Перерождение темного архимага IV. Повелитель тьмы - Amazerak

безрезультатно. Надежда на удачный исход битвы стремительно улетучивались. Приходили панические мысли. Повелителя ничего не берёт! Мы здесь все погибнем! То же самое твердил и голос в моём мозгу: «Умрите, жалкие существа! Смерть вам! Смерть!»

Огромная ладонь, не сумев поймать меня, ударом отшвырнула одного из офицеров, защищавших императора, а в следующий момент зубастая голова, прошмыгнув в щели между остатками силовых полей, схватила государя и подняла высоко над землёй. Вторая голова вцепилась зубами в капитана Воронцов и подбросила в небо.

Ну всё, думаю, лишилась страна ещё одного правителя, а наша рота — капитана. Но император внезапно вывернулся и воткнул в глаз голове кристальное копьё. Пасть разжалась, государь упал на землю. Вскочил и пронзил копьём вторую голову, попытавшуюся схватить его.

Полковник Романова, которая продолжала долбить молниями повелителя, что-то крикнула нам и бросилась к императору. За ней побежали ещё пять гвардейцев — то ли из личной охраны, то ли родственники. Одного тут же отшвырнуло назад щупальце.

Им требовалась помощь. Обратившись в дым, я перенёсся к повелителю тьмы и оказался ближе всех к нему. Передо мной расплывалось чёрное тело величиной с гору, утыканное десятками выпученных, как бельмо, глаз. Точь-в-точь то же самое я наблюдал в своих многочисленных видениях.

«Жалкий червь! — ревел в голове голос. — Ты посмел бросить мне вызов? Ты умрёшь, ничтожество! И твои слуги тоже сдохнут!»

Странно, что монстр решил, будто все присутствующие здесь люди — мои слуги. Наверное, обладание тёмной магией ставило меня в глазах главного тенебриса на ступень выше остальных. Но это сейчас было, мягко говоря, неважно.

Тёмные копья продолжили лететь в гиганта непрекращающейся чередой. Тот попытался ударить меня рукой — опять чуть не сломал пальцы о воздушную стену. Направил десятка два сгустков тьмы — их поглотил мой защитный барьер, стал атаковать щупальцами и головами — их легко срубали мои лезвия.

«Ничтожная тварь! — вопил голос в моей голове. — Умри же! Умри!»

Но умирать я пока не собирался. Несмотря на накатывающую усталость, сил у меня было ещё много, и я направлял их в виде тёмных копий в своего врага. А тот бесился, размахивал руками, топал ногами, от чего земля сотрясалась, словно хотела сбросить меня, и получал всё новые и новые удары. В теле повелителя тьмы образовывались дыры, и серый прах сыпался на меня.

Бил его не только я. Электрические разряды непрерывно вонзались в жуткого создания, огонь адской температуры, испаривший весь снег вокруг, плавил его плоть, а энергетические клинки наносили раны. То и дело массивные заострённые булыжники прилетали в монстра. Вот только плотность магических атак сократилась. Слабые же атаки прекратились вовсе — это значило, многие мастера не слишком высоких ступеней выдохлись или погибли.

И вдруг гигант попятился.

— Он отступает! — закричал я. — Поднажмите!

Мой вопль вряд ли кто-то слышал в царящем вокруг шуме и грохоте, да и вряд ли кому-то сейчас требовались особые указания. Уничтожить монстра жаждали все.

Даже самое сильное существо однажды может выдохнуться, и именно это, по-видимому, и произошло с нашим великим врагом.

Повелитель покачнулся, его ноги подкосились, и он завалился бесформенной массой на землю, а щупальца и шеи с зубастыми головами шлёпнулись рядом.

Случилось это так внезапно, что вначале я даже не поверил собственным глазам. Секунду назад исполинская туша размахивала руками, щупальцами и головами, и вот — монстр неподвижно лежит на земле. Неужели, всё закончилось? Победа?

Голос в голове стих, наступила благодатная тишина. Я оглянулся назад и понял, что остальные тоже находятся в ступоре.

Мне сразу бросилось в глаза, как мало осталось народу. Наш отряд уменьшился чуть ли не в двое. Хотя такое впечатление могло сложиться из-за того, что гвардейцы в процессе боя сильно рассредоточились: кто-то выбежал вперёд, кто-то, наоборот, оказался отброшен подальше. Соседние же отряды я и вовсе с трудом различал в тумане.

— Он мёртв? — спросил кто-то.

— Похоже, сдох, — ответили ему.

— Точно, тварь мертва. Не шевелится, — воскликнул ещё один гвардеец.

— Тварь мертва! Ура!

Победный крик подхватили все гвардейцы отряда, из тумана им вторил остальные. Победа эта принадлежала в равной степени всем. Десятки владеющий били повелителя тьмы со всех сторон, хотя я из-за висящей вокруг туманной пелены не видел этого.

А моё ликование было словами не передать. Первая победа над повелителем тьмы — первая за историю двух миров!

Полковник Романова находилась ближе всех ко мне. Её каска и шапка куда-то делить, короткие светлые волосы растрепались, а куртка порвалась в нескольких местах.

— Чего ждёте, Озёров? — весело крикнула она мне. — Теперь эта тварь ваша. Забирайте с неё силу.

Я посмотрел на исполинский труп и вдруг понял, что мне страшно — страшно подходить к нему и впитывать остатки энергетики монстра. Он же обладал чудовищной силой, как десять или двадцать тенебрисов-генералов. Меня просто разорвёт на куски. С другой стороны, существо выдохлось во время битвы. Это значит, на момент смерти оно было почти «пустым». Но станет ли мне от этого легче?

И всё же поглотить его было необходимо, ведь если я это не сделаю, пропадёт огромное количество силы. У меня появился шанс совершить рывок в развитии, и не воспользоваться этим было бы непростительно.

Дать трупу отлежаться? Тоже вариант. Но сколько понадобится времени? За стуки сила может улетучиться полностью. Час-другой? Возможно.

— Слишком опасно, — сказал я. — Меня разорвёт на куски. Надо подождать.

— Сколько?

— Час хотя бы.

— Ладно, час у нас есть. Идите сюда. Надо собрать и эвакуировать всех раненых как можно быстрее.

Этим я и занимался следующий час вместе с уцелевшими гвардейцами. Раненых и убитых мы находили разбросанными по всему полю, стаскивали их в одно место. Первых складывали в десантные отсеки подъехавших «Титанов», которые тут же увозили людей в лагерь. Большинство пострадавших отделались переломами. Как правило, сильные владеющие имели способность к восстановлению, и это помогало им пережить удары могучих щупалец или хватку здоровенных зубов, хоть и не всем.

Гораздо более страшные травмы оставались после воздействия тьмы. Одном солдату пожгло всю кожу на теле, руках и лице, и сквозь язвы торчало мясо, другому испепелило ногу. Именно тьма убила больше всего народу: из четырнадцати трупов, которые мы нашли в поле, одиннадцать погибли от тёмной дымки.

Капитана Воронцова я обнаружил в сугробе шагах в пятидесяти от места битвы. Из-за боли в руке и рёбрах он не мог подняться. Схватившая