Меч-птица (ЛП) - Фан Нэнси Йи

— Эска — выдохнул Милтин — Быстро лети за мной!

— Почему?

— Не спрашивай сейчас. Ты увидишь позже. Просто следуй за мной! Малиновка с огромной скоростью полетела обратно тем путем, которым они пришли. Эска приблизилась вплотную сзади, немного сбитая с толку. Почему они возвращались назад, когда были почти по другую сторону гор? Группа маньяков пустилась в погоню по горячим следам. Милтин оглянулся. — Возьмите это, галки! — крикнул он и выхватил большой мешок зерна из своего разорванного рюкзака. Он бросил его так далеко, как только мог. Галки немедленно подлетели к мешку, сражаясь за него, крича друг другу хриплыми голосами: «Мое! Мое!» Милтин продолжал летать. Внезапно овраг снова открылся под малиновкой и голубой сойкой. Милтин и Эска быстро повернулись и нырнули в него. Они исчезли в тумане.

— Держись скал и обрывов! — прошептал Милтин. — Быстро! Бандиты скоро догонят нас!

Глаза Милтина забегали туда-сюда. Он продолжал поглядывать на зазубренные скалы, которые были границами ущелья.

— Здесь! — настойчиво прошептал Милтин. Он стремглав влетел в небольшую расщелину в скале. Она была достаточно большой только для него и Эски. Внутри было сухо и пыльно. Тоже темно.

Теперь туман сработал на пользу Эске и Милтину. Убийцы не могли видеть, куда делись их жертвы. Голубая сойка и малиновка прижались друг к другу, внимательно прислушиваясь, пока последние угрожающие песнопения не затихли вдали. Милтин вздохнул с облегчением.

— С этим покончено, — сказал он.

— Берегись! — заорала Эска. Тощий молодой Склар, более настойчивый, чем остальные члены его отряда, охотился вдоль ущелья в поисках любого места, где могли спрятаться двое беглецов. Теперь он просунул голову и одну ногу в щель, хватая Милтина за хвост. «Отдай мне то, что у тебя есть!» — взвизгнул он. Милтин развернулся, сжимая рапиру в когтях. Галка издала ужасный вопль, когда лезвие вонзилось ему между глаз. Он осел и начал пятиться назад из ямы, вес его парализованного тела тянул его вниз. Но когда он падал, его коготь зацепился за тунику Милтина. Галка стремительно понеслась вниз сквозь клубящийся туманный воздух, увлекая за собой Милтина.

— Эска! — плач малиновки завис в воздухе. За этим последовал тошнотворный глухой удар.

Милтин проснулся с болью, охватившей каждую часть его тела. Даже открывать глаза было больно. Он медленно вытянул шею и огляделся. Он был в пещере! Справа от него был вход в пещеру, слева — маленький костер и Эска. Малиновка застоналаа, когда боль снова пронзила его.

— Что случилось, Эска? Где я нахожусь? Я почти ничего не помню, кроме того, что я упал… Эска кивнула.

— Да, ты упал, крича мое имя. Мое сердце было у меня в горле! Я бы совершила самоубийство, если бы полетела вниз и увидела, как ты разбился от силы этого падения. Милтин едва заметно улыбнулся.

— Ну, ты все равно полетела за мной.

— Полетела. Хорошо, что ты не разбился! Как я была счастлива найти тебя живым, целым и невредимым! Ты приземлился на этого Склара. И тогда я перенесла тебя в пещеру, которая находится на дне оврага. Позже пошел дождь. Смотри, сейчас это всего лишь мелкий дождик.

— Но… готов поспорить, что наши припасы тоже закончились. Эска печально кивнула. Молча, двое слушали легкий, шепчущий дождь.

— Пришло время для цветов зла, —

резко прошептал он, его глаза сверкали огнем. — Красный, цвет крови и пламени; Черный, цвет тени и ночи.

ИСТОРИЯ ИЗ ИСТОКОВ БЕЗУМИЯ.

Глава 16. Огненный Шар

Характер Турнатта становился все хуже и хуже. Как он мог не рассердиться, когда увидел, что Слизеклюв возвращается избитым? Капитан выглядел так, словно искупался в супе и окунул лицо в пироги. Он молил о пощаде, когда немного начинки для пирога потекло по его лицу.

— Не вели казнить, о, милорд, среди лесных птиц была пара разбойников! Это какие-то ужасные птицы, которые напали на нас с едой! Хотя я был побежден лесными птицами, я поймал сбежавших рабов, когда возвращался. О, простите меня, милорд! Слизеклюв низко опустился на колени перед когтями Турнатта.

Турнатт посмотрел на покрытого супом капитана.

«Если я убью его или понижу в должности, я не смогу найти в своей армии другую птицу, способную занять его место», — подумал он. — «Кроме того, он может понадобиться мне позже». Тем не менее, вид вороны вызвал у Турнатта отвращение, и он прорычал своим солдатам, чтобы они убрали хнычущего Слизеклюва. Он не хотел, чтобы капитан, покрытый едой, устроил беспорядок на его прекрасном полированном мраморном полу.

Глупость Жукоглаза, ухаживавшего за своим раненым когтем в лазарете, в то время как рабы сбежали, наряду с поражением Слизеклюва в холмах Эпплби, привела повелителя ястребов в ярость. Его гневные мысли кружились и сбивали с толку, как ураган. Турнатт был не из тех, кто держит свой гнев при себе. Его желтый глаз становился все ярче и ярче, как будто это был огненный шар. Вскоре, он стал настолько пугающим, что солдаты, стоявшие на страже в его комнате, отвернулись, дрожа. Все перья повелителя ястребов поднялись, сделав его вдвое больше своего настоящего размера. Его смертоносные когти сжались; его жестокий клюв рассек воздух. Как раз в этот момент ни в чем не повинный солдат чихнул, и внезапно Турнатт не выдержал этого. Он молниеносно выпустил когти, разорвал халат, и вонзил клюв в плоть птицы. Ворон умер мгновенно, но Турнатт продолжал разрывать тело на части. Его движения были настолько быстрыми, что съежившиеся солдаты не могли ясно его разглядеть. Но они хорошо слышали рычание и рев, а также звук разрываемой плоти и костей. Они стояли так далеко, как только могли, напуганные до безмолвия. Турнатт жестоко полакомился плотью ворона и выпил его кровь. Он улыбнулся своим солдатам, как будто они были друзьями.

— Дайте каждой птице-рабыне по двадцать ударов плетью. Он медленно постучал по своему закрытому глазу. Его другой глаз сузился, превратившись в косую щель. — Сейчас же приведите ко мне Призрака, и тогда вы свободны.

Солдаты ушли. Турнатт услышал крики рабов, которых избивали снаружи, когда ворон-скаут проскользнул внутрь.

— Да, Ваше Величество? Призрак играл с краем его черного плаща. Его янтарные глаза загорелись, когда он посмотрел на ястреба.

— Поскольку я тебе доверяю, тебя назначат на самую важную работу в твоей жизни. Если ты потерпишь неудачу, ты умрешь! — Турнатт начал разговор с угрозы. — Итак, сколько хороших скаутов доступно?

— Десять, считая меня, Ваше Величество, — ответил Призрак, закрывая один глаз.

— Хорошо. Ты возглавишь атаку на этих кардиналов и голубых соек. Подготовь своих разведчиков и возьми бутылку или две масла. Приготовься поджечь лагеря этих грязных лесных птиц! Нанеси столько урона, сколько сможешь. Я также дам тебе в командование несколько лучников. Не будь глупцом, и не позволяй мне увидеть тебя покрытым горохом, как эта мерзкая сволочь Слизеклюв, когда вернешься!

— Даю Вам слово разведчика, Ваше Высочество. Я не подведу Вас.

Турнатт быстро собрал в путь ворона.

— Хорошо! А теперь начинай!

В течение следующих нескольких дней Призрак и его разведчики наблюдали за красными и синими, выискивая их слабые места. Они собрали достаточно масла и других необходимых припасов. Они были сильным правым крылом армии Турнатта, и им редко не удавалось выполнить свои задачи. На следующий день после того, как Эска и Милтин улетели в горы, Гленаг нашел то, что искал — «Песнь Меч-птицы» в пятом томе Старого Писания. Но, к сожалению, он был на древнем языке, почти все носители которого давно умерли. Гленаг стал кропотливо переводить книгу.

— Спой это, Коди. Гленаг протянул ему бумагу. — Как ты думаешь, на этот раз мы все сделали правильно? Коди начал петь:

Мы знаем самое мирное место.

Пришло время, узнали, что сокровища есть там.

Причины, зачем мы мира хотим.

И птицу, создаст что во всем мире мир.