Акадия Громхольда (СИ) - Бельский Сергей Фёдорович

— Вы уверены, что стоит это пробовать? — спросил я.

— Госпожа, не надо, — просила Сильверия.

— Императрица, не стоит рисковать, — добавила Орианна.

— Я не могу иначе, — ответила Айселия, однако её руку схватила Совесть.

Логика выхватила нож и выполнила несколько очень быстрых движений, порезав торт на кусочки, которые в тот же миг начала съедать Совесть. Прошла каких-то пара мгновений, а от торта ничего не осталось, лишь довольная Совесть облизала губы языком, после чего плюхнулась в кресло и элегантно коснулась губ салфеткой. Айселия дар речи потеряла, Логика же смеялась, успев урвать пару кусочков.

— Там ведь был яд, — удивлённо смотрела на моих хранительниц Айселия.

Совесть на это лишь махнула рукой, затем налила вина себе и Логике, после чего они выпили по бокальчику, звонко чокнувшись перед этим. Так, кто-то плохих привычек у богини любви нахватался. Я вас на голодный паёк посажу. Совесть лишь хмыкнула на это с усмешкой, после чего указала в сторону Логики, которая допила всю бутылку вина прямо из горлышка, заставив уже удивиться и меня.

— И там тоже был яд… — будто не могла поверить в подобное императрица.

Однако хранительницы сказали лишь то, что всё было очень вкусно, после чего растворились в воздухе, не оставив после себя и следа. Совесть лишь тихо пообещала цапнуть Аурунию за мягкое место, видимо, яд всё же был не таким уж безобидным.

— Хорошо, давайте на этом пока прервемся, мне нужно немного отдохнуть, — сказала Айселия, после чего ушла к себе в покои.

— Алексей, спасибо тебе и твоим хранительницам, — поблагодарила меня Ульвина. — Если бы не ты, я не знаю, как бы мне пришлось помогать госпоже Айселии. Каждый раз яды были всё более сильными, и иной раз даже моя магия смерти не могла их извести. Но та аура, которая была сейчас, превосходила все мои ожидания. Она была поистине жуткой и ужасной. С твоими хранительницами точно всё в порядке?

— Думаю, да, так что можешь за них не волноваться, — сказал я без полной уверенности, так как ощущал лёгкое головокружение и тошноту. Яд, видимо, и впрямь силён, раз смог воздействовать даже на частицы моей души.

— Я боюсь, что даже если бы яд не убил Айселию, то мог бы надолго её свалить, а с двумя богинями я не справлюсь. Если же я вознесу молитву Ауркиории, то она придёт в ярость от вида своих дочерей, которые находятся в столь плачевном состоянии, после чего оторвёт голову Аурунии и уничтожит империю, — Ульвина беспомощно опустилась в кресло, затем хотела выпить вина, но резко передумала, так и не коснувшись другой бутыли. Святая дева-некромант явно нервничала из-за этой весьма непростой ситуации. Мне нужно побыстрее пройти эти тренировки, чтобы поговорить с Аурунией. Кстати, было ещё одно дело, с которым я так и не разобрался.

«Акадия, — мысленно позвал я девушку, как только достал посох из инвентаря. — Акадия!»

«И что ты так орешь? — спросила она, будто так и не проснулась. — У меня всё…хорошо… я по-прежнему тебя люблю и всего бы расцеловала, если бы было чем».

Ясно, она так и не смогла оправиться от божественной силы Люфирии. Возможно, удастся кое-что предпринять.

— Девчонки, побудьте здесь, — обратился я к остальным, после чего посмотрел на святую деву-некроманта. — Ульвина, проведи меня к покоям Айселии, а то я всё никак не привыкну к замку.

— Идём.

Айселия

— Дочь вновь попыталась меня отравить, и в этот раз её мог бы ждать успех, если бы не помощь Алексея и его хранительниц, — рассказала я Люфирии, которая всё также мирно спала на моей кровати.

Сейчас строптивая и непоседливая сестрёнка казалась мне беспомощной, поэтому хотелось ей хоть как-то помочь, однако я и так сделала всё необходимое, оттого осталось только подождать какое-то время. Вот только ждать мне совсем не хотелось.

Я приложила ладонь к глазам, чтобы немного успокоиться, но получалось плохо. Последнее время со мной происходит что-то не то. Я слишком много нервничаю и не могу при этом понять причины своего беспокойства. Впрочем, в голову приходят лишь какие-то ужасы.

Пока я лежала рядом с сестрой, уже несколько раз подумала, что Алексей готовится убить Аурунию, а я ему в этом помогаю. От подобных мыслей сердце сжималось, словно предчувствовало что-то плохое. Что мне делать, если всё так и будет? Алексей ведь помог Киоре найти свою настоящую семью, и если я в порыве гнева убью его, то как мне продолжить жить после потери дочери и матери, которая не простит мне этого?

— Госпожа, — услышала я голос Ульвины и стук в дверь. — Можем ли мы войти?

Алексей

— Да, войдите, — с небольшой задержкой ответила императрица.

Она лежала на кровати, а слева от неё, закутавшись в одеяло, мирно сопела Люфирия.

— Айселия, можете ли вы помочь вернуть силу Люфирии? Точнее, забрать её силу у Акадии? — спросил я.

— Попробовать можно, но всё же есть опасность. Я с ней взаимодействовать не могу, так как в случае поглощения ещё и моей силы, она может лишиться рассудка и самого хранилища души, которое не выдержит наших общих с Люфирией сил и их взаимодействия, способного привести к взрыву. Поэтому силу богини любви тебе придётся пропускать через себя, что уже небезопасно для человека, — ответила императрица.

— И всё же я рискну, — сказал я, так как волновался за Дию, на которую эта божественная сила воздействовала не самым лучшим образом.

— Что ж, тогда приступим, — кивнула Айселия, поднимаясь с кровати. — Ульвина, поможешь мне с контролем силы, но не переусердствуй.

— Как скажете, госпожа, — улыбнулась Ульвина.

Я взял в руки Акадию и вновь обратился к душе артефакта.

«Дия, нужна сила богини, поделись ей со мной, но только отдавай по чуть-чуть».

«Нет, не отдам, — фыркнула она. — Я жадная».

«Дия, не упирайся и помоги тебя освободить от этой божественной силы», — я попытался воззвать к её разуму.

«Неть, — коротко ответила она и явно бы показала мне язык, причём вместе с ехидной усмешкой. — Я хоть тебя и люблю, но силу не отдам».

«Тогда как я буду создавать тебе тело? Мне требуется помощь богини любви, а она сейчас видишь в каком состоянии?», — я пошёл сразу с козырей.

«И чего ты так настойчив? В любви нужно проявлять нежность и заботу, а также потакать капризам любимой», — совсем иначе начала говорить девушка.

«Если я начну тебе потакать, то долго не проживу, так что не вредничай и помоги уже нам, чтобы потом мы могли помочь тебе», — сказал я.

«Ладно», — в голосе Дии чувствовалась обида, недовольство и усталость. Однако главное она выполнила, так что ко мне потекла сила богини любви. Я взглянул на Акадию. Лунная призма дай мне… хе-хе-хе. Так, чертова богиня, её сила поистине жуткая, так что я сразу отдавал её Айселии, стараясь действовать как можно аккуратнее.

Спящей Люфирии я бы вряд ли смог вернуть силу без использования способностей Нейтрала, а опыта из хранилища было слишком уж жалко, ведь он может пригодиться в дальнейшем. Поэтому Айселия выступает своеобразным ретранслятором энергии, который может всё сделать грамотно.

Однако чертова сила всё равно воздействовала на меня, заставляя хищным взглядом смотреть то на Ульвину, то на Айселию, то оценивать спящую Люфирию. При этом сам мир будто стал краше и светлее. Эмоции понемногу вырывались из-под контроля, а сердце билось словно сумасшедшее.

— Алексей, держись, осталось не так много, — что-то говорила Айселия. — Ульвина, помоги ему отгородиться и используй энергию Смерти.

После этого меня окутало тёмно-фиолетовое облако такой близкой и родной энергии. Радость от встречи затмила все остальные чувства. Мир словно потерял свою ценность, ведь перед глазами была она: Смерть. Я просто не мог удержаться, ведь она была так красива, поэтому крепко прижал её к себе и поцеловал, что она явно восприняла с удивлением, которое сменила небывалая радость. И в какой-то миг всё резко вернулось в норму. Облако тёмно-фиолетовой энергии рассеялось, в комнате попадали книги, стулья были отброшены в стороны. А на меня с удивлением смотрела Ульвина, которая не могла выбраться из моих крепких объятий.