Не люби меня - Мара Вульф

Просияв, Жанна кивнула.

– Я встречаюсь с Питом.

– Тренером по плаванию?

– Oui[3]. К сожалению, видимся мы только летом. Я учусь в Сорбонне. – По-моему, одно только название звучало достаточно экзотично. – Но он обещает в следующем году приехать в Европу. – Она выглядела счастливой. – Однажды ты встретишь того самого парня, – заверила меня Жанна. – Я уверена.

Я отряхнула руки об одежду.

– Твои бы слова да богу в уши, – пробормотала я.

– О, добросердечный боженька не имеет к этому никакого отношения.

Я не сдержала смех.

– Пойду запишусь на курсы для начала.

Жанна расцеловала меня в обе щеки.

– Давай, а если захочется выплеснуть энергию, приходи ко мне, преодолеем парочку маршрутов. Нет места лучше, чтобы проветрить голову, чем вершина горы.

– Я запомню, – пообещала я.

V

Записки Гермеса

Есть в этой малышке что-то странное, вот только я не мог понять, что именно. Но Прометей тоже это заметил. Слишком уж он ей заинтересовался.

Однако она уже пала жертвой его обаяния и потому, надеюсь, выбыла из игры. Мне при всем желании не удавалось представить, что Афина выбрала бы ее. Впрочем, даже я мог ошибаться. Хотя до сих пор всегда попадал в точку.

Каждый раз, когда Прометей предпринимал очередную попытку обрести смертность, я заранее знал, что у него опять ничего не получится. Зевс поставил перед ним невыполнимую задачу. Тем не менее находились слепцы, которые снова и снова ставили на победу Прометея. В основном глупые нимфы. Вероятно, по той причине, что они сами всегда держали мужчин на расстоянии. Эти маленькие бестии были такими привередливыми.

Афина всячески старалась помочь Прометею. За прошедшие столетия находились даже несколько девушек, с которыми ему действительно приходилось помучиться, но все они в конце концов влюблялись в него. Без исключения. И в этом веке ничего не изменится. Наоборот. Станет еще тяжелее. Эти девушки даже целовались у всех на виду.

* * *

В детстве бабушка часто читала мне «Илиаду», «Путешествия Одиссея» и другие греческие сказания. С тех пор я мечтала стать первооткрывательницей древних сокровищ и затонувших городов. В десять лет решила стать знаменитым археологом. Тогда казалось совершенно не важным, прокормит меня эта профессия или нет. Я хотела связать жизнь с тем, что нравилось мне. В те времена моя семья еще купалась в деньгах. А потом, два года назад, я очутилась в реальном мире, когда отец внезапно исчез со всеми нашими сбережениями и женщиной намного моложе него. Сейчас вообще неизвестно, смогу ли я позволить себе учебу. Однако я не была готова отказаться от своей мечты. Именно по этой причине я хотела во что бы то ни стало пройти курс древнегреческого, пусть Робин и высмеяла меня из-за него. В этот раз я не поддалась на ее уговоры поехать в идиотский танцевальный лагерь.

Как и говорила миссис Росс, лист для записи на курсы висел прямо рядом с аудиторией в главном корпусе. Поразительно, но места на занятиях по древнегреческому почти закончились. Я боялась, что буду сидеть там одна, а в список в итоге записалось уже шестнадцать желающих. Допускалось максимум двадцать человек. Я пробежалась взглядом по именам. Надеюсь, я не опозорюсь. Все мои знания были почерпнуты из бесплатных роликов на YouTube. А там многому не научишься. Алфавит оказался по-настоящему сложным, да и письмо давалось мне с трудом. Но сейчас я не пойду на попятную. В одиночку мне не достичь приемлемого уровня владения языком.

В дополнение к основной программе предлагался еще курс чтения. Робин, конечно, голову мне откусит, если я постоянно буду сидеть, уткнувшись носом в книгу, но меня это не волновало. Мы будем видеться на фехтовании. И кроме того, поблизости был Кэмерон, который всегда о ней позаботится. Я прикусила нижнюю губу. Проблема с Робин заключалась в том, что она ненавидела находиться одна. В отличие от меня. Однако в моей жизни такое случалось крайне редко. Мама вечно сидела дома и хандрила. И когда мне хотелось побыть в одиночестве, то приходилось отправляться на пробежку на пляж, где компанию мне составляла лишь пара-тройка чаек.

В списке на курс по чтению пока значилось всего пять имен. Кейдена не оказалось ни в одном из них. Может, он вообще не собирался записываться на древнегреческий? Мысль об этом почему-то расстраивала, хотя меня это не должно было волновать. Его присутствие меня только отвлекало бы.

Литературный курс вела лично миссис Росс. Что, если поинтересоваться у нее, нельзя ли просто понаблюдать за одним занятием? Если окажется слишком сложно, я всегда смогу записаться куда-нибудь еще.

Тихим шагом кто-то подошел ко мне сзади. Не было необходимости оборачиваться, чтобы понять, кто именно. Меня окутал сильный аромат тимьяна и корицы. Если когда-нибудь предоставится шанс спокойно его обнюхать, то я наверняка различу и другие травы, запахи которых исходили от него. Кажется, в воздухе чувствуются нотки мяты? Из горла рвался истерический смешок, и я так отчаянно старалась подавить приступ смеха, что началась икота.

– Никак не наберешься смелости?

– Ик! – Я закрыла себе рот рукой. – Просто пытаюсь трезво оценить свои способности, но они, увы, довольно ограниченны.

Вдруг из ниоткуда за Кейденом выросла Мелисса и гадко ухмыльнулась, устремив взгляд в мою сторону.

– Тогда тебе, наверно, стоит подыскать себе другой курс, – предложила она. – Я уже три года изучаю древнегреческий. – Девушка схватила ручку и внесла свое имя в список. Затем протянула ее Кейдену. – Он действительно очень сложный, – добавила она, обращаясь ко мне.

Откуда она взялась? Заметь я ее раньше, ни за что не позволила бы себе подобных признаний. Глупо получилось, но все мое внимание сосредоточилось исключительно на Кейдене. Он превращал мои мозги в желе. Почему он до сих пор проводил время с Мелиссой? Очевидно же, что она тупая овца. «Потому что ты сама его с ней отправила», – ответила я на собственный вопрос.

– Записать тебя? – выдернул меня из размышлений Кейден. – Уверен, дядя и тетя с пониманием отнесутся к разным уровням владения языком.

Он явно не имел в виду ничего плохого, но его сочувствующий взгляд делал только хуже. Я выхватила ручку из его рук и записалась на оба курса. Справлюсь!

– А ты себя, случайно, не переоцениваешь? – спросила Мелисса, облокотившись на Кейдена. И взмахнула своими наращенными ресницами.

Нужно срочно убираться отсюда, пока мне еще удавалось сопротивляться искушению выцарапать ей глаза. Еще никогда, подчеркиваю, никогда я не впутывалась в столь идиотскую борьбу за мужское внимание. Хотя раньше я не попадала в подобную ситуацию. Да что со мной творилось? Что такого