Я ненавижу - Б. Седов

Впрочем, и в качестве психологического оружия он вполне работал. В этом Маркиза убедилась минуту спустя, когда выбралась во двор здания банка. Двор был пуст, только в углу стоял одинокий джип, водитель которого усердно драил лобовое стекло. Это был молодой парень, лет двадцати на вид или, может, чуть больше. Для своего возраста он, впрочем, был весьма благоразумен и, увидев оружие, не стал геройствовать, а послушно сел за руль.

Анжелика решила, что будет лучше прихватить водителя с собой. Он, как и менеджер в банке, был перепуган, только в отличие от Никиты Дмитриевича имел веское оправдание – направленный на него ствол пистолета, который был совершенно неотличим от боевого. Так что контролировать его не составляло труда. А милиция еще помечется, прежде чем поймет, что произошло, – свидетелей ее побега не было.

Девушка сидела на заднем сиденье, держа водителя под прицелом. Светловолосый красавчик, девки, небось, западают десятками. Если так, то тем лучше – значит, должен ценить жизнь и геройствовать понапрасну не станет. Разумеется, стрелять она не собиралась при любом раскладе – в закрытом пространстве машины это было бы смерти подобно. Парень этого не знал и бросал через зеркальце заднего вида настороженные взгляды.

Лицо Анжелики было наполовину скрыто во мраке. Глаза горели и, на первый взгляд, не предвещали ничего хорошего.

– Слушай, я всего лишь водила! – сказал парень. – Не нужно меня дырявить – я ведь тебе ничего плохого не сделал!

– Не гундось! – строго приказала Маркиза. – У меня нервы на пределе! Будешь паинькой, может, и пожалею, станешь выпендриваться – пришью, не задумываясь!

Парень замолчал. Как вскоре выяснилось, он вообще не имел отношения к банку – в соседнем здании был офис какой-то фирмы, а Степан Розанов – так звали водителя, возил ее директора. Когда машина застряла в пробке, в его кармане зазвонил мобильник. Степан взглянул вопросительно на пассажирку.

– Кто это?! – спросила Маркиза.

Он посмотрел на высветившийся номер.

– Оно самое – начальство!

– Выясни, чего хочет, и придумай какую-нибудь отговорку! – распорядилась Анжелика и ткнула его в бок пистолетом, чтобы еще раз заставить почувствовать серьезность положения.

– Да, Игорь Арнольдович?! – спросил Степа, приложив трубку к уху.

Помолчал, слушая.

– Игорь Арнольдович, у нас масло в карбюраторе потекло! Это большая проблема, я ведь говорил вам, что нужно машину новую!… – занудил он, неожиданно проявив недюжинный актерский талант. – Я сейчас в мастерскую заскочу, а потом сразу к вам вернусь… Да, это недолго, наверное… – закончил он, посмотрев вопросительно на свою пассажирку.

Та кивнула.

– А что у нас с карбюратором?! – спросила она, когда разговор был закончен. Парень говорил так убедительно, что даже она поверила в большие проблемы с мотором.

– Ничего! – он усмехнулся. – Шеф в моторах ни фига не рубит. Ему все что угодно можно сказать, хоть что воздух кончился в радиаторе – поверит! Куда едем-то?!

Тут Анжелика задумалась. А в самом деле – куда?! Можно было попытаться наведаться к Галине, но интуиция подсказывала, что это может быть небезопасно. Если ее заказчик продолжает охоту, то наверняка учел этот вариант. Конишевский, паразит, видимо снабдил его всей необходимой информацией. Впрочем, он мог и не знать, как дело обернется!

А она даже не знает фамилии этого сутулого недоноска Ивана. Ничего не знает, помнила только, как он ощупывал ее похотливым взглядом с ног до головы. Даже странно, что синяков не осталось! Видно, порядочный бабник, но это не примета для поиска. Да и имя может оказаться не настоящим…

Дожидаясь ответа, Степан продолжал колесить по улицам вечернего Питера. Анжелика откинулась на спинку сиденья и тяжело вздохнула.

– А что ты натворила, если не секрет? – спросил он, смелея.

– Много будешь знать, скоро состаришься! – сообщила Маркиза и взяла его мобильник, чтобы связаться с Галиной. Без ее помощи ей не выпутаться, это ясно! Она не сомневалась, что милиция может прослушивать не только ее трубку, но и сотовый Галины, поэтому набрала секретный номер, который использовался только в крайних случаях.

– Это я к тому, – пояснил Степан, – что можешь у меня пересидеть какое-то время. У меня квартира сейчас пустует!

Анжелика воззрилась на него изумленно.

– А с чего бы такая услуга?!

– Я не знаю… – он пожал плечами. – У меня никогда не было еще таких, типа, приключений!

Нашел о чем жалеть, подумала горько девушка. Да провались все эти приключения в тартарары! Еще несколько минут назад в ее крови бурлил адреналин и все казалось по плечу. Но теперь вдруг навалилась усталость, и она чувствовала себя загнанным в ловушку зверем.

А этому парнишке со светлым лучистым взглядом, думалось, что он ввязался в какую-то интересную игру. С другой стороны, это могло быть вариантом! Человек посторонний, их никто не видел вместе… Кажется, можно ему, в известной степени, доверять.

– Ну хорошо, ковбой! – сказала я и тряхнула стволом для острастки. – Только попробуй что-нибудь выкинуть и костей не соберешь! Я голыми руками умею их ломать – кости!

Он вздрогнул, однако от своего намерения привезти меня к себе, не отказался. Отлично, пусть считает меня крутой. Я и есть такая. Главное, чтобы не лез с любовью. Я была не в том настроении, чтобы завязывать романы.

Степина квартира находилась на одной из улиц в новом квартале, в Коломягах. Здесь были сплошные новостройки. Одинаковые многоэтажные дома стояли рядами. Между ними раскинулись детские площадки с чахлыми саженцами, которым еще не скоро было суждено превратиться в полноценные зеленые насаждения. А сейчас, в конце зимы, пейзаж и вовсе казался безжизненным. В отдалении темнела еще нетронутая осиновая роща, возле которой стояла разнообразная строительная техника. Город продолжал разрастаться, захватывая все новые участки земли.

Степан лихо, явно рисуясь, подрулил к парадной одного из высотных домов. Анжелика спрятала пистолет – раз уж она приняла приглашение, то нужно доверять новому знакомому, иначе незачем было и ехать сюда. Водитель распахнул перед ней дверь и подал руку, помогая выбраться.

Навстречу из парадной вышла пожилая женщина с маленьким внуком или внучкой – сразу и не разберешь в таком возрасте.

– Добрый день, Марья Михайловна! – бодро отрапортовал Степан.

– Здравствуй, Степочка! – сказала женщина нездешним говором.

Новостройки были заселены в основном приезжими. Строительные компании в своих рекламных проспектах называли этот район перспективным и энергично застраивающимся. Но бывалые питерцы сюда не особенно стремились – до метро далеко, инфраструктура не развита.

– Добрый день! – поздоровалась со старухой и Анжелика, но при этом скромно потупила взгляд, чтобы та не разглядела ее лица.

Она вполне допускала, что в милиции скоро будет ее фоторобот или даже фотография, так что светиться было ни к чему.

Но Марья Михайловна была подслеповата и не разглядела бы ее даже в упор. Она только поняла, что перед ней молодая и, кажется, очень красивая девушка. К тому же вежливая – вот, поздоровалась с не знакомой пока старухой. Посмотрев вслед исчезнувшей в дверях парадной паре старушка подумала, что наконец-то у Степана появилась девушка, и искренне порадовалась за него.

– Это большая ошибка с ее стороны!

– Человеку свойственно заблуждаться, а молодому – особенно!

– Эта ошибка может стоить ей жизни…

– Что ж, тогда придется снова искать! Однако не будем ставить пока крест на этом объекте!

Глава шестая

ПРИКАЗАНО: НАЙТИ И УНИЧТОЖИТЬ!

Квартиру Степан получил от своей фирмы. Были в ней работники и поважнее, которые тоже претендовали на эту площадь, но близость к начальству, как обычно, оказалась решающим фактором. Игорь Арнольдович обитал где-то в районе Удельной и, разумеется, был заинтересован в том, чтобы его личный шофер жил рядом, под рукой. Сам Степан родился и вырос в городе Павловске, но считал себя питерским. Он ведь, еще когда в школе учился, почти на каждые выходные приезжал сюда погулять по городу, зайти в Военно-Морской музей, который нравился ему больше всех остальных, ну, если не считать Артиллерийского.

Его жилище, как и следовало ожидать, не поражало дороговизной обстановки и комфортом. Большую часть получаемых денег Степан отвозил домой родителям. С его помощью те потихоньку выплачивали долг за новую отдельную квартиру, в которую перебрались из коммуналки лишь под закат своих дней.

– Они ведь меня вырастили, я им должен! – объяснил он Анжелике, как будто иначе она могла не понять.

Войдя в единственную комнату, девушка окинула ее хозяйственным взором и сразу поняла, что оказалась в самой настоящей холостяцкой берлоге. На батарее сушились носки, а клеенка на круглом обеденном столе была так перепачкана, что ее давно следовало бы выбросить.