Бастарды его величества - Альма Либрем

лице, болезненная гримаса то и дело искажала черты, одержанные от отца. Диана старалась не смотреть на него, одного взгляда на первого сына ей хватало, чтобы содрогнуться от отвращения. Потому, дабы оставаться предельно спокойной, она избегала навязчивого внимания Хордона. Тот, кажется, не сводил с королевы глаз, улыбался, вопреки тому, что был единственным пострадавшим из-за взрыва вазы.

Смотреть вперёд казалось идеальным вариантом - но только казалось. Напротив сидел Кэрант, как младший сын, одержавший место дальше всего от королевы и потенциальной невесты. Диана, признаться, не знала, чего ждать от него.

Конечно, крепостной принял ванную, его привели в порядок, отмыли, оттёрли от грязи - или, может быть, он управился с этим сам? Теперь Кэрант был без преувеличения красив. Но то, с какой неряшливостью он надел рубашку, застегнув её не на те пуговицы, как набросил камзол, который торчал на нём, словно шутовской. И волосы, в пику уложенным у каждого из братьев, торчали в разные стороны.

Единственным из бастардов, кто не смотрел на Кэранта с лёгким отвращением и презрением, а может, даже со страхом, был Вилфрайд. Казалось, он вообще не замечал присутствия чего-то неудобного рядом с собой, и, поддерживая весёлую беседу с сидевшим по левую руку от него Тобиасом. Иногда поворачивался и к Кэранту, они перебрасывались парой ничего не значащих фраз, а потом актёр вновь возвращался к разговору с четвёртым сыном.

Диана охотно верила в то, что Вилфрайд мог поладить со всеми. Он был отличным актёром, легко мог разыграть любые чувства, да и симпатию к себе вызывать тоже, пожалуй, научился. На него большинство бастардов смотрели не как на соперника, а как на вспомогательную роль... Может быть, всерьёз полагали, что Диана точно не обратит своё внимание на человека со столь лицемерной профессией, думали, что у него, унаследовавшего самые бесполезные таланты Эдмунда, да ещё и одного из самых младших сыновей, точно нет шансов.

Совсем другим было отношение к Кэранту. Даркен, как пятый сын, тоже сидел довольно близко к нему, но старательно отворачивался, раздражённо поджимал губы и иногда, когда отвернуться вовремя от младшего брата не получалось, смотрел ему глаза в глаза. Диана, ловившая только след этого взгляда, и то могла истолковать его. Это явственное требование поскорее уйти, не вмешиваться во взрослые игры, словно Кэрант был нашкодившим мальчишкой, да ещё и совершенно ни на что не способный.

Наконец-то слуги, подчиняясь беззвучному велению Дианы, принялись подавать блюда гостям. Неловкую тишину сначала наполнил тихий звон посуды и шелест тёмных нарядов, а после, когда лакеи удалились, а над столом пронёсся тихий шёпот пожелания друг другу приятного аппетита, Диана решилась прервать надоевшее ей молчание. Всё же, это должен быть ужин-знакомство.

- Как вы себя чувствуете, Хордон? Надеюсь, раны не слишком серьёзны?

- Нет, Ваше Величество, - он смотрел на неё злыми глазами Эдмунда, говорил его голосом, но Диана напомнила себе, что это не должно её смущать. - Врач сказал, что через неделю я и думать забуду о случившемся.

- Это просто прекрасно, - улыбнулась ему королева. - Я надеюсь, больше никаких эксцессов не будет. Сыновья короля Эдмунда, вне зависимости от того, кто из них станет наследником престола, не должны пострадать.

- Вы сами виноваты, - вдруг вмешался Марк.

Диана впервые слышала его голос. Все остальные до подачи пищи хотя бы перебросились несколькими фразами, а вот палач сидел, плотно сжав губы, и полным ненависти взглядом испепелял каждого, кто смел произнести хотя бы звук. Теперь его злость была направлена на Диану, и она физически чувствовала на себе его взор.

- Его можно было казнить, - протянул второй сын, переведя взгляд на Кэранта. - За то, что он подставил под вопрос безопасность королевского рода. К тому же, он отсутствовал в списках Его Величества, а значит, не имеет права находиться здесь.

Кэрант молчал.

- Очень сомневаюсь, - вмешался Вилфрайд, - что этот документ определяет всех бастардов Его Величества. Пророчество ведь говорит о семерых...

- К тому же, пророчество даже не указывает, сыновья это или дочери, - заметил вдруг Адриан. - Мы ничего не можем гарантировать. Если рассчитать элементарную вероятность, то можно с уверенностью заявить, что бастарды короля - не обязательно мужчины. Ведь не мог он зачинать только...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Не стоит об этом, - прервал его Даркен, откладывая в сторону вилку и нож. – Обсуждение королевской личной жизни – не самая приятная беседа для Её Величества.

- Благодарю, - кивнула Диана.

Ей и вправду хотелось прекратить поскорее этот разговор, но не из-за того, что девушку снедала ревность. Напротив, она жалела, что ни одна из тех женщин, с которыми делил в своей жизни ложе король, не стала его супругой. Может быть, тогда Диану вообще не ждала бы судьба королевы. Сейчас она чувствовала себя как в змеином гнезде, и виноваты в этом были именно бастарды и их беседы. За каждым словом прятался посыл отнюдь не добрый и благородный.

А ещё девушку поразил голос Даркена. Вкрадчивый, мягкий, обволакивающий сознание… Складывалось такое впечатление, что он зачаровывал своими словами. Диана не представляла себе, как можно воспротивиться этому голосу. Он был оратором, как ей сказали, писателем, а значит, умел изъясняться красиво, вот только королева даже не подозревала, что дело не только в произносимых словах, а и в тех интонациях, которые он вкладывал в свою неспешную речь.

- И вправду, давайте не будем! – поддержал младшего брата Тобиас. – Лучше насладимся этим великолепным ужином сполна!

На какое-то мгновение разговор и вправду прекратился. Все обратили своё внимание на содержание тарелок, и Диана прислушивалась к мерному стуку ножей и вилок. Порой она поднимала взгляд на Кэранта, просто потому, что он сидел как раз напротив, вздыхала, но так и не произнесла ни единого замечания. Вероятно, управиться с множеством столовых приборов ему было трудно. Когда же подали рыбу, седьмой сын и вовсе застыл, только периодически посматривал на остальных.

Когда наконец-то он потянулся к рыбе – пресветлые боги, руками! – Хордон не удержался и отбросил свою вилку в сторону.

- Хватит! – прорычал он. – Я не в силах есть, когда этот… этот крестьянин занимает со мной место за одним столом. Он даже не умеет есть!

Диана покраснела. Хотя её вины в инциденте не было никакой, почему-то девушке стало стыдно за то, что за её столом кто-нибудь позволяет себе подобного рода замечания, нисколечко не заботясь о других.

- Не стоит заострять на этом внимание, - прервала Хордона она. – Возможно, Кэрант просто не любит рыбу, потому не ест её? – она взглянула на седьмого сына, но