КНИГА, КОТОРАЯ НАЧИНАЕТСЯ ТАМ, ГДЕ ЧУВСТВЕННАЯ ЖЕНЩИНА КОНЧАЕТ - Руфь Диксон

Теперь вы видите: любая крайность – ритуальная однообразность, также как и слишком суетливая активность – могут довести женщину до сумасшествия и оттолкнуть ее от вас. Идеальный любовник проявляет в постели активность ровно настолько, насколько нужно, чтобы поддерживать в женщине связанные с совокуплением восторги, а в нужный момент, найдя правильную комбинацию, придерживается ее уже без всяких ненужных, портящих дело перерывов.

Конечно, не все жалобы женщин относятся к сексуальному поведению мужчин. Есть и другие причины. Наиболее частой является рутина, которая может разрушить любую любовную связь, как и большинство браков. Унылое однообразие вне спальни бывает столь же разрушительно, как и однообразие в постели.

Возьмем для примера роман женатого человека с любовницей. Начинается такой роман чаще всего очень горячо и волнующе, но вскоре вырождается в смертельно скучную рутину. Женатый мужчина старается ради безопасности приучить свою жену к его отсутствию на пару дней в неделю. Но что это для бедной любовницы?!

Диана, моя очень красивая знакомая, рассказала мне: «Когда я начала встречаться с Марком, я просыпалась по вторникам и пятницам счастливая, возбужденная. Целый день я думала о том, что он придет сегодня ночью. Я придумывала, что бы мне одеть на вечер и т.д. Я говорила себе: «О, сегодня вторник (или пятница)… и сегодня ночью у меня будет Марк! Как хорошо!..» – Но так было 7 месяцев назад. А теперь когда наступает вторник или пятница, я не могу об этом думать иначе, как «О господи! Опять вторник! Значит, ночью будет Марк! Надоело!» – Это не значит, что я уже больше не люблю его. Я очень его люблю. Но это ужасное однообразие из недели в неделю – никакого волнения, никакой тайны.

Если бы он хоть раз удивил меня и пришел вдруг в четверг, я бы, наверное, упала в обморок от радости. Иногда мне кажется, что я не существую для него все остальные дни недели и что я имею для него такое же значение, как и его служебные заседания. Он идет на них и приходит ко мне с той же регулярностью, с тем же отношением, как к своим обязанностям, с тем же отсутствием какого-либо возбуждения, с тем же … однообразием! Если все это не переменится, то боюсь, я порву с ним. Не потому, что у нас плохие отношения – просто я умру от скуки.»

Проблема Дианы не является какой-то необычной, но у ее любовника есть хотя бы оправдание, что он женатый человек, и рутинизация его романа частично извинительна. Однако, у холостяка, который ведет себя так же, нет и не может быть оправдания.

Секретарша Джилл встречалась с одним из адвокатов фирмы, в которой она служила, почти целый год, но теперь она сомневается, отметят ли они годовщину вместе. «Не знаю, как это получилось, – рассказывает она, – но мне кажется, единственное, что нас связывает, это секс. Эта сторона у нас вполне совершенна и с течением времени становится даже все лучше и лучше. Кеннет – превосходный любовник, и в постели я с ним счастливее, чем когда-либо в жизни. Но вдруг обнаружилось, что кроме нашей сексуальной жизни нам совершенно не о чем говорить друг с другом. Вначале у нас еще был интерес взаимного изучения. Мы узнавали о нашем детстве и юности, о наших мечтах, наших вкусах; вели и другие, такие же интересные разговоры. Теперь же мы словно истощили все темы – вопросов больше нет, не осталось и любопытства. Мы не говорим даже о юридических казусах, т.к. Кеннету не хочется говорить о делах, когда он не на работе. Я делаю все, что могу, но единственно, где мы по-настоящему общаемся друг с другом, это в постели. Остальное время представляется лишь скучным перерывом перед новым занятием сексом. Конечно, эта часть у нас великолепна, но не могу же я все время жить в кровати.»

Жалоба Джилл тоже не является необычной. Как часто казавшийся полным любви роман со временем превращается в одно лишь узкое сексуальное занятие. Я думаю, самым худшим примером такого рода был один, свидетелем которого я сама была. И хотя он представляется мне крайним случаем, зато он показывает, до каких пределов в этом отношении можно дойти.

Меня пригласили на утренний спектакль, и я решила поэтому провести ночь в городе у своей подруги, чтобы не ехать в толкучке часа-пик. Квартира Жоанны находилась недалеко от театра. Мы провели спокойно вечер и рано легли спать. В 3 часа ночи кто-то стал колотить в дверь, и я слышала, как Жоанна пошла открыть. Через минуту я услышала горячий спор между моей хозяйкой и каким-то мужчиной. Я встала, чтобы закрыть дверь спальни, и как раз вовремя, чтобы увидеть, как Жоанна захлопнула и надежно закрыла дверь за незванным гостем. Она была в бешенстве, чуть не плакала. Из вполне понятного любопытства я усадила ее и попросила объяснения.

– Ах, господи! Это был опять мой чертов Макс, – сказала она.

– Тот самый, с которым ты все время встречаешься?

– Тот самый. Он приходит так уже второй раз в месяц.

– Чего ему надо?

– Меня ему надо, конечно. Это все, чего он хочет. Он думает, раз я спала с ним, то должна быть теперь всегда в его распоряжении, когда ему только захочется. Он никогда не звонит мне, мы больше не видимся друг с другом, но вдруг ему приходит на ум снова прыгнуть ко мне в постель, и он является. Беда в том, что первое время, когда он так делал, я пускала его, и мы очень горячо занимались любовью. Не знаю, почему я так делала. Кажется, меня тогда сильно возбуждала необычность: что он является среди ночи, занимается со мной любовью и уходит. Но теперь меня это больше не забавляет, и я не знаю, как мне избавиться от него. До его тупой головы никак не доходит, что он меня больше не интересует.

Эгоизм таких мужчин, как Макс, просто поразителен. Я имела с ним прекрасный роман, и пока он продолжался, я наслаждалась с ним в постели. Он хорошо это знает и теперь вообразил себя таким удивительным, таким способным любовником, что я всегда должна быть в восторге принять его, когда ему только вздумается. Он не желает верить, что я не хочу, когда говорю ему «нет», начинает болтать глупости вроде «Ну, брось дурить, пойдем в кровать!«. Я думаю, если он еще раз так вот явится, я вызову полицию. Тогда он увидит, шучу ли я!«

Допускаю, что большинство мужчин не так надоедливы, как Макс, но эпиход с Жоанной показывает в увеличенном виде поведение, которое модет обратить любовь в ненависть.

Вернемся, однако, к постели и посмотрим, что еще делают в ней мужчины, может быть даже невольно, но в конце концов это приводит к «короткому замыканию» даже самых многообещающих романов. И поглядим, что же надо делать, чтобы избежать таких ошибок.

Рассмотрим сперва самую распространенную жалобу женщин на то, что мужчины после сношения впадают почти в обморок.

Почему-то считается проявлением слабости (среди мужчин, конечно) высказать свою нежность, благодарность женщине за полученное с нею наслаждение. И женщина чувствует себя из-за этого униженной, использованной, словно вещь. Ей обидно, если он даже не пытается показать, что очень ценит ее желание понравиться ему. Упаси боже, я вовсе не имею в виду какую-то слезливую болтовню с выражением благодарности за ее внимание или же коленопреклонение с целованием подола ее платья! Но разве можно вести себя с женщиной после акта так, будто вы только что с ней познакомились? Мало есть на свете вещей, которые бы ранили женщину больше, чем поведение мужчины, скатывающегося с нее после того, как он кончил, и тут же засыпающего. Хуже бывает только в том случае, если он вдобавок еще не догадался слезть с нее при этом! Кому же понравится, если 200 фунтов (90 кг) мяса используют вас в качестве матраса!.. И вот такое безобразие испытывают в наше время многие женщины. Да еще впридачу к этому, бывает, остаются неудовлетворенными! За совокупность таких двух тяжких преступлений мужчин следовало бы наказывать по закону. У меня есть несколько суровых слов ко всем мужчинам, для которых половое сношение является чем-то вроде анестезии.

Прежде всего попрошу запомнить, что все женщины настроены в этом вопросе совершенно одинаково. Как бы мы ни старались преодолеть заложенное в нее с детства чувство вины, от него все равно еще остается след даже в самой свободной из нас. И когда мужчина обходится с нами, как с парой грязных носков, которые можно откинуть и не обращать на них больше внимания, то все наши чувства усиливаются и мы начинаем думать, что, наверное, наша мать была права: в конце концов, секс – грязное и скверное дело. Должно быть, это действительно так, если он кончается так грубо и безразлично. Как бы хорошо ни проходил любовный акт, все может быть испорчено одним разом, если мужчина начнет храпеть через 30 секунд после его окончания.

Да, конечно, вы устали, ослабели, счастливы, и желание поспать у вас действительно велико. Никто этого не отрицает. И все же нет никакого сомнения, что вы можете устоять против бога сна Морфея на какую-нибудь пару минут, по крайней мере, на столько, чтобы успеть выразить своей даме хоть немного чувства.