Что-то страшное грядёт - Рэй Брэдбери

— Эй, парень, брысь!

Из машинной тьмы возник какой-то мужчина.

— Джим!

Протянув руки из теней между труб каллиопы и побеленных луной барабанов, мужчина поднял вверх кричащего Джима.

— На помощь, Вилл, на помощь!

Вилл рванулся вперед сквозь звериный строй.

Мужчина слегка улыбнулся и, приветствуя его, ловко взметнул Вилла вверх рядом с Джимом. Они смотрели вниз на огненно-рыжие волосы, ярко-голубые глаза, играющие бицепсы.

— Не работает, — сказал мужчина. — Вы не умеете читать?

— Опусти их, — произнес чей-то мягкий голос.

Вися в воздухе, Джим и Вилл перевели взгляд на другого мужчину, стоящего за ограждением.

— Опусти, — повторил он.

Сильные руки пронесли их через бронзовый лес диких, но безропотных зверей и поставили на опилки.

— Мы только хотели… — начал Вилл.

— Посмотреть? — Второй мужчина был ростом с фонарный столб.

Его бледное лицо с лунными оспинами отбрасывало свет на стоящих внизу. Его жилет был цвета свежей крови. Брови, волосы, костюм — лакрично-черного цвета, а солнечно-желтый камень булавки в шейном платке переливался такими же яркими бликами, как немигающие глаза. Однако сейчас все внимание Вилла приковал к себе костюм. Казалось, он соткан из кабаньей щетины, жесткого пружинистого волоса и какой-то трепещущей, искрящейся темной пеньки. Отражая свет, костюм шевелился на длинном теле словно заросль колючей ежевики, и казалось — мужчина, не выдержав терзаний, вот-вот закричит и сорвет с себя одежду. Однако он стоял как ни в чем не бывало в своем щетинистом костюме, глядя желтыми глазами на рот Джима. Он ни разу не взглянул на Вилла.

— Моя фамилия — Мрак.

Он взмахнул белой визитной карточкой. Она стала синей.

Шелест! Карточка — красная.

Взмах! Рисунок: дерево, на дереве висит зеленый человечек.

Порх! Ш-ш-ш.

— Мрак. А мой рыжеволосый друг — мистер Кугер. Кугер и Мрак…

Хлоп-порх-ш-ш-ш.

Фамилии возникли, исчезли на белом прямоугольничке.

— …Комбинированное Теневое Шоу…

Тик-шлеп.

Знахарка мешает варево в бурлящем котле.

— …и трансконтинентальный Демонический Театр…

Он вручил карточку Джиму. Теперь на ней значилось:

Специалисты по проверке, смазке, полировке и починке жуков, именуемых часами смерти.

Джим невозмутимо прочел этот текст. Невозмутимо сунул руку в набитый сокровищами карман, порылся в нем и предъявил свою добычу.

На его ладони лежал мертвый коричневый жук.

— Вот, — сказал Джим. — Почините этого.

Мистер Мрак расхохотался.

— Отлично! Будет сделано!

Он протянул вперед руку, при этом рукав задрался, и обнаженное запястье явило взгляду ярко-пурпурных, черных, зеленых и голубоватых угрей, змей и латинские письмена.

— Ух ты! — воскликнул Вилл. — Это вы — Татуированный человек!

— Нет, — сказал Джим, рассматривая незнакомца. — Человек с картинками. Большая разница.

Мистер Мрак кивнул с довольным видом.

— Как тебя звать, мальчик?

«Не говори! — подумал Вилл и тут же спросил сам себя: — Но почему? Почему?»

Губы Джима едва заметно шевельнулись.

— Саймон, — произнес он.

И улыбнулся: дескать, это неправда.

Мистер Мрак тоже улыбнулся: знаю.

— Хочешь увидеть больше, «Саймон»?

Джим не удостоил его кивка.

Медленно, выражая свое удовольствие ослепительной улыбкой, мистер Мрак засучил рукав до локтя.

Джим вытаращил глаза. Рука мистера Мрака была подобна кобре, качающейся и кивающей перед тем, как нанести удар. Человек с картинками сжал кулак, поиграл пальцами. Мускулы руки пустились в пляс.

Виллу хотелось обогнуть Джима и тоже посмотреть, но ему оставалось только наблюдать сбоку, твердя про себя: «Джим, о Джим!»

Он видел перед собой Джима и этого высокого мужчину, которые рассматривали друг друга, точно отражение в витрине поздно вечером. Тень от щетинистого костюма мистера Мрака перекрасила щеки Джима и замутила яркую кошачью зелень его широко открытых, жадно всматривающихся глаз.

Чем-то он напоминал гонца, который прибежал издалека и теперь, лихорадочно дыша, ждет, когда на его ладони ляжет какой-нибудь дар. Сейчас таким даром была пантомима рисунков, холоднокровные картинки, повинуясь воле мистера Мрака, корчились на согретом пульсом запястье, и в небе появились звезды, и Джим смотрел, не отрывая глаз, а Виллу ничего не было видно, и где-то вдали последние посетители направлялись к городу в теплых машинах, и Джим тихо произнес: «Зачем мы здесь?» — и мистер Мрак опустил рукав.

— Представление окончено. Время ужинать. Луна-Парк закрывается до семи утра. Все разошлись. Приходи еще, «Саймон», покатаешься на карусели, когда ее починят. Держи эту карточку. Будешь кататься бесплатно.

Не отрывая глаз от закрытого рукавом запястья, Джим сунул карточку в карман.

— Пока!

Джим побежал. Вилл побежал.

Джим круто развернулся, огляделся, подпрыгнул и исчез вторично за этот час.

Вилл поднял взгляд на дерево, где Джим неприметно съежился на суку. Вилл поглядел назад. Мистер Мрак и мистер Кугер, стоя спиной к ним, что-то мастерили на карусели.

— Скорей, Вилл!

— Джим?..

— Они увидят тебя. Прыгай!

Вилл прыгнул. Джим втащил его за руку вверх. Высокое дерево закачалось. В небе с рокотом пронесся ветер. С помощью Джима Вилл, задыхаясь, пробирался между ветвями.

— Джим, нам здесь не место!

— Молчи! Смотри! — прошептал Джим.

Где-то в недрах карусельного механизма что-то застучало, зазвенело, тихо пискнула, паром свистнула каллиопа.

— Что было у него на руке, Джим?

— Рисунок.

— Понятно, но какой?

— Там была… — Джим закрыл глаза. — Там была… изображена змея… точно… змея.

Однако открыв глаза, он отвел взгляд.

— Ладно, не хочешь — не говори.

— Но я же сказал, Вилл, — змея. Я уговорю его показать ее тебе потом, хочешь?

«Нет, — подумал Вилл, — не хочу».

Он посмотрел вниз, на миллиарды следов на опилках пустой центральной дорожки, и внезапно полночь оказалась куда ближе, чем минувший полдень.

— Лучше я пойду домой…

— Конечно, Вилл, давай. Зеркальные лабиринты, старушки-учительницы, брошенные сумки с громоотводами, пропавший продавец, пляшущие рисунки змей, исправные карусели — и ты хочешь домой? Конечно, дружище Вилл, пока.

— Я… — Вилл начал спускаться вниз и вдруг замер.

— Готово? — крикнул чей-то голос.

— Готово! — отозвался кто-то в дальнем конце дорожки.