Воспитанник драконьего рода, или Наставницу ждали? (СИ) - Езерская Валентина Алексеевна

— Кот, кот, на чем стоишь?

— На бочке.

— Что пьешь?

— Квас.

— Лови мышей, а не нас.

И тут они разбежались, хлопая в ладоши, чтобы подсказать, где находятся. Каждый из них очень хотел быть словленным мною, но я просила не поддаваться и играть честно.

Почувствовав движение возле себя, я резко вытянула руку и ухватила кого-то за рукав. Добравшись до лица, сразу поняла, что передо мной Фрайзер, но решила подурачиться, изобразив недоумение.

— Кто же это может быть? — даже пальцем постучала по своему подбородку.

Потрогав волосы на голове мальчика, тут же радостно выдала:

— Это же Лиайя!

Фрайзер фыркнул, а кто-то совсем рядом не удержался от смеха. Я сразу узнала Ялана. Только он так заразительно хохочет. Остальные дети захихикали, явно пытаясь прикрыть рот ладошками, чтобы не выдать себя.

— Не угадала?

— Нет! — хором и громко ответили драконы, позабыв об осторожности.

— Ага! Я вас слышу!

Я бросилась за детьми, а те завизжали от удовольствия, стараясь убежать подальше. Спустя пару минут я смогла вновь кого-то словить, но, почувствовав неладное, сняла повязку.

Лиайя стояла, уставившись в одну точку расширенными от ужаса глазами и слегка трясясь. Она вновь вошла в транс. Так происходило всегда, когда она видела события будущего.

— Лиа? — обеспокоенно и тихо позвала я ее, но она услышала.

Видения отступили, и девочка вдруг прижалась ко мне всем телом, крепко обняв меня. Я погладила ее по голове, пытаясь успокоить, а потом расцепила ее руки и опустилась на колени перед ней и посмотрела в ее расширенные глаза.

— Что так напугало тебя, милая? Расскажи.

Но девочка была явно сильно встревожена. Она смотрела своими фиолетовыми большими глазами на меня, и они вдруг наполнились влагой.

— Ну, ну, не стоит так переживать, — ласково похлопала я девочку по плечам. — Это были видения, которые в реальности могут не произойти, если о них знать заранее. Но все же, что ты увидела?

Лиайя открыла рот, чтобы рассказать, как была остановлена подошедшим арном Киэрессаром.

— Будет лучше, если сначала с ней поговорю я, — сказал он и увел девочку.

Игра больше не клеилась. Дети бросали настороженные взгляды в сторону ушедших. Все знали, что видения Лиайи, юной и очень сильной провидицы всезнающих драконов, всегда исполнялись. В душе поселилась тревога. Как только арн Син поговорит с девочкой, я обязательно узнаю, в чем дело. Что-то мне подсказывало, что советник о чем-то догадывался, но решил скрыть от детей, чтобы их не пугать.

Дети вернулись во дворец, а я направилась в правое крыло, где располагались апартаменты советника. 

Он провел меня в свой кабинет.

— Я знал, что вы придете, — произнес арн Син. — Присаживайтесь, — показал он на золотой стул с бархатным сиденьем.

Но я проигнорировала его жест и подошла ближе.

— Что видела Лиайя?

Маг заложил руки за спину и задумчиво отвернулся к окну.

— Вы ведь не успокоитесь, пока не узнаете?

— Я просто чувствую, что предсказание Лиайи касается меня. Ведь так? — спросила я арна, уже предполагая ответ. 

— Не стану отрицать, вы все равно рано или поздно узнаете, — произнес маг и замолчал. Он собирался с мыслями.

Я приготовилась слушать, хотя едва могла сдерживать свое нетерпение.

— Ее видения не ясны. Она видела вашими глазами.

Арн Киэрессар снова замолчал, а я продолжала ждать.

— Она видела, как над вами в черном небе кружили два радужных дракона.

— И это все? — я невольно испытала облегчение. Думала, Лиайе привиделось что-то более ужасное.

— Почти. За исключением того, что это были ваши последние мгновения жизни.

Глава 6

Прошло несколько дней со времени разговора в кабинете советника. Лиайя видела мою смерть, но ничего не сказала про гибель детей. Значило ли это, что я погибну после совершеннолетия драконов?

Я утешала себя этой мыслью. Если мне суждено умереть, то единственное, о чем бы я молила богов, так это о том, чтобы дети не пострадали.

Я успокоила девочку, сказав, что арн Киэрессар очень сильный маг, он не допустит, чтобы со мной что-либо случилось. И она поверила мне безоговорочно. Наконец, за эти дни она впервые улыбнулась. Я просила ее больше никому не рассказывать о своем видении, не стоило детям заранее волноваться. И со временем, казалось, девочка сама позабыла о своем предсказании.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Шли годы, менялись сезоны, а жизнь на радужных землях текла размеренно и спокойно. Двадцать лет прошли незаметно. Детишки подросли, у них наступил такой период, когда они стали интересоваться противоположным полом.

Как это проявлялось?

Да как и у людских детей, когда мальчишки дергают девочек за косички или устраивают любую другую пакость, чтобы привлечь к себе внимание. 

Обычно зачинщиками являлись братья Шиарангусс, они доводили Виолайн до белого каления. Девочка росла необычайно красивой, и ее фигура стала изменяться раньше, чем у других. Благодаря скорому половому созреванию она приобрела женственные формы и выглядела старше своих лет. Уже не только рыжеволосые драконы обратили на нее свои взоры. Совершенные черты белоснежного лица, темные дуги бровей, глубоко посаженные большие глаза, сияющие как два драгоценных сапфира. Последним украшением была тяжелая копна вьющихся каштановых волос с синими прядями, которую с трудом удерживала лента. В будущем не одно сердце будет разбито.

И характер у Виалайн был не из легких, истинной драконицы, одно только радовало, что девочка быстро отходила. Умела прощать и ценила доброе отношение. Все же стихия воды делала ее мягче, поддатливее, а способность заглядывать в суть проблемы добавляла ей рассудительности.

И вот, казалось, между детьми установился негласный мир, как неожиданно вредность подхватил Роэйн Темрусс. Прямо сейчас возле беседки наблюдала за тем, как огненный дракон схватил Лиайю за руку и изображал припадок, предшествующий видению.

Закатив глаза, он голосом пророка произнес:

— Я вижу, вижу, как цветут луга, — свободная рука дракона совершила широкий жест, — как бурлит в горах неистово река и... — тут его глаза раскрылись в преддверии истины, — ...и как Дарнелл, моя жизнь, — тут он с чувством прижал руки к груди, — влюбляется в меня!

Получилось в стихотворной форме. Золотые драконы прыснули от смеха.

— Дурак! — обиделась девочка.

Вырвав резко руку, она отвернулась от обидчика и хотела вернуться во дворец, но за ее спиной стоял изумрудный дракон. Встретившись с ним взглядом, она остановилась, густо покраснела и, развернувшись в обратную сторону, бросилась вглубь парка.

— Это было жестоко, — констатировал алмазный дракон.

— Я же просто пошутил! — пытался оправдаться Роэйн.

— Пошутил он! — язвительно произнесла Виалайн. — Как же! Пристукнуть бы тебя чем!

Она даже в порыве чувств занесла кулак над головой огненного дракона, но так и не ударила.

Хрупкая Лиайя небольшого росточка, тоненькая, как тростиночка, с круглым личиком, острым треугольным подбородком и глазами, занимающими чуть ли не половину ее лица, казалась эфемерным существом. Ее хотелось оберегать и лелеять. Она была совершенно беззащитна перед нападками. Вот и сейчас не смогла ответить и просто убежала.

Похоже, Роэйн понял, что переборщил.

— Иди, успокой ее и извинись, — попросила я его.

Тот кивнул и последовал за Лиайей. Но через некоторое время он вернулся один, расстроенный. Похоже, прощение заслужить было не просто. Я решила поискать девочку, чтобы извиниться за Роэйна, и нашла ее сидящей на берегу возле пруда. По красным глазам поняла, что она плакала. Поджав ноги, она обхватила их руками и положила на колени голову.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я села рядом и стала говорить:

— Знаешь, когда я была маленькой, то, как и все дети, ходила в школу. В классе был один мальчик, который все время меня донимал. Не давал мне прохода. Я жутко злилась на него и не могла его остановить. Что только не пробовала, но он с еще большей настойчивостью пакостил. И вот, когда в очередной раз он хотел учинить гадость, учительница наша, Татьяна Сергеевна, заметила это и сказала: «Кого люблю, того и бью». Дети подняли того мальчика на смех, и он после этого больше не приставал.