Оппозиция как теневая власть - Сергей Кара-Мурза

Довольно верно дилемму представили братья Вайнеры в их сценарии популярного фильма «Место встречи изменить нельзя». Они дали два образа: один – талантливый человек, движимый сердцем и правдой, а другой – разумом и правом. По замыслу Вайнеров, верх берет второй. Это и есть дилемма «коммунист – социал-демократ», пусть упрощенная. За ней – дилемма «Россия – Запад», а шире «дикость – цивилизация».

Фильм поставлен С.Говорухиным. Он не выполнил «социальный заказ» Вайнеров, показал «коммуниста» Жеглова не ходульным, а во всех красках нашей реальности. Зрителю дан и другой, по замыслу более привлекательный образ – цивилизованного Шарапова. Мы как бы должны были выбирать и отвергнуть Жеглова. «Литературная газета» даже стала подсказывать тугодумам: Жеглов – это образ тоталитаризма, образ сталинщины. Совершенно правильная по сути ругань.

Каков же был общий вывод? Что без Жеглова нам, в нашей реальности, никак нельзя. Он нам близок, хоть и может наломать дров. А Шарапов нам очень симпатичен, но в наших условиях он дееспособен лишь если его подпирает плечо Жеглова. И сама перспектива устранить Жеглова из жизни и обойтись Шараповым – страшна, ибо тогда заест нас «черная кошка». А где-нибудь в Швеции, конечно, Жеглов и не нужен, а Шарапов молодцом – там у него будет не старый автобус на лысых шинах, а прекрасный «вольво» с сотовым телефоном и компьютером.

Мы аплодируем социал-демократам, которые дают финнам неплохое образование. Но у них затраты на образование 1735 долл. на душу населения, а в России – 6. В триста раз меньше! Так надо нам понять, почему при коммунистах мы имели образование лучше, чем в Финляндии, при затратах в тридцать раз меньших (с учетом, что при Черномырдине школа обеднела раз в десять). Если у нас появятся социал-демократы и возьмут власть, то нам, чтобы дотянуться до финнов в образовании, придется увеличить затраты в 300 раз, что невозможно. И фильм Говорухина это прекрасно объясняет.

А что Говорухин ругает коммунистов, так это – рябь на океанской волне. Он ругает внешние признаки КПСС, которые почти всем осточертели. Если бы мы от внешних признаков дошли до смыслов, то изменилась бы вся политическая картина в России и четко пролегли бы линии фронтов и союзов.

1995

Аллилуйщики краха

Меня пригласили участвовать в «круглом столе» «Крах советского блока и уроки для левого движения Европы». В Мадриде, в роскошном салоне «Амбассадор». Синхронный перевод на три языка, на столах конфеты. Левые интеллектуалы из Оксфорда, Сорбонны и т. д., издатели журналов. Из каких они партий, трудно понять – они над партиями, представляют мозг левого движения.

В первый день наслушался такого, что спать почти не пришлось. Встал рано, вышел побродить. Рядом – прекрасный сквер перед музеем Прадо. Величественное здание Министерства потребления как символ Запада. Все дышит довольством, огромным накопленным богатством. На скамейке, тоже как символ, лежит человек. Бездомных в Мадриде множество, но в этот час все они уже скатали свои одеяла и растворились в городе. Этот, видно, занемог. С трудом, не поднимая головы, жует булку. Бросает ее на землю. Расстегивает штаны и мочится, не поднимаясь. Ему тошно смотреть на прохожих, и он закрывает лицо кепкой. Мне тоже тошно смотреть на него, на Министерство потребления. Все это, в ухудшенном варианте, переносят в Россию. Айтматов, начиная поход против советского строя, поминал Испанию, где построен «настоящий рабочий социализм». Испанцы, которые его возили по стране, сказали мне, что он таких сцен насмотрелся досыта. Знал, что говорит, инженер человеческих душ…

Вернулся я в отель, пошел завтракать – сидят мои собеседники по «круглому столу». Уставились на меня и как будто не видят. Я поклонился – никакого ответа. Не понравилось им мое выступление. Чего же я такого сказал? Просто предложил в качестве «урока для европейских левых» разобраться, чему они так радуются при крахе СССР. Предложил посмотреть на события в понятиях жизни и смерти, хлеба и тепла. Это было воспринято как большевизм. Послышались крики: «Кто его пригласил? Это же явный противник перестройки! Мы были у Юрия Карякина, он нам раскрыл всю правду о советском строе!» Организаторы призвали оппонентов к терпимости. Мол, вы же видите, товарищи, перед нами закоренелый сталинист, ну потерпите 20 минут…

Я выступал вторым, после историка испанца, который четыре года живет в Москве, изучая «крах СССР» Он сказал, что реальность России очень далека от той модели, которую придумали себе европейские левые. Казалось бы, что тут такого обидного? Но за два дня никто вообще не упомянул наши выступления, ни в каком смысле – единственных и докладчиков, прибывших с места событий. Зато для нас все было поучительно.

Вот выступает марксист из Оксфорда. Приветствует попытку создать в России «нормальное общество» – ведь говорил же Маркс, что нельзя строить социализм в крестьянской стране. И задержали на 70 лет развитие капитализма. Постепенно распаляется профессор: «Никаких западных капиталовложений страны советского блока не получат, напрасно надеются! Идет необратимое разрушение производства! Эти страны погрузятся в варварство типа африканского! Европа должна создать санитарный кордон, как США на Рио-Гранде, иначе ее захлестнет волна голодающих!». Его слушали с удовольствием, хотя, казалось бы, естественно спросить: если у тебя такие жуткие прогнозы, чему же ты радуешься? Ты что, людоед?

Выступает экономист из Сорбонны, троцкистка. Та же песня, только конкретнее: «Мы призывали к революции, которая разрушила бы СССР, эту империю номенклатуры. Нельзя поддерживать тех, кто защищает СССР. Главное сегодня – скорее демонтировать остатки советских социальных структур: бесплатное образование, здравоохранение, солидарность трудовых коллективов. Только тогда возникнет нормальная буржуазия и нормальный пролетариат. И этот пролетариат начнет правильную пролетарскую революцию. При этом, товарищи, основа демократии и социализма – освобождение женщины».

Зачем же этот марксист в юбке требует добить остатки советской системы, позволяющие нам кое-как выжить? Да русские буржуазию объедают, не дают первоначальное накопление провести, и в революцию не кидаются – жуют краюшку да лежат на печи. Все не по Марксу.

Я задал этой даме вопросы: «Во имя демократии вы призывали разрушить СССР, зная, что 76% граждан хотят его сохранить. Вы что, просвещенный авангард, имеющий право вести неразумные массы к предписанному вами счастью? Вы требовали революции в стране, которую сами назвали „этнической бомбой“. Сегодня, когда катастрофические результаты налицо, считаете ли вы установку на революцию ошибочной? Вы борец за свободу женщин. Учли ли вы, призывая к ликвидации СССР, что означает для 30 миллионов женщин азиатских республик замена советского строя на шариат?»

Дама долго и нервно говорила не по сути вопросов. Только на третий вопрос ответила, что теперь женщины смогут начать нормальную борьбу за свое освобождение. Спасибо!

В коридоре она решила меня сразить: «Вы что же, считаете, что при Брежневе все было хорошо?» (В теории спора это называется «бабий аргумент»). Я не упорствовал. Да, говорю, не все было хорошо, многое даже очень плохо. Но разве если человек болен, это оправдывает его убийство, тем более врачом, который обещал его лечить? И потом, как же понять: вы за народ против номенклатуры, а поддержали как раз революцию номенклатуры против народа? Обиделась, пробурчала, что ее партия – единственная, кто хранит верность идеалам Октябрьской революции. А мы только все напортили. Надо понимать, что обязаны кровью смыть вину, превратить людей в пролетариев и опять двинуть их в бой против мировой буржуазии.

Упомяну еще хитроумный аргумент, который привел главный в Испании эксперт по России. Я впервые услышал этот аргумент от видного деятеля РЭНД, «мозгового центра» США – там его, видно, и изобрели. Потом его привел на телевидении научный эксперт Гайдара Н. Н. Воронцов. Теперь я его услышал в Мадриде. Поскольку вещица хитрая и не опубликована, значит, где-то ее излагают на курсах повышения.

Суть вот в чем. Когда меня разоблачили как противника перестройки, я показал на экране динамику рождаемости и смертности в России и спросил: «Вы хотите, чтобы я это защищал?» На публику графики произвели сильное впечатление. Чтобы переломить эффект, встал только что пришедший с какого-то важного совещания эксперт (он, «к сожалению, не слушал доклад, но знаком с этим графиком»). Разоблачил фальшивку «красно-коричневых»: никакого роста смертности в России нет. Просто РФ, став цивилизованной страной, перешла на западную методику учета рождаемости. Раньше, мол, младенцев, родившихся с весом менее 500 г., не включали в статистику рождений, а теперь включают. А они, бедненькие, поголовно умирают, что и дает такой жуткий прирост смертности. Публика вздохнула облегченно – вон как все просто, а она чуть было не поверила сталинисту.