Шоколад для египетского парикмахера - Анна Сызранова

Вернусь к экскурсии: мне все нравилось, пока нас, непрерывно фотографируя, не погрузили на лодку ярко-желтого цвета с надписью «Seascop» на борту и не повезли на коралловый риф. Мне вспоминалась книга Дж. К.Джером «Трое в лодке, не считая собаки» (непонятно, в связи с чем). Самый ужас приключился, когда нам предложили спуститься в трюм, где и заперли в темноте. Всем предлагалось приникнуть к большим окнам и любоваться стайками рыбок, кружащими невладеке.

Первой моей мыслью было, что сейчас лодка натолкнется стеклом на камень, иллюминатор разобьется, и мы все утонем. Второй мыслью было — скорей бы это произошло. То есть, как я сейчас понимаю, морская болезнь, и клаустрофобия то и дело посещали мои измученные тело и сознание. Плюс ко всему, запах в лодке стоял ужасный (видимо, предыдущих пассажиров посещали не только эти недуги), лодку качало, в снаружи поднимались и опускались голубые коралловые холмы. Вскоре на меня напала отчаянная зевота — меня укачало. Петьке тоже стало плохо. Если бы сейчас у меня попросили отдать деньги и драгоценности, я бы сделала это, не задумываясь.

Шатаясь и оступаясь на узкой лестнице, я с Зоей под мышкой и Петром на хвосте выбралась на палубу. Все оставшееся время экскурсии меня терзала мысль: насколько эстетичным будет зрелище для людей, приникших к смоторовым окнам, если меня начнет рвать за борт? Как сильно это нарушит морской пейзаж? Вспомнился старый анекдот: мужчина открывает дверь такси с вопросом:

«— Можно, я оставлю у Вас свое боа?

— Пожалуйста.

— Спасибо. Бо-о-а-а-а…»

Н-да, был в моей жизни случай, когда я оставила свое боа в такси, прошлой зимой. Казалось бы, интеллигентная женщина с высшим образованием и мать двоих малышей не рассчитала своих сил на детском Дне рождения. Меня с Петькой пригласили в компанию в развлекательный центр (по совместительству, ночной клуб). Друзья хорошие, но последнее время семьями общались редко. Вот и представился повод — день рождения ребенка, их сына Леши.

Как выяснилось, за то время, что мы не встречались, семейная пара продвинулась вперед в умении потреблять крепкие спиртные напитки, конкретно, водку. Я давно крепче пива ничего не пила, но застолье решила поддержать. Темп был взят спринтерский, незаметно появилась вторая бутылка.

Тьма сгустилась внезапно. Все, что я успела сделать — это позвонить мужу и сообщить, что плохо себя чувствую, при этом нахожусь далеко от дома и с ребенком. Рома, человек хладнокровный, отдал распоряжение вызывать такси и ехать к нему на работу, так как до дома добираться дольше, а я уже еле ворочала языком.

Практически на автопилоте я попрощалась с родителями именинника, приканчивающими третью бутылку водки, одела себя и Петьку, вызвала такси, погрузилась туда. Надо заметить, что на такси фирмы «Пик-пик» в то время я ездила постоянно — возила Петьку в садик. Тем стыднее мне было за то, что произошло далее.

В такси мне стало плохо. Так сильно и внезапно, что я, дабы не выложить свое «плохо» на автомобильное сидение, открыла окно и свесила голову. Поэтому «плохо» всего лишь испачкало снаружи стекло и дверь машины.

Сын, впервые видящий меня в таком состоянии, осведомился:

— Мать, с тобой все в порядке? Ты не умрешь?

Я его успокоила, настолько, насколько вообще может быть убедительным человек, в тридцатиградусный мороз высунувший голову в окно машины и сотрясаемый рвотными спазмами.

Мой муж Рома встречал машину на улице.

— Смотрите, кого я Вам привез! — радостно объявил таксист. Таким тоном Дед Мороз приказывает зажечься новогодней елочке или призывает Снегурочку.

Я все еще висела наполовину снаружи такси и Снегурочку напоминала мало. Жгучий мороз воспринимался, как прохлада летнего вечера, дарящего свежесть после жаркого дня. Муж водворил (запихнул) меня внутрь автомобиля, и такси двинулось к дому.

В тепле мне опять стало плохо. Поскольку окно открывать запретили, мозг подсказал другой выход из ситуации: я на ходу распахнула дверь машины и свесилась в проем. Расставаться с содержимым желудка таким образом оказалось гораздо удобнее, чем в окно: «плохо» не пачкало стекло и дверь, а падало на дорогу и быстро скрывалось в снежной поземке.

Муж и таксист не оценили элегантность решения. Машина остановилась. Я попыталась махнуть им рукой, мол, «Гони, родимый», но никто не поддержал моего желания двигаться дальше. Так продолжалось до самого дома: я открывала дверь, машина останавливалась, и трогалась с места только, когда я закрывала дверь. Эта странная закономерность так заняла мои мысли, что время в пути пролетело незаметно.

Наутро Рома рассказал мне окончание истории: дверь автомобиля, подвергшаяся атакам «боа», закрываться отказалась. Шофер тянул ее изнутри, муж толкал снаружи, упираясь в те немногие чистые места, которые на ней оставались. Ему было очень стыдно за меня.

После оглашения цены за проезд Роме стало еще хуже: таксист взял даже меньше тарифа, попросив лишних сто рублей за мытье машины. В глазах водителя читалось: «Тебя и так, мужик, жизнь наказала, не буду на тебе наживаться. Получу свои деньги и уеду, а тебе с ней жить». На все извинения шофер ответил:

— Да ничего страшного, и похуже вещи видеть приходилось!

О том, как неудобно было наутро мне перед Ромой, детьми и таксистом, говорить не буду. Я еще неделю стеснялась вызывать такси «Пик-пик» и ездила на чем придется. Оправдывалась: «Такого со мной не было со времен студенчества».

Поэтому, вспомнив заснеженное такси, свое боа я оставила при себе. Впоследствии муж успокоил меня утверждением, что я могла бы повлиять на происходящее только в положительном ключе, так как на бесплатный корм слетелись бы стаи рыбок и развлекли бы туристов. Маму укачало сильнее всех. Она предполагала оставить свое боа в экскурсионном автобусе. К счастью, ей тоже удалось сдержаться.

По дороге обратно я обнаружила у дочки Зойки на щеке красное пятно. Наверняка аллергия на фрукт, похожий на зеленый апельсин, который давали в отеле на завтрак.

Про красное пятно свекровь уверенно сказала:

— Это оспиторхи.

— Что-что?

— Оспиторхи. Я теперь все знаю, я ведь передачи про здоровье по телевизору смотрю. От глистов вся беда. Они в печени живут, и их оттуда не выманить.

Я подавилась словами о том, что у двухлетнего ребенка, который не есть речную рыбу, засилия описторхов в печени просто не может быть, да и нет (мы недавно проверялись), но промолчала и только немножко поскрежетала зубами.

Вечером ходили опять на прогулку в соседние отели. Я открыла для себя местное кофе, Зоя — пончики с сахарной пудрой.

Завтра великий день. Моем мужу Роме исполняется сорок лет, со дня нашей свадьбы — десять. Да, да, Рома женился на мне в день своего рождения, чем навсегда испортил годовщину свадьбы — про нее никто не вспоминает, поздравляя моего мужа с праздником. И это еще не все подлости с мужской половины семьи — сын Петька умудрился родиться в мой День рождения. Я обеднела еще на одну дату. У меня остались только Новый год и 8 марта. Зоя тоже готовила каверзу, подбираясь к Международному женскому дню, но я с ней поговорила, как мать с дочерью, и она родилась 13 марта.

Собственно, вся разношерстная компания родственников и оказалась за границей, потому что имеется весомый повод — отметить двойную радость в необычном месте. Я зашла в администрацию и, предъявив паспорт мужа с датой рождения, заказала к ужину поздравление и торт — бонус от отеля.

Ночная жизнь гостиницы для меня недоступна. Не могу попасть на вечернее шоу, начинающееся в девять. Засыпаю, укладывая спать Зою в восемь. Проснувшись, в час ночи, понимаю, что представление уже закончилось. Сегодня повезло: мелкая разбудила посреди ночи, и я долго не могла уснуть — сидела на балконе, любовалась узким египетским месяцем и читала книжку психолога Н. Козлова. Отдала дань утверждению о пользе поедания овощей на ужин и решила больше не злоупотреблять огурцами.

Глава № 12

День седьмой

День рождения мужа и годовщина свадьбы

День прошел по плану, это удача. На пальце у меня новенькое кольцо с бриллиантом (подарок мужа), любымый спит в обнимку с ластами (мой подарок), а, значит, у нас все в порядке.

С утра пошли, как я и мечтала, на море. Плавала с маской, видела огромных морских ежей и разноцветных рифовых рыбок. Здесь бы добавить подробное описание красот подводных глубин Красного моря, как у Дины Рубиной. Рассказать про шум волн и цокание камушков в ушах, неспешный танец водорослей в течениях; как сдавливает с глубиной виски и страшит темнеющее дно; перечислить окрас и размеры обитателей кораллов. Но вода холодная, я быстро замерзаю и всплываю, не успев насладиться дайвингом в полной мере. У Зои красное пятно теперь уже на обеих щеках. Волнуюсь, ограничиваю в питании и лечу финистилом.