а в глазах у них было столько тревоги, что нельзя было не сжалиться.

– Баюн, пойдем с ними! Разве ты не видишь, что мы им нужны? – Девочка потянула робота за руку.

– Пойдем! Они помогут нам выбраться из лабиринта и провести Крокса! – поддержал ее Андрей. – Слышишь, там какой-то шум? Грохотун возвращается!

Сомневаясь, что поступает правильно, робот решился:

– Хорошо, пойдемте с ними. Надеюсь, во второй раз, Лависса, они не станут тебя похищать!

Друзья последовали за копачами. За ними на коротеньких ножках, попискивая, бежал ежик. Ему совсем не хотелось потеряться в лабиринтах Неизвестной планеты, где на каждом шагу подстерегают злобные храпуны и катается по коридорам шар жующей протоплазмы.

За ежиком прыгал колобок. «Ду-ду-ду-ду!«– бубнил он. Колобок был в совершенном замешательстве. За последний час он столько всего насмотрелся, что не знал, кому подражать и кого передразнивать. Ему хотелось подражать сразу всем: и четырехруким человечкам, и протоплазменному шару, и храпунам, и Грохотуну, и капитану Кроксу.

– А с каких это пор ты стала королевой? – поинтересовался Андрей. Они пробирались по мрачным подземным коридорам, следуя за мерцающими фонариками-гнилушками, которые несли перед собой копачи.

– Они решили, что я их королева, которая пропала семьсот лет назад, – вздохнула Лависса. – Они даже преподнесли мне корону из камешков. Они очень любили свою королеву. Это она дала их предкам смешные имена: Капризик, Тортик, Хочуспать, Самтытакой, Рыжий Нос…

– А что случилось с их королевой? С той, которая была до тебя? – Мальчик начал о чем-то догадываться.

– Однажды она пошла за грибуксами и не вернулась, – припомнила девочка. – Человечки искали ее целый год, все лабиринты облазили, но так и не нашли. Непонятно, куда она пропала?

– Подожди… – Голос Андрея дрогнул. – А как… как звали их королеву?

Он вспомнил плиту в тупике лабиринта, затянутую толстым слоем мха, с изображением светловолосой девочки, и ему стало не по себе.

– Кажется, ее звали Милена. Она родилась в космическом корабле, который летел с Земли. Я видела ее светящийся шарик. Знаешь, такой маленький, с рыбками. Наверное, при выходе на орбиту звездолет, на котором они летели, взорвался. Все погибли, осталась одна маленькая девочка. Копачи нашли Милену, заботились о ней и сделали своей королевой. А потом она пропала…