Жена на выход (СИ) - Лесневская Вероника

Импульсивно отдернула руку, за что Стравинский строго посмотрел на меня и неодобрительно качнул головой. А что вы хотели, Максимилиан Анатольевич, предупреждать надо!

Абдалла неоднозначно усмехнулся и попросил пару минут, чтобы переговорить с компаньонами.

— Вы можете побеседовать здесь, а мы пока выйдем на свежий воздух, — Макс послал Хуршиду приветливую улыбку и, дождавшись, пока переводчик договорит, обнял меня за плечи и вывел на террасу.

И тут железная выдержка Стравинского приказала долго жить. Он потащил меня в дальний угол, прочь от огромных, в пол, окон, чтобы скрыться от взоров гостей. У декоративного ограждения он развернул меня к себе, держа за плечи.

— Ну что ты делаешь? — произнес разочарованно, при этом его сине-зеленые глаза, казалось, смотрели мне прямо в душу.

— Ты обещал не говорить о моей дочери! — зло процедила вместо ответа.

— Нет, я обещал постараться. Это разные вещи, — с досадой буркнул Макс, но, видя мою агрессивную реакцию, продолжил успокаивающим тоном. — Послушай, я понимаю, что ты защищаешь своего ребенка. И я обещаю, что твоя дочь останется в стороне от всего этого! Но и утаить ее никак нельзя! — наконец, отпустил мои плечи. — Мне кажется, Хуршид и так почувствовал неладное, поэтому и попросил оставить их одних, — кивнул в сторону гостиной. — Все-таки мы не слишком похожи на любящую семейную пару…

— Ну, почему же! — вспыхнула я. — Мы — типичная семья после трех лет брака… как раз когда умирает любовь. Тут нам даже играть не надо… Выносите оскар!

Макс нахмурился, собираясь ответить, но вместо этого с прищуром взглянул куда-то за мою спину. Я хотела обернуться и посмотреть, что же там, но Стравинский вдруг притянул меня к себе, одной рукой обхватив за талию, а вторую положив на мой затылок, и прикоснулся своими губами к моим. Нет, он не целовал меня, просто делал вид. Значит, позади меня сейчас стоит Абдалла, а все это — очередная сценка.

Какая-то волна апатии и безысходности захлестнула меня. Положила ладони Максу на предплечья и расслабленно выдохнула ему в губы, принимая его правила игры…

Стравинский ощутимо напрягся, а потом со словами: "к черту все" — поцеловал меня всерьез. Сначала нежно, будто заново узнавая меня, а когда я, потеряв бдительность, ответила ему, впился в мои губы жадно, нетерпеливо и немного грубо, при этом сильнее прижимая меня к себе. Поцелуй длился секунды, но мне они показались вечностью…

Тактичное покашливание, донесшееся словно откуда-то издалека, заставило нас отстраниться друг от друга. Не выпуская меня из объятий, лишь аккуратно развернув к себе боком, Макс ровным голосом, как будто и не было ничего, обратился к Хуршиду.

— Надеюсь, вы простите нашу несдержанность, — впился пальцами в мою талию, видимо, намекая, чтобы я сделала лицо попроще. — Что вы решили? — не церемонясь, перешел сразу к делу.

Хуршид усмехнулся и пробормотал что-то переводчику, не сводя при этом с нас своих хитрых карих глаз.

— Разумная женщина добавляет сахар во все, что она говорит мужчине, и убирает соль из всего, что мужчина говорит ей, — важно произнес переводчик, подняв палец вверх, и добавил от себя. — Это арабская мудрость.

— Я ему не понравилась, — шепнула Максу, а он скользнул по мне взглядом, с трудом сдерживая смех. Издеваться надо мной вздумал?

— Сейчас шейх Абдалла вынужден откланяться и надеется на ваше понимание, однако ждет вас через неделю у себя на родине, в Дубае. Официальное приглашение вам передадут завтра, — как ни в чем не бывало продолжил переводчик и шепнул заговорщически. — Поверьте, это большая честь!

Я шумно выдохнула и ошеломленно уставилась на Макса. Он же, не снимая маски дружелюбия, обменялся рукопожатиями с Хуршидом и его сопровождающими.

— Сочтем за честь! До встречи в Дубае! — уважительно произнес Стравинский, провожая гостей к выходу.

Как только делегация скрылась из виду, Макс тут же отпрянул от меня и молча направился в дом.

— Ты куда? — возмущенно крикнула я, еле успевая бежать на каблуках вслед.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Собираться… А потом отвезу тебя домой, — раздраженно отрезал он, еще более ускоряя шаг.

— Ты же понимаешь, что я не могу полететь в Дубай?! — решила сразу перейти к волнующей меня теме.

Уже в холле коттеджа Макс резко остановился, а я влетела в его спину, не успев притормозить. Он развернулся и придержал меня за руку, страхуя от падения. Потом вздохнул и потер ладонями свое лицо.

— Не кипятись раньше времени. Я все обдумаю, переговорю с Ключевым, а потом решим, — севшим голосом произнес Стравинский.

— Но без меня! — настаивала я. — Решайте без меня! Я выхожу из игры!

Макс не ответил, рывком поднял сумки и после короткой фразы: "жду в машине" — покинул коттедж. А мне ничего не оставалась, как застучать каблучками вверх по лестнице.

Нет, это уж слишком! Проект "жена на выход" закрывается, и пусть великие, всезнающие мужчины сами разбираются со своими проблемами. Финита ля комедия!



Выход пятый

Глава 1

Максимилиан

Я сидел в своем кабинете, развалившись в кожаном кресле, и задумчиво водил пальцами по ободку нетронутого стакана виски. Только что за дверями скрылся Ключевой, оставив меня в растрепанных чувствах. Я устало прикрыл глаза, откинув голову назад, и в сотый раз прокрутил в голове наш разговор.

— Да все получилось, как нельзя лучше! Вы молодцы! — уверял меня Валерий. — Хуршид далеко не всех приглашает к себе. Переводчик не соврал — это большая честь!

— Безмерно счастлив, — съехидничал я. — Но я полечу один.

— Исключено! — в сердцах Ключевой ударил ладонью по столу так, что стакан, стоявший перед ним, зазвенел и пошатнулся. — Я узнал по своим каналам, в Эмиратах у тебя есть серьезный конкурент Аман Талиб, который готов предложить отличный проект. И сейчас Хуршид выбирает, с кем из вас подписать контракт. Так что, будьте добры выложиться по максимуму!

— Ну, не выгорит с Хуршидом, так, может, Огнев с Эдвардом договорится, он как раз улетел в Америку… — я сам не верил, что говорю это. Неужели я сдался?

— Если говорить на чистоту, то я сомневаюсь, что американцы согласятся работать с нами… Поэтому не слишком рассчитывай на Эдварда, — серьезно посмотрел на меня Валерий. — И вообще, всегда рассчитывай только на себя! — ткнул в меня указательным пальцем.

Ключевой просто обожал меня поучать, как будто выплескивал на меня свой нерастраченный отцовский потенциал. С Николаем-то ничего не вышло: как был его сын оболтусом, так и остался. Но меня даже забавляло такое отношение Валерия и, признаться, мне это определенно было только на руку. В вопросах бизнеса он всегда оказывался прав, однако конкретная ситуация была гораздо сложнее.

— Вы летите с Кариной, причем обязательно официально расписанные. Думаю, ты знаешь, как сделать это быстро, — ошарашил меня Ключевой после паузы. — А как ты думал? Во-первых, на границе и в чужой стране избежите лишних вопросов и проблем. А во-вторых, люди Хуршида сейчас активно под тебя копают, и я не смогу долго держать оборону, подкармливая их нужной нам информацией. Они и так уже на твоего отца вышли, доберутся и до так называемой жены, уж поверь!

— Да она не согласится! — я обхватил голову руками. — Не согласится ребенка оставить, а про ЗАГС я вообще молчу!

— Раньше надо было думать, я предупреждал, — равнодушно пожал плечами он. — Ты же сказал, что берешь Карину на себя. Взял? Неси! — рявкнул, заводясь. — А я разберусь с Огневым, и он сам отправит дочь в Эмираты. Все, бронируй билеты, или это тоже я должен делать за тебя? — Ключевой разозлился не на шутку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Договорив, он вскочил со стула и вылетел из кабинета, хлопнув дверью так, что, казалось, та слетит с петель. Я прекрасно понимал его реакцию, но и сам оказался в тупике, куда загнал себя этими жестокими играми.