Отец подруги. Мой генерал - Рокси Нокс

негодяй. Да как вы смеете после всего звонить еще сюда и говорить о прощении! Это вы должны валяться у нее в ногах и вымаливать прощение!

Кутаюсь в халат и зябко передергиваю плечами. Войну проиграл и пытается навешать лапши на уши, что изменился. Что ж, знакомая тактика.

Сколько раз такое было, а? Изобьет, а потом голову пеплом посыпает и клянется, что больше так не будет. Что это я его вывела, могла бы и смягчить его лаской, дать как-то по-особенному, и всё такое…

Враль! Конечный брехун. Такие не меняются. У таких потребность в крови в абьюзе. Им нравится самоутверждаться за счет своей жертвы.

– Передай ей трубочку, пожалуйста.

– Без надобности. Она вас слышит.

– Ева… Ева, ты слышишь меня? Прости меня, любимая, я был неправ. Возвращайся домой, мне нет жизни без тебя. Я один в пустой квартире, здесь твои вещи. Твой запах… Я всё понял, дорогая.

– Что ты понял? – спрашиваю сухо, пытаясь унять дрожь во всем теле.

Спокойно, Ева. Ему тебя не достать!

– Я понял, что хочу пышной свадьбы и деток. Родишь мне сына и дочку? Я изменюсь ради тебя, Ева. Только вернись ко мне!

– Как же ты жалок, Беззаконов! – выплёвываю с ненавистью и сжимаю кулаки.

– Любимая, но ты сама меня довела, – мягко «напоминает».

Вот же наплел идиот! Свадьбу и деток… Мне хочется истерично заржать, но боюсь упасть от смеха в бассейн. Какую только чушь не услышишь от брошенного мужика!

Встречаемся с Ариной глазами, и я ей показываю знаком, чтобы клала трубку.

– Так, товарищ, – перехватывает разговор Арина, – Всё, оставьте в покое мою подругу. Не звоните сюда больше.

– Ева! Я буду ждать тебя у шлагбаума через час, – быстро заговорил Андрей, почувствовав, что Арина собирается отключиться. – Приходи, и мы просто посидим в машине и поговорим. Клянусь, что я и пальцем тебя не трону больше. Я буду ждать. Приходи, малышка. Я приму любые твои условия! Любые!

Да пошел ты, козлище!

Думаешь, поведусь на твои сладкие речи и помчусь к тебе на встречу? Ага, щас, уже бегу, волосы назад. Я в его исправление перестала верить уже после второй такой манипуляции.

– Арина, внеси его номер в черный список.

– Уже внесла. Что будешь делать?

– Ничего. Пусть стоит у шлагбаума, сколько ему влезет. Я никуда не пойду.

– Правильно. Надо позвонить папе. Пусть примет меры.

Глава 12

Ефим

– Ну что там у тебя, Антон? – спрашиваю своего помощника. – Есть что по Беззаконову?

– Товарищ генерал, ходит слух, что Андрей Валентинович продает должности.

– Мелко. Но можно попробовать через него куда-то устроиться и поймать на взятке в особо крупном размере. Для основного дела, конечно, маловато, там тюремный срок совсем небольшой. Но для подстраховки сойдет. Что-то еще?

– Наш объект заподозрил неладное и стремительно подчищает за собой следы, – виновато разводит руками Антон.

– Плохо. Наружка водит его?

– Да, Ефим Матвеевич. Мне звонили две минуты назад, доложили, что он движется в сторону вашего дома.

– Вот сукин сын! А что ж ты молчишь?

Хватаю телефон, чтобы позвонить Арине и спросить за Еву, но вижу входящий звонок от дочери. Сердце часто-часто колотится, разгоняя по венам страх. Что, если он уже забрал ее?

– Да, дочь?!

– Папа на мой мобильный только что звонил Беззаконов. Он сладко лил нам в уши, что готов извиниться перед Евой и сказал, что будет ее ждать возле КПП.

– Она пошла? Она пошла, я тебя спрашиваю?! – гаркаю в трубку.

– Пап, ты чего кричишь на меня?

– Прости, малыш. Нервы. Скажи ей, чтобы не выходила из дома. Это ловушка. Если потребуется, запри дверь на ключ и не выпускай ее.

– Да никуда она не собирается, пап. Все ок.

– Хорошо, – от сердца отлегает. – Я поговорю с ребятами, они его оттуда спровадят. Ничего не бойтесь, в дом он войти не сможет. Успокой подругу.

– Да я знаю, папуль. И она это знает. Мы в домашней сауне сегодня отдыхаем.

Непрошенные картинки тотчас лезут в голову: Ева в бикини лежит на деревянной лавке, подставляя тело под горячий сухой пар. Никогда еще мне так не хотелось бросить всё и помчаться домой, чтобы увидеть это.

– Хорошо, отдыхайте. Я скоро буду.

Вот урод, уже и мою дочь втянул в семейные разборки! Ладно меня, но Арина тут при чем? Надо усилить дочурке охрану, а то мало ли что этому шакалу взбредёт в голову.

Звоню на КПП и велю ребятам гнать в шею прокурорского щенка. Там у нас частная территория и стоянка запрещена, так что пусть валит подобру-поздорову, если не хочет проблем. И ксива ему, кстати, не поможет. Клали мои ребята на его корочки, у них приказ.

Очень рад, что Ева поступила благоразумно и не поверила в речи бывшего. Смена тактики – это следовало и ожидать. Выйди она к нему на разговор, и я больше никогда её не увижу. Невыносимая мысль оглушает до боли в висках. Хоть сиди рядом с ней нянькой, чтобы окончательно не поседеть.

Ева так крепко засела в моей голове, что я постоянно думаю о ней. Чем бы я ни занимался, мои мысли все время возвращались к ней. Вчера я, конечно, снова позволил себе лишнего. Я должен иметь выдержку, чтобы не спугнуть ее. Девочке и так столько вытерпеть пришлось. А тут я еще, старый дурак, руки распускаю и из штанов выпрыгиваю, желая с ней сблизиться. Еще не хватало влюбиться под старость лет!

Аринка скоро замуж выйдет, внука мне родит, а я туда ж еще – на подружку ее заглядываюсь и облизываюсь, ночами толком не сплю, прикидываю различные варианты. Да как спать, зная, что Ева в сексапильной ночнушке через стену лежит?

Где-то через полчаса отзвонились ребята с КПП и отрапортовали, что Беззаконов уехал. Один. Никто к нему не вышел. Вот и славно. Да уж, спокойствие