Не говори мне о любви - Юлия Леонова

- Андрей! - позвала она.

Едва Волошин повернулся, как ему в грудь тотчас угодил снежный снаряд.

- Ну, держитесь, Екатерина Владимировна! - рассмеялся он.

Бросив свертки с покупками прямо на снег, Андрей ответил ей тем же самым. Завязалась веселая игра, к которой присоединилась и Ольга. Уворачиваясь от летящих в нее снежных снарядов, Катя со смехом бросилась бежать по аллее. Летящий навстречу снег слепил глаза. Она слышала, что Волошин догоняет ее. Задыхаясь, она обернулась и угодила прямо в его объятья. Смех стих, оба замерли, боясь пошевелиться. Андрей наклонил голову и коснулся ее губ легчайшим поцелуем.

- Катя, - тихо прошептал он, - Вы самая красивая. Если бы Вы только знали, насколько красивы сейчас!

Андрей поймал ее тонкие пальцы, согревая их в своих ладонях.

- День добрый, господа, - раздался голос откуда-то сверху.

Отпрянув от Андрея, Катерина подняла голову и наткнулась на ледяной взгляд светло-карих глаз князя Елецкого. Николай спешился с вороного жеребца. Когда он успел подъехать? Ни она, ни Андрей не заметили его приближения. Улыбаясь, к ним подошла Ольга.

- Добрый день, Ваше сиятельство, - поздоровалась она.

- Ольга Юрьевна, рад видеть Вас, - отозвался Николай, склоняясь над ее рукой. - Я смотрю, вы вспомнили детские забавы.

Ник еще издали заметил их в сквере. Сначала его внимание привлекла сама игра, совершенно несвойственная чопорному Петербургу, но когда же он разглядел ее участников, в нем проснулось весьма странное желание присоединиться. Пока он приближался, увидел, как Андрей погнался за Катей и догнав, поцеловал ее. Сердце его замерло, а потом ухнуло куда-то вниз, стало больно дышать. Ревность тисками стиснула сердце, заставляя его колотиться, как сумасшедшее.

- А Вы, Ваше сиятельство, разве не играли в детстве в снежки? - улыбаясь, спросила его Катерина.

Николай перевел взгляд на ее светящееся радостью лицо. Голубые глаза искрились смехом, щеки раскраснелись на морозе, пухлые губы сложились в соблазнительную улыбку - и эти губы только что целовал его лучший друг.

- От чего же, - усмехнулся он. - Играл. Помнится, мы с братом...

- У Вас есть брат? - широко распахнула глаза Катя.

- Был..., - тихо ответил Николай.

Тяжелый вздох, нахмуренные брови, выдали его душевные переживания.

- Простите меня, Николай Сергеевич, - подойдя к нему и положив руку на рукав его каррика, произнесла Катя.

- Вам не за что извиняться, сударыня, - грустно усмехнулся Николай. - Откуда Вам было знать...

Веселое настроение несколько померкло. Андрей подобрал свертки с покупками Ольги и Кати, лежащие на снегу, и дальше они не спеша направились в сторону особняка Гурьевых уже вчетвером. Ник вел своего вороного на поводу. Жеребец, фыркая, ткнулся мордой в плечо Катерине и чуть было не уронил ее. Катя с улыбкой повернулась к животному.

- У меня нечем угостить тебя, - погладила она его бархатистый нос.

Николай не верил своим глазам. Неужели эта веселая, искренняя девушка и та гордячка из Олесино один и тот же человек?! Как не похожа она была сейчас на ту Катерину, которую он встретил весной! Так за размышлениями он и не заметил, как они дошли до особняка Гурьевых. Катя попрощалась со всеми, забрала у Андрея свой сверток и легко коснувшись, поцелуем его щеки, взбежала вверх по ступеням. Уже стоя около двери, она обернулась и помахала им рукой.

- До завтра, Андрей Юрьевич, Оленька!

Вечером в апартаментах князя Елецкого по случаю его возвращения собралась небольшая компания офицеров Преображенского полка, и граф Гурьев, и Андрей Волошин, разумеется, были в их числе. Николай, улучив момент, когда они с Андреем остались практически наедине, задал вопрос, мучивший его с того самого момента, как он увидел их с Катериной в Екатерининском сквере.

- Андрей Юрьевич, что-то я Вас не совсем понимаю: сначала Вы предостерегаете меня, чтобы я держался подальше от mademoiselle Забелиной, однако сами, как я видел, позволяете себе некоторые вольности в ее отношении?

Андрей поднял голову и посмотрел в глаза Ника.

- Мои намерения - в отличие от Ваших, mon ami, - вполне серьезны, - ровным тоном ответил он.

- Боже! Что я слышу! - ухмыльнулся Николай. - Ты, никак, ей предложение сделать собрался?

- А что, если и так?! - вспыхнул Андрей. - Это моя жизнь, Ник. Я вправе сам ей распоряжаться.

- И когда ожидать счастливого события? - с сарказмом в голосе поинтересовался Елецкий.

- Думаю, на Масленицу, - ответил Волошин, - а венчание на Красную горку.

Когда подвыпившие гвардейцы разошлись, и Николай остался один, он тяжело опустился в кресло. Взяв в руки фужер с шампанским, он долго смотрел сквозь него на пламя свечи. Он не может, не должен вставать на пути у своего друга. Законы чести обязывают его отступить. Но как же найти в себе силы просто отойти в сторону, уступить ее другому? Когда это желание отомстить зарвавшейся девице успело вырасти в нечто большее? Когда ее улыбка и смех стали так много значить для него? Его не было в Петербурге больше месяца. Ник думал, что забудет о ней, едва приедет в Отрадное, но, даже не смотря на печальные события, постигшие его семью, он не смог выкинуть мысли о ней из головы. Он покинул имение, едва это стало возможно, - потому, что спешил увидеться с ней. И что он нашел по своему возвращению? Его лучший друг открыто ухаживает за девушкой, которая почему-то снится ему по ночам. Опрокинув в себя шампанское, Ник швырнул хрустальный бокал о стену, и он, ударившись об нее, разлетелся мелкими осколками по всей комнате. На шум вбежал его денщик Никифор:

- Ваше сиятельство, случилось что?

- Ничего. Ступай спать! - ответил князь, гибким движением поднимаясь с кресла.

Единственный выход - поговорить с Катрин. Если она откажет ему, что ж, тогда он отступится. Черт! Когда же он в последний раз признавался в любви?! Помнится, ему было тогда около двадцати, и это была княжна Волконская, которая предпочла ему графа Толстого - ввиду молодости самого Николая и его ветрености, как она написала ему в своем последнем письме.

Ник прошел в свою спальню, сбросил на пол мундир и, не раздеваясь, рухнул на постель. Заложив руки за голову, он уставился в потолок. Что с того, что он признается Катерине, что не равнодушен к ней? Разве ей нужна его любовь? Нет! Ей нужны титул и состояние. А готов ли он к тому, чтобы пожертвовать своей свободой и назвать ее княгиней Елецкой перед Богом и людьми? Даже если он все же решится сделать ей предложение, отец весьма недвусмысленно дал ему понять, что она в качестве невестки его не устраивает. С него станется лишить его содержания и обратиться к Исленьеву с просьбой не давать разрешения на брак. И куда он тогда ее приведет? На эту квартиру, где побывал не один десяток потаскух от дешевых шлюх до весьма дорогих кокоток из числа дам полусвета? Да и жизнь на жалование поручика медом ей не покажется. Не лучше ли попытаться забыть ее и предоставить Катерине жить своей жизнью, никоим образом с его жизнью не связанной? Так ничего и не решив, Ник лишь под утро забылся тяжелым сном.