Муниципальная ведьма - 2 - Александра Брагинская

Домой в таком виде не хотелось. Увидев меня в порванной блузке и чужом мужском пиджаке, Арина Родионовна презрительно подожмёт губы, и будет ещё несколько дней еле уловимо намекать, что я — проститутка. Когда-нибудь, освоив как следует роль настоящей мэрской жены, уволю её к чёртовой матери, невзирая на все возражения супруга. А пока придётся заняться внеплановым шоппингом. Тем более, я уже начала потихоньку привыкать к тому, что покупка нового платья или пары туфель не заставляет семью на месяц отказываться от мяса.

— В любом случае, нужен транспорт, — произнесла я вслух.

— Ступа или метла? — предположил Юра.

Я внимательно на него посмотрела, но лицо его оставалось серьёзным, и я так и не поняла, он пошутил или уже с головой погрузился в сказку.

— Предпочитаю автомобиль, — улыбнулась я.

— Тогда почему сама не села за руль? С парковкой тут проблем нет, и ты это отлично знала.

— Так надо. Указание Высших Сил, — загадочно ответила я и позвонила отцу.

Слушая гудки вызова, я размышляла о том, что маленькие девочки, когда у них появляются жизненные трудности, обращаются к папе. Так уж вышло, что я в детстве понятия не имела, кто мой папа, и познакомилась с ним только в марте этого года. Выходит, что теперь, в свои двадцать пять, я навёрстываю упущенное.

— Папа, привет! — поздоровалась я, когда он, наконец, ответил.

— Ты дура! — отреагировал он на моё приветствие. — Я же тебе говорил, чтобы ты телефон вообще дома оставила, и уж тем более не звонила мне! Никто не должен знать, где ты прячешься, а телефон прослушать — тьфу, легко! И установить, где он — тоже!

— Папа, я, может, и дура, но не поэтому. Ты меня с Диной перепутал, у нас голоса похожи.

— Извини, Леночка, не глянул, кто звонит. Что у тебя случилось? Может, всё-таки надумала сделать меня дедом? А то мне пора уже остепеняться, и что лучше остепеняет, чем внуки?

— Диссертация, папа. Нет, папа, за прошлую ночь я не забеременела. Зато встряла в неприятности. Уже выпуталась, но хочу, чтобы ты мне помог. Гопники прицепились, хотели чего-то от меня.

— Да что ж это творится! Во что город превратился? — возмутился отец.

— В бандитский притон, — подсказала я.

— Глупости. Настоящие бандиты так себя не ведут. Это отморозки какие-то! Так что это значит? Выходит, им всё равно, какую из моих дочерей бить?

— Нет. Они, как и ты, приняли меня за Дину. То, что я намного старше, они не заметили.

— Болваны. Чем тебе помочь?

— Сначала скажи, чего они взъелись на Дину. Ты же наверняка выяснил. А мне хочется знать, за что меня пытаются побить.

— Представь себе, не смог выяснить. Мои люди поговорили с отморозками, почти все они студенты, кстати. В общем, ребята работают по найму. Им обещали заплатить десять тысяч зелёных. Для голодранцев это бешеные бабки.

— Кто их нанял?

— Какой-то тип лет сорока, толстый и с бритой головой. Студенты его не знают. Бабки — после работы. Только я думаю, толстяк походу их кинет.

— Их проблемы нас не волнуют, папа. Ты разобрался, зачем тому толстяку это нужно?

— Что тебе непонятно? Это направлено против меня! Сейчас переломный момент, ты же знаешь. Губернатор ушёл на пенсию, твой Мэрский сел в его кресло, но ведь он пока не губернатор, а только исполняющий обязанности. Я хочу стать мэром, но тут тоже бабка надвое сказала. Одна ошибка — и мы с Мэрским пролетаем, как фанера над Парижем. И тут он теряет секретаршу, а я должен думать не о делах, а об охране дочери. Сволочи! Раньше, в девяностые, хоть детей не трогали!

Я подумала, что у отца немного избирательная память. В девяностые иногда убивали целыми семьями, причём погибших никто не жалел, многие горожане даже злорадствовали, мол, богатые тоже плачут.

— А она тебе не говорила, что подвезла ночью какую-то женщину где-то так с месяц назад, и с тех пор всё и началось?

— Не говорила. Выходит, это она кому-то поперёк дороги стала? Ты уверена?

— Нет. Но очень на то похоже. Она же могла так поступить?

— Могла, конечно. Я ей сколько раз говорил, чтобы не брала в машину неизвестно кого, а она всё равно. Рано или поздно киллера к себе подсадит. Но разве она меня слушает? А что там у неё вышло с ночной бабой?

— Женщина говорит, что её там не было. У неё хорошее алиби. А Дина, если её подвозила, всё ей ломает.

— Что там было? — обеспокоился отец. — Убийство?

— Нет. На первый взгляд, ничего.

— А на второй?

— Пока не знаю. Женщина — сестра Карины, той самой потерянной секретарши. Папа, творится непонятно что. Я боюсь. Дина спряталась, значит, Бубновый и Мешок не заняты.

— Они мне в другом месте нужны, — неуверенно возразил отец. — У меня каждый человек на счету. Неужели Мэрский не может обеспечить тебе охрану?

— Не может. Я даже не собираюсь просить. Если он поставит возле меня мента, городские газеты поднимут вонь.

— Да, ты права. Не подумал. А если частника нанять?

— Папа, какая польза от наёмника в таком деле? Лысый толстяк добавит ещё десять тысяч, и запросто перекупит охранника. Папа, это же всего на пару дней, может, на неделю.

— Ладно, — сдался Каретников. — Будь по-твоему. Сама им скажешь, хорошо?

На самом деле я не боялась, что студенты нападут ещё раз. Ну, ошиблись, перепутали с Диной. Больше не ошибутся. Да и расследование, можно сказать, окончено. Дина подвозила Светлану, а раз так, неважно, сколько свидетелей утверждают, что та в это время была в Анапе. Тут же не нужны доказательства для суда. Ведь не совершено никакого преступления. Показаний Дины хватит, чтобы Карину оставили в покое психиатры, да и она сама уверилась, что не сошла с ума. После этого она спокойно вернётся на работу, и всё станет на прежние места.

Я нуждалась не в телохранителе, а в шофёре. Признаться Юре в неумении водить было выше моих сил.

Бубновый пообещал скоро подъехать. По голосу мне показалось, что он рад новому заданию, но я вполне могла и ошибиться. Пока его ждали, посетили местный санузел. Описывать его не стану, скажу только, что у меня возникло огромное желание наколдовать на это кафе небольшой метеорит. Юра вполне разделял мои эмоции, и что-то бормотал об атомной бомбе. Я для себя отметила, что за пару месяцев замужества очень сильно избаловалась. В своей старой жизни простого бухгалтера я бы сочла такой туалет почти нормальным, а теперь Соня, увидев выражение моего лица, немедленно отвела нас в служебный.

Наконец, мой свеженазначенный телохранитель, обливаясь потом, ввалился в наш кабинет и немедленно заказал бокал холодного пива, который прикончил за два-три глотка. Довольно крякнув, Бубновый поднял взгляд на меня и сразу же поинтересовался: